Перейти к содержимому






- - - - -

2. Prelude to an End - Танец яростных чувств

Написано Daylight Dancer, 28 Сентябрь 2018 · 99 просмотры

2. Prelude to an End - Танец яростных чувств "Любая страсть толкает на ошибки, но на самые глупые толкает любовь."
Франсуa де Ларошфуко




Что было мне в радость той ночью: глотками пить свежий воздух гор, обступающих земли крепости, или же украдкой урывать чужие цветы и пепел?
В ответ, Роза бросала мне фиолетовые искорки огненного взгляда, сидела на краю, совсем рядом - рукой достать - болтая сапожками над этой умопомрачающей пропастью. Мостовая улицы виднелась далеко внизу, выхватываемая с высоты нескольких этажей, лишь белыми пятнами ночных фонарей. Будучи уже слегка пьяной, эльфийка шаловливо сбросила вниз одну из опорожненных бутылок эля, в ответ на что мне лишь оставалось едва слышно вздохнуть.
Это была одна из ночей первой декады Месяца Руки дождя, когда весна только начинала входить в свои полные права, пророча скорое лето, но еще не скинув с себя промозглый зимний холод настырного ветра. Мириады звезд и две полные луны освещали небо, изредка прикрытое пятнами темных облаков, спадая белесым светом на крыши домов да гигантскими миражами выделяя крепостные стены.
Поплотнее закутавшись в плащ, я приложился к чарке, согревая нутро теплым хмельным медом. Мой с Каси разговор уже в который раз зашел в тупик и нам приходилось замолкать, соблюдая договоренность, что в хоть один-единственный день мы не сведем наше общение к грандиозному скандалу. Не сказать, что это прямо-таки остановило бы извечную обманщицу, но на кону спора была сотня септимов, выплачиваемая со стороны первого нарушившего уговор.
Море звездной тьмы возводило Мессера и Секунду в полуночное положение, но мы в основном молча пили, редко-редко перекидываясь мнениями или шутками. Порой, мне начинало казаться, что у Ворона было нездоровое чувство юмора, раз он отправил в крепость "Темного Клыка" именно нас двоих, давно прославившихся на всю банду своими взаимоотношениями, подобными, как у кошки с собакой. Уже зная, что нужный заказчику артефакт находится в подвалах местного игорного дома, так и без "разведки боем" со стороны Кассигнии я бы и один с легкостью выкрал его из-под носа незадачливых бретонских воров-лудоманов. Но, даже раздобыв искомый предмет, я слегка уступил девушке, знатно обогатившейся за карточным столом.
Второй такой наглой, глупой и жадной особы, с просто даэдрическим умением к мошенничеству, азартным играм и шулерству, вы не сыщете во всем Тамриэле! А еще она красивая; безумно красивая, пусть хотя бы божественный ранг ее изящества бытует только в моих глазах.
С первой встречи и по ту холодную ночь, она почти не изменилась внешне, нет. Но, словно что-то окутывало мой разум, даже при мимолетном взгляде на этот щуплый, невысокий силуэт девушки-мера. Целая кавалькада ощущений проносилась по телу, неся ноющий страх, неуверенность, притупляя все окружающее и в итоге я вел себя, как последний идиот, по большей части сдерживаