Перейти к содержимому






- - - - -

1. Погоня за прошлым - Цена выбора.

Написано Daylight Dancer, 01 Май 2018 · 119 просмотры

1. Погоня за прошлым - Цена выбора. http://tesall.ru/blo...utevodnaya-nit/ Предыдущая глава.
http://tesall.ru/blo...-vechnoy-vesny/ Следующая глава.


Безумные мысли и догадки роились в голове, становясь назойливее с каждым шагом, уводящим в чащобы дремучего леса.
Я встрял в действительно серьезную передрягу:
С одной стороны, вокруг рыщут едва ли не сотни волколаков. И какими бы благородными, со слов Флавия, они ни были, видеть во мне эти существа будут только врага. Или потенциальный ужин, если брать во внимание частые упоминания о их гастрономическом пристрастии к людской плоти, объясняемые жертвоприношением женщин и детей.
С другой, у головорезов Вейнона есть зуб на меня. Им нужен мой компас, но, почему они не отобрали его еще в своем штабе? Хотели удостовериться в правдивости его загадочных способностей, пустив обладателя через поле ловушек? Наверняка. Теперь на меня будут охотиться еще и люди.
Избавившись от меня и слишком любознательного Флавия, "Адамантин" получил бы прямую дорогу к лагерю гноллов и не только. Учитывая, что в последних разговорах то и дело мелькает "Сердце леса", найти которое я ныне и пытался, довольствуясь указаниям стрелки компаса, дело приобретает все более загадочный оборот. Остается надеяться, что я иду не на очередное заклание.
И, какого даэдрота, спрашивается, этот маг в золотой маске знает о компасе больше чем я?! Он как-то связан с Никосом или другим прошлым владельцем артефакта? Одна большая загадка...
Касаемо Флавия, действительно родного дедушки Сьюзен, догадки были самого мрачного толка. Словно наяву я представлял его голову, насаженную на кол, в достаточном отдалении от города. Невольные зрители не смогут рассмотреть в переодетых наемниках фальшивых волколаков, тогда как настоящие волкоголовые, случись им оказаться поблизости, почуют запахи своих собратьев, в немом молчании не решившись выдать себя.
Близились сумерки, а окружающий лес представал в новом облике узловатых деревьев, зарослей редчайших трав и еще большей пустынностью, чем прежде. Казалось, словно я единственная живая душа в этой части островов, идущая навстречу некой великой тайне. Местами, среду тумана вспыхивали светлячки блуждающих искр, появляющиеся и гаснущие, без видимой на то причины.
Уплотнившийся туман стал потихоньку редеть, освобождая все большие просторы меж древесных стволов, по мере того, как я двигался дальше.
Медведь, вывалившийся из близрасположенных кустов, здорово напугал меня. В мгновение ока, оказавшись на высокой ветке ближайшего дерева, я отметил редкостное равнодушие дикого зверя, спокойно пересекшего тропинку и отправившегося дальше по своим делам.
Подобные встречи стали подстерегать на каждом шагу: шуршащий бег через кусты рыжей лисицы, дикий индюк - недовольный присутствием чужака, а оттого, бегающий кругами у моих ног с сердитым клекотом; кабан, спокойно чешущий шкуру о древесный ствол в нескольких метрах правее...
Когда я был потеснен на обочину волчьей стаей, особей в пятнадцать числом, идущих вытянутой цепью, в одном со мной направлении - терпение кончилось. Удостаивая едва ли не понимающими взглядами, лесные хищники светло-серыми силуэтами проходили мимо по тропе, заставив ощупать себя с ног до головы, чтобы определить не стал ли я еще бесплотным призраком.
- Эй, волчара, - шикнул я замыкающему, почти еще щенку,с робкой надеждой сумасшедшего, что животное поймет меня. - С вами можно?
Волк призывно мотнул головой. Я ненадолго впал в ступор, все-равно, последовав за стаей, благо стрелка компаса указывала ровно на маршрут их движения.
Кинарет пресвятая! Они разумны? Или это влияние Сердца леса? На остаточный эффект маскирующего человеческий запах зелья не похоже. Тогда что?
Почти в полной темноте, полтора десятка волков и один имперец, представляли собой зрелище, скорее забавное, но и мистическое, отчасти. Стая вывела меня к обширной поляне, поросшей цветами невиданной красоты, над которыми реяли мириады искр и светлячков, прекрасно освещавших окружающее. Волки расселись полукругом, охватив половину ее периметра.
Внимательно осмотрев поляну, был безмерно удивлен ее пейзажами: часть деревьев оказалась покрыта летней листвой, прочие же, только роняли желто-багровые кусочки летней памяти. Колосилась высокая трава, перелетные птицы, что давно уже покинули северные земли, именно здесь распевали свои колыбельные, готовясь замолкнуть до раннего утра.
Где я? И, кто хозяин столь чудных земель?
Из высокой норы у корней исполинского дуба, занявшего по праву королевское место ближе к центру поляны, под переливающийся цвет летающих фонариков, вышли трое. Были это величественного и добродушного вида бородатые старцы, облачение которых состояло в длинных просторных мантиях и меховых плащах. Каждый опирался на узловатую палку, венчаемую резьбой самых причудливых форм, а в облике их читалась Сила, скрытая за каждым деревом, цветком или ничтожной пташкой...
- Друиды, во всяком случае, могут только палками поколотить, - пробормотал я, сам-себе. - Встреть я здесь даэдропоклонников, было бы сложнее...
- Вэрбир, гость це людишка посадскiя , аль и бiть челомъ буде, очи как решат? - рычащим тоном завел высокий и с тонкой рыжеватой бородой, стоящий в центре.
- Коль он грястi, в Храм святый , тако смысл ести! Такоже, яко аще одержьмецъ, да нелюб не буде в месте блюсти Кинарет, да буде желованiем ея Сердце лядiны сей покрыто! - прогремел второй, что был слева, отличался более низким ростом, но более крепким и плечистым телосложением, обладая бородой бурой, пышной и широкой.
- Сiречь, замятня есмь незнамокто принесе, весше язвы великой? - третий был и вовсе забавен: маленький старичок с большим носом и ушами. Бородка тонкая, жиденькая, мышино-серого цвета. Да и пищал он мыши подобно.
- Скорбно, да истiнно, - вздохнул первый.
По крайней мере, разговаривали они со мной не по бретонски. А, учитывая манеру общения, могли бы загнуть и в сторону Старого Бретика. Я уловить большую часть смысла их диалога, делая ставку на то, что это некий язык-прародитель современного Тамриэлика.
- Азмь есмь Тайгбир, - начал рыжебородый.
- Вэрбир, - рыкнул коренастый крепыш.
- Мышибир, - донесся писк с высоты метрового роста третьего.
Боги, гребаный цирк, только без единорогов, какие друидам и полагаются! Меня только-что не отправили на тот свет, я все-еще перемазан в крови родного дедушки Сьюзанны, а тут... такое! Чувствуя, что ум заходит за разум, решил надавить первым:
- Зовите меня Форад. Волей умирающего я пришел сюда. Не знаю... Может быть, за помощью?
- Смѣюсь вельми гласно, - расхохотался Тайгбир. - Егда яко аще мы есмъ неведати окушатися о брани персти сей, а къметъ, что бобыль, паче непщати о стезе своя?
- Стезя? Дорога! Да, я пришел сюда, чтобы... предупредить вас! - лица друидов изменились в сторону более серьезного выражения. - Наемники "Адамантина" ищут дорогу в это место. В Сердце леса. Они напали на гноллов, держать власть над Альбионом в своих руках, ведь на их стороне графиня Кайла. Вам нужно что-то делать - упустив путеводный компас, они пойдут на крайние меры.
- Брань разверзласи, - вздохнул Вэрбир. - Не леть чади Кинарет взыграти, кои люпиглавами прозвати, аже коснети мы, ибо затворники мы сечи докончания. Испрошать ты грясти, да не вои послухами твоя, на бой изглашатятся.
- Что? Вы не будете сражаться? Почему...
- Дѣтва неразумная! Друйдаи не вои! Удел нашъ чредимый - омелы узорочье, да балий живу рощему. Коль дващ ворога сѣчу свѦщѣну наметывати, немко мы сверстае ярое копій преломленіе.
- Сверстае... Возвернуть? Остановить, да! Вы не деретесь, оттого, что стараетесь примирить конфликт? Что-то не похоже, будто вы ходили под окна графского дворца, с миротворческими призывами.
- Кощеи мы, - вздохнул Мышибир, употребляя название этой древней сказочной нежити, скорее, в прямом смысле слова, что означает "пленник". Друиды, судя по всему, заперли сами себя в Сердце леса, стараясь оградиться от конфликта. - Докамест грезнъ ни повъдъти о свѣтопреставленія исходе, паки не изыди намъ.
- Будете ждать, пока они не найдут способ прийти сюда? Ваш друг Вольфбир уже мертв, скорее-всего. А секреты и магия Леса, которую вы храните, может попасть совсем не в те руки.
- Коль тать ловъ тебе, греси к люпиглавам с сей епистолией, - мановением руки Вэрбира из зеленых вьющихся лучей соткался из травы посох, увенчанный причудливой формы закорючкой наверху. - Зело могучим колдунством кладенецъ потяти, да из дуны живота выринулся, або пребуйно прибавити тебе паробъков Кинарет!
- Грясти, акрида колена древняго. Чадо ази, тать да отрокъ блѣдноликій. Волче вожь тебя к побѣде!
Стая снялась с места, а троица старичков пропала на ровном месте. Словно их и не было. Возвышаясь над окружившей меня стаей, с посохом через плечо, я шел, повинуясь движению четвероногих проводников.
- Ни бѣса не уразумѣхъ! - вспоминая отборные слова из скудных запасов старого Сиродилика, с досады шептал я. - Муже@бцы сейдхе окрестъ, азъ же единъ Тайбер Септим есмь!

Стая шла странной дорогой. Я бы не осмелился сказать, что она была той же, по которой я шел к обители друидов - множество знакомых ориентиров отсутствовало, а тропа казалась гораздо шире, лишенная вездесущего, набившего оскомину тумана, который по всем природным законам должен был сгуститься ночью, но, сейчас, держась далеко за деревьями на обочине.
Стали попадаться места уже виденные - мы шли прямо к лагерю волколаков. Вырваться из плотного потока изогнутых серых спин, захватившего со всех сторон, я не мог. Поэтому, прямо и смело следовал навстречу неизвестному, сильно надеясь, что такой фокус с моей стороны озадачит гноллов с лучшей стороны.
Меня встречал пяток ну очень изумленных воинов. До такой степени, что человеческая личина слетела с облика двоих из них.
- Это-же... Символ Леса?! Кайгон, дуй за главным! Друиды вернулись! - не шевеля губами пасти, тем не менее, внятно говорил один из них, наверняка, чревовещанием, свойственным многим магическим созданиям.
- Не совсем, - устало ответил я. - Друиды заперлись в Сердце леса, не желая марать руки кровью. Они дали мне этот посох и послали... К вам.
- Ты же человек? - осторожно задался вопросом второй, с лицом молодого бретонского парня.
- Самый, что ни на есть. Две руки, две ноги, голова, одно сердце. Вроде бы... Не знаю, свои внутренности я еще не видел. И, с вашего допущения, надеюсь, что не увижу.
- Ты носитель святой реликвии Кинарет! Гордись гостеприимством у народа Люпин. Тем более, это же про тебя говорил Хрономаг?
- А с этого момента поподробнее, - краем глаза уловив, что волчья стая разбрелась от меня по своим делам, все-еще будучи совсем недалеко, перешел в наступление. - Пока не явился ваш командир, можете рассказать об этом благодетеле с вычурной золотой маской на лице?
- Мы простые воины - мало что знаем, - усевшись на траву, волколаки сделали знак последовать их примеру. - Маг в черных одеяниях появился недавно и рассказал о скором прибытии силы, способной изменить ход войны в нашу сторону! Наши чародеи закрыли лощину, ведущую сюда, с помощью ловушек и чар, но, Сердце леса, где живут мудрые наставники люпинов и некогда дружных с нами людей... Путь туда остался закрыт. Дорога сама заворачивала путников. Этот форпост, где мы сейчас живем - последний рубеж обороны. Чернокнижникам "Адамантина" понадобится много времени и сил, чтобы пройти через овраг, но силы Сердца леса так и останутся им недоступны. Но, когда прибыл Хрономаг, он рассказал старейшинам, что есть некий артефакт, а владеет им одинокий путник, что скоро посетит остров.
- Ладно, я тут. Что дальше?
- Вещь эта, способна провести владельца через магические ловушки и барьеры, указывать путь к любой цели, стоит только о ней помыслить. Или, даже стать своеобразной точкой странствия по мирам! В принципе, это все, - закончил повествование воин.
- Нет не все. Доблестному сэру следует знать, что Хрономаг, прежде чем исчезнуть, намекнул на скорую встречу.
- Просто жду-недождусь! - фыркнул я. - Может расскажете лучше о себе? В каких отношениях вы жили с людьми?
- Ну, эт тема по моей части! - расправил усы самый старший из присутствующих. На вид его личине можно было дать лет сорок, но в продолжительности жизни волколаков я смыслю мало. Клеймору этот боец положил рядом с собой, сам будучи облачен в блестящую полукирасу.
- Да, дядька Рафферти, расскажи гостю!
-Ему, небось, в городе совсем мозги промыли!
- Значится, жили мы бок о бок с незапамятных времен. И не тужили, надо сказать! Люпины всегда славны охотничьим нюхом, силой и ловкостью. Добывали мы птицу, рыбу, дичь, а люди и эльфы прочим ремеслом занимались. Это сейчас все плюются, будто мы чудища и женщин с детишками в жертвы приносим да едим! Чтоб ты знал, друг иноземный, не бывает у природе бабы-люпина. Но, ребенок от женщины человеческой, эльфской, даже оркской! коль мальчик - будет, как мы. И ничего - девки вон, только мечтали, чтоб за волка замуж выскочить. Женились мы, обычно, в чаще лесной. С родней и друзьями, за пирушкой, у алтарей, сталбыть, волшебных. Вот и враки, про жертвы всяческие!
Детишек друиды брали на обучение. А то среди соседей как, некогда завелось, все лучшие лекари, знахари, да целители, с Альбионских островов родом были! Эх, похерили всю жизнь, с этой графской женитьбой! Вроде он вожак, но вот...
- Промахнулся Нерион, - заметил один из молодых.
Договорить мы не успели - прибыло еще с два десятка волколаков, среди которых впередиидущий выделялся статью и качеством вороненых доспехов - явно главный. Был он выше и крепче остальных, с рыжим цветом шерсти и, огненно-желтыми глазами.
- Сэр Хранитель Символа Леса! Великая честь, что Вы явились сюда. Враг уже на пороге - они готовятся разрушить преграды в лощине. Воины прикроют отход, а мы немедленно соберем всех: женщин, детей, ремесленников, старых и больных. Вы проведете их в Сердце леса!
- Не выйдет, - вздохнул я. - Друиды не хотят, чтобы вы привели врага туда. Поэтому, и дали мне это оружие. Также, никто не дает гарантии, что Кайла не найдет нечто подобное моему компасу. Тогда, Сердце леса обречено. И ваш народ тоже. Твой народ.
Я не воин, но, тогда, чувствовал, что недоброй драки избежать не выйдет. Стоило взять посох в руки, как в магических потоках, окружающих мое тело и циркулирующих через него, определяющих способности к волшбе и запас ее, что-то изменилось, выводя темно-фиолетовые узоры цвета, по другому шаблону, где добавились нежно- зеленые тона от влияния оружия.
Никто кроме меня с посохом не управится. Но и сам я буду биться с ним, более, по наитию.
Неплохой конец жизненного пути. Не правда ли?
- Тогда, мы примем Судьбу, - поклонился гордый воин. - Неспособные биться, уйдут в дальние чащи. Созвать общий сбор и построение! - повелел рыжий волк, затем, обратившись уже ко мне:
- Мое имя Максимус Огненный Волк! Командующий графской армией! Это честь для меня - сражаться, имея в союзниках Хранителя!
- Что с тактикой? Количество бойцов, с каждой стороны? Наличие магов, ключевые фигуры?
- Встретим головорезов этого ублюдка Вейнона, ближе к выходу из урочища. На краях посадим лучников, есть мастера в обращении с арбалетом, да и павезы уже установлены. По краям лощины, чужаки пройти не могут, сам знаешь. Но мы - запросто. Устроим сюрприз отступающим.
Сотня-полторы бойцов у нас, разведка доложила: триста с хвостиком - их. Костяк наемники "Адамантина", но, вперед пошлют местное ополчение. Есть маги. Наши шаманы и спецы по ловушкам в долгу не останутся. И... Вейнон Хелен лично возглавил атаку.
- Отлич-ч-чно, - желчно протянул я. - А знаешь что, Максимус...
...Смерть - отличная цена за шанс вернуться в прошлое.
Хотя бы, на крошечный миг...



Навстречу стягам черным, с вышитыми изображениями стилизованной светло-синей кирасы, выдвинулись стяги красные, где белый волк, стремительной пружиной, в смертельном прыжке летел к своей цели.
Две армии сходились в узком коридоре, образованном отвесными стенами оврага. Туман клубился под ногами, сойдя в это пасмурное и темное утро белыми потоками снежных лавин, оседавших ранее среди недосягаемой высоты деревьев.
Что-ж, так будет гораздо легче целиться стрелкам, что заняли позиции сверху, среди которых, выжидая удобного момента, затаился и я. К тому же, закончившийся не более двадцати минут назад дождь, кроме того, что превратил полусырую землю в откровенную грязь, так еще и воспрепятствует возможности лесного пожара, если кое-кто станет неосторожно играть с огненными заклинаниями.
Первый ряд Люпинов - щиты и доспехи, где шлемы, по понятной причине, были стилизованы под волчьи головы. Топоры, клевцы, булавы и мечи. Второй - копья, пики, алебарды, полэксы и люцерны. Часть готова к сшибке, примериваются подпереть спины товарищей впереди. Третий и четвертый ряды, представляли прочих волколаков, придерживающихся подобного построения, но с более плохим снаряжением. Далее маги, стрелки нижней позиции, знаменоносцы и полевые командиры. То там, то тут, мелькали, хищным блеском, двуручные мечи: фламберги, клейморы, экзотические дайкатаны. Как их называют среди наемников - "Жестянщики", бойцы, невзирая на любую броню оппонента, способные выпотрошить его из этой железной банки. Или перерубить древко пики, на крайний случай.
Вейнон выдвинул вперед ополчение. Наемники шли следом, сердцевиной войска.
- Кинарет, спаси нас! Сколько их там! - скулил боец рядом и мне впору было последовать его примеру. Три сотни нападавших. это явно перебор для моих миролюбивых нервов.
"Адамантин" поступил хитро - выслал в первый ряд бойцов с древковым оружием, нацелившихся в забрала и зазоры меж щитов. В ход вступил первый наш козырь, когда из-под ног обороняющихся серыми молниями выпорхнули лесные волки. Некоторые не успели перевести копья в нижние положения. Некоторые, оказались на земле, борясь кинжалами против клыков.
Овраг мог вместить не более двух десятков стоящих в ряд воинов. Дело намекало на жуткую толкучку, где решающим фактором станет короткомерное оружие. К тому же, засвистели наши стрелы. И горе тому, кто не забыл прочный щит дома!
Кроме договоренного применения посоха против магов, когда подойдет черед их партии, я приберег несколько сюрпризов напоследок, подключив свой маломощный лук к обстрелу сверху. Боясь задеть все более плотно смыкающиеся ряды, лучники внизу дали залп навесом по дальним рядам, не оставшись без взаимности от людей Вейнона. Застрявшие в ветвях стрелы, падающие смешными тростинками вниз, могли показаться несколько забавными, если бы и нас, укрывшихся на краях оврага, не накрыло ответной стрельбой. Слышались крики боли, но я до одури сильно продолжал натягивать тетиву, выцеливая очередных бедолаг, на несчастье свое, идущих в атаку плотными группами.
Волшебники обеих сторон все-еще молчали, опасаясь задеть своих. Рассеяв стаи четвероногих хищников, ополченцы продолжили атаку. Стонали раненые. На мокрую землю, черно-серую грязь и бурые листья лилась первая кровь.
Долгожданный клинч: ополченцы выпустили стальной сердечник латников, сошедшихся щитами с первым рядом люпинов. Звон стали, теснина двух сторон и глухой стук алебард, силящихся пробить верхушки бацинетов, или попасть в смотровые щели.
Где-то там, далеко внизу, но опасно близко, отчаянно сражался благородный Максимус, то и дело, мелькавший среди круговерти грязной стали блеском доспеха, опасно окружаемый, приметившими важную цель, наемниками "Адамантина". Рубился старый Рафферти, вскрывая очередного латника, глупо считавшего себя поистине неуязвимым.
Бились и умирали те несколько безымянных люпина, тепло встретивших меня.
Клятого чужака.
Но, если люди хуже зверей...
Разве не стоит самому стать зверем?!!
Щелчок тетивы - свист - кто-то упал, а моя стрела торчит из живота, прикрытого пыльным гамбезоном. Щелчок - кто-то не вернется домой. Десятки щелчков - вхолостую, или насмерть. Лязг, крики, вой. Хруст костей, звон скрещенного металла!
Я - вор, а не убийца. Это не моя война!
Но, поздно. Ты выбрал сторону - это ее цена.
Зачем?! Ведь мог я убежать?!
Сей выбор ты не смог бы избежать.
Я - зло, я- грязь! Корыстный, б&@)ь, дурак!
Нет, тьмы скиталец. Инструмент теней. Это не так.
Но, что за голос из черноты души?
Ты не узнал?.. Я - это ты.

Словно очнувшись от краткого забытья, я увидел поле боя в новом свете. Похоже, что сознание покинуло меня на непродолжительное время. Стрелки возле меня уже были мертвы. Некоторым, удалось отступить. "Адамантин" и ополчение теснили ряды волколаков назад, к выходу из лощины, оставляя за собой мертвые тряпичные куклы, на красно-буром ковре. Идущие следом, тут-же мародерствовали, подбирая оружие получше.
Я оказался почти-что в тылу врага. Пока незамеченный, принятый за мертвого. Стянув с ближайшего трупа ополовиненный колчан, так-как простые стрелы у меня закончились, вмиг высчитал план отступления.
Что ж, будет шумно. И горячо!
Пять имевшихся "огненных" стрел, высадил, как на духу, перекатившись, от греха подальше, за прикрытие брошенной павезы. Внизу поднялась страшная сумятица, а мою позицию с остервенением обстреляли из чего только можно. Кольцо выбило искру слева - отведя чересчур шальную стрелу. Кто-то запустил заклинание. Трещали падающие от удара ветви, сыпалась щепа, фонтанировали обезумевшие елочные иголки.
Ухватив ростовой щит за ручку для переноски, носком сапога убрал его упор, под таким прикрытием, держась подальше от края, засеменил направо, в сторону отступающих союзников. Рядом, искрясь, пронеслась "цепная молния", еще пара бельтов застряла в павезе, едва не сбив равновесие гулкими толчками.
Тяжелая эта штука, скажу я вам, стационарная павеза. Компенсировался ее вес, разве-что, диким, необъяснимым желанием жить, стимулирующим бег на полусогнутых. Уйдя с линии прямого обстрела, бросил ношу, ускорившись, насколько это возможно.
Если раньше под ноги попадались только мертвые, сейчас, стрелки люпинов с охотой прикрывали мое отступление. Сопротивление вытолкнут из узкой лощины - Максимусу, если тот еще жив, придется перестраивать войско полукругом. На открытом месте, Вейнон выдвинет вперед магов, а сие чревато... С десяток опытных адептов Разрушения, при поддержке "щитов", прикрываемые призванными даэдра, обратят в бегство и не такую силу! Надежда на то, что у господина Хелена попросту не найдется столько подручных волшебников.
Так и случилось. Когда я спустился на опушку леса, по ту сторону от оврага, оборона волколаков была прорвана. Второй сход строев превратился в побоище, где союзные стрелки, будучи за моей спиной, готовились удерживать пологий подъем к их текущей позиции. Заметно прохудившиеся ряды разбежались в локальные стычки, где царила сумятица и неразбериха. Тут, большую роль сыграла тактика люпинов, поголовно принявших естественный облик голов, чтобы легко видеть товарищей среди пестроты снаряжения.
Бегом завернув направо, остался в одиночестве, укрытый грядой массивных валунов. Расстегнул застежку плаща, скинул, чтобы тот не мешал. Вспомнил главное правило новичка, на случай масштабной мясорубки, что гласило: "Ни за каким хреном не лезть в самую гущу боя!". Перехватил посох поудобнее и вылетел на поле боя.
Подсечка под ноги - первый встречный раззява-ополченец, падает наземь, пеленаемый по рукам и ногам магическими лианами. Превосходно...
Тычки, блоки древком, удары по лицу - не подпускать врагов близко. "Единицы", обводки и навязывание клинча, против древкового противников. Лианы связывали павших, они мешками валились от "паралича", а древко посоха само подставлялось под ответный удар. Хм, будь это алебарда и все вышло бы много более кроваво!
Вьюга боя не до конца увлекла меня. Осматриваясь по сторонам, в поисках магов "Адамантина", которых следовало устранять в первую очередь, я невзначай упустил из виду спину. Неумелый и нервный удар пришелся вскользь по рукаву плеча брони, надрезав лоскут ее кожи.
Удар в обороте нижним краем посоха. Столь же неудачный прямой блок меча, едва не вылетевшего из рук оппонента.
Сьюзанна.
Злая и испуганная, уже в чьей-то крови, хотя ран не видно и клепанная куртка на теле цела.
- Ты?! Предатель!!! - яростно кинулась она вслепую, держа тяжелый для нее меч двумя руками. Удар сверху. Принимаю на древко, но не бью в ответ. - Ты! Ты убил дедушку!!!
Очередной смехотворный выпад. Теснимый назад я следил, чтобы никто не приблизился к нам.
- Он и впрямь был твоим дедом. Родным, - тихо проронил я. Очередной блок, пинок в ее колено. Отошел на пару шагов назад и крепко прописал девушке с размаха по лицу. Метая сонм черных волос она упала на мокрые листья. Не понадобилось даже магии посоха - я и так вырубил ее.
Избавившись от помехи, только собрался было идти охотиться по душонки колдунов дальше, но этот день неожиданных встреч рассудил иначе, подкинув мне Вейнона с парочкой сопровождающих. Этим досталось сильнее: доспехи помяты, немного порублены. Оружие в крови и зазубринах. Только сияющий нагрудник данмера оказался цел, пускай и запятнан грязью, вперемешку с запекающейся кровью.
Адамантиновый, с пробегающими на зеркальном отражении, искорками магии.
- Вы только посмотрите! Е*@№#0 с дурацкой палкой теперь дерется на стороне блохастых собачек! И компас нынче у тебя, ведь так?
Я молча берег дыхание, смотря как двое заходят по флангам. Гаденыш меня выслеживал специально? Или как?
- А давай, по всем традициям древних баллад я расскажу тебе, мой любимейший подчиненный, всю поднаготную своего плана? А?! Кайле, моей дорогой Кайлочке, грядущей властительнице Силы Леса, мало одного Альбиона - ей нужен и Олдгейт, и прочие лакомые участки Нортпойнта. Со смертью Императора грядет разруха - надо отхватить свой кусок в близящихся междоусобицах. А как бы удивился тряпка- граф, узнав, что я натягивал его женушку, много-много раз. Сдох твой граф - с началом этой карательной экспедиции, уже должен лежать в луже крови. Или блевоты. Смотря, каким путем пошла мадам Насо!

- Выговорился? - я залихватски крутанул посох над головой, выставив навершием вперед. - Хватит болтать. Перейдем к делу.
А теперь - потанцуем!
Удар вправо - один отшатнулся. Бросаюсь сломя голову вперед, от удара щитом слева, отбиваю меч Вейнона. Зараза! И тут адамантин - столкнувшись с непростым оружием, посох едва слышно заныл дрожью в руках. Отскочил спиной вперед.
Полагаю, командир "Адамантина", ныне суровым щелчком захлопнувший забрало шлема, оставил немало трупов за собой, раз никто не лезет в стычку. Меткий бросок выуженной из поясного кармана склянки, удачно разлетевшейся о кирасу, отправил одного в облаке зеленого дыма в крепкий и, надеюсь, полный кошмаров сон. Данмера тоже должно было задеть, но ему было хоть бы хны - наступал с неотвратимостью падающей скалы. Доспех из адамантина много легче стальных аналогов и не снижает подвижности - измором его не возьмешь...
Второго наемника встретил тычком деревянного торца под челюсть. Готов. Пара - тройка зубов, возврату и обмену не подлежат. Теперь будет легче.
Удар сверху - привычный блок поперек древка. Но, Вейнон оказался хитрее: подскочил в размахе ближе и двинул латной чашечкой колена в мой живот. Пару метров палых листьев я пропахал спиной вперед и скорости не снижая.
Да, как в этот драный кусок данмерской руды, влезло столько место для чар увеличения силы?!
Посох вылетел из рук, тусклой палкой оставшись у ног эльфа. Хелен пытался поднять его, но артефакт мигом истаял в воздухе, среди вьющихся узоров зеленого цвета.
Вскочив, принял двуручную стойку полуторного меча из сексты. Сейчас мы посмотрим, кто из нас лучший фехтовальщик!
Предсказуемый блок его меча. Не дав клинку соскользнуть и увязнуть среди хитросплетений узорчатой гарды, я отступил, прикидывая, как еще прощупать защиту врага.
Повторив мой прием, Вейнон атаковал. Увожу его меч вскользь, "сливом" перед собой. Выровняв оружие для рубящего, наношу удар, целясь в сочленение кирасы и наплечника. Знакомые искры кольца просигнализировали, что колющий в живот лишил предпоследнего шанса на ошибку. Но, оппонент содрогнулся - сработала отдача!
В ответ колю острием, взяв на мушку смотровую щель забрала. Неестественно быстрый меч данмера сломал эту затею и... мой меч в придачу.
С обломком длинной двадцати дюймов от рукояти и кинжалом в левой руке, отступаю с ножевой стойкой. Где эти хваленые люпины, когда задницу их хренителя-Хранителя, сейчас порежут на шнурки?!!
- Ты победил. Держи, - уцепив цепочку парой свободных пальцев, я швырнул компас под ноги эльфа.
- Я на это не куплюсь, - гулко ответил шлем, прежде чем его владелец получил удар импульса телекинеза. Пошатнувшись, он уже собрался было падать, чему я придал ускорение, налетев следом. Вонзив таки скрещенными руками, обломок и кинжал в смотровые щели, тяжело дыша отступил.

Кровь лилась алыми потоками на зеркало нагрудника, а ослепший Вейнон все-равно встал. Шум страшной битвы ворвался в мои уши, словно, ранее от остального сражения, нас отделяла не сотня ярдов, но целая миля.
Глава "Адамантина" все еще шел вперед. А я, все еще стоял, опустив руки с окровавленными клинками. И завершением безмолвного помешательства стал протяжный крик, исполненный плача и скорби:
- Ненавижу!!! - силуэт девочки стрелой мелькнул мимо Хелена, застыв пришпиленной на булавку бабочкой.
Она выронила занесенный для удара меч. Слишком тяжелый для ее тонких рук.
Данмер молчал, перенося адскую боль от месива, заменившего ему верхнюю часть лица. Сьюзанна бессильно плакала; с зияющей раной в середине груди ползла по орошаемому красным цветом ковру прошлого. Сотканному весенней и летней листвой, когда она была еще жива.
А теперь тянула судорожные изящные пальцы ко мне, не убавив ярости в своем взгляде.
Пока не затихла, черной волной встрепанных волос на алом холсте.
- И, это твоя цена? Да? - притянув магией компас, я развернулся и просто ушел.
В никуда.
Где на каждом шагу мучились раненые, невидяще смотрели в молочно- белое небо мертвые. Где ровный строй конницы, под алыми волчьими флагами, вылетел из урочища, разгоняя последних атакующих, под ликующе-протяжный вой люпинов.
Где израненный Максимус нашел силы, чтобы встать с колен, отринув целителей, дабы отсалютовать мне еще одним сломанным мечом.
Где пировала Смерть, а явившийся мне, снежно-белой масти волколак в графском одеянии, вовсе не удивлял.
- Оу, господин Нерион? Как здоровье Вашей супруги? - меланхолично заметил я.
- Скоропостижно скончалась от заморской болезни. А сэр Вейнон, надо думать, был линчеван на ветви одного из этих величественных деревьев?
- Да, Ваше Высочество. Не будь при благородной особе сказано - заведомо покойный, вместо веревки удостоился петли из собственных кишок.
- Так и сделаем, - казалось, будто волчья пасть искренне улыбается. - Я все понимаю, доблестный сэр, посему, обойдусь без лишних слов. Вот, примите скромный презент.
В мою ладонь легла увесистая пластина. Та самая. Из замка.
- Что-нибудь еще?
- Осмелюсь просить, Ваше Величество, чтобы один из конных гвардейцев принес мой плащ. Он тут, за дальней грядой...
Ожидая посыльного, я в последний раз воззвал к посоху. Появившись в руках, он снова бесследно исчез, убрав посторонние цвета из моей ауры.
Забрав плащ, я молча ушел, чувствуя на спине взгляд светло-голубых глаз старого вожака стаи, ныне спокойного за мир на своей земле.
Я оплатил цену чужой кровью.
И портал Хронономага принял меня своим черным провалом.






Просто я не совсем понял, кто её убил...
 

"силуэт девочки стрелой мелькнул мимо Хелена, застыв пришпиленной на булавку бабочкой"

Скажем так, оставшись без глаз, Вейнон очень огорчился этому факту, посему, на нервной почве и прирезал девчонку.

 

 

В моде ведь есть возможность по другому выполнить этот отрезок квестовой цепочки...

 В трех записях, отведенных Альбиону, я решил поставить события мода с ног на голову (не все же повторять его сюжет!) У Алекса "плохими ребятами" были именно-что  оборотни и бравый ГГ мотался по всему Сиродилу в поисках друидов и лекарства от ликантропии. А разброс мест действия был таков, что впору писать отдельную книгу.

 Тут, скорее, эти три записи идут только по мотивам плагина. У Tirexа все было более добрее, без драмы и масштабных баталий. А идею люпинов я взял из мифологии древних англичан, где было очень непростое и развернутое отношение к волкам-оборотням.

Ага. С пробитой зачарованным мечом грудной клеткой, без мгновенной помощи целителя, исход обещает быть плачевным.

Просто я не совсем понял, кто её убил...
В моде ведь есть возможность по другому выполнить этот отрезок квестовой цепочки или там такой же линейный конец?

Как я понял, Сьюзанна ведь умерла?

Ага. С пробитой зачарованным мечом грудной клеткой, без мгновенной помощи целителя, исход обещает быть плачевным.

Как я понял, Сьюзанна ведь умерла?

Обратные ссылки на эту запись [ URL обратной ссылки ]

Обратных ссылок на эту запись нет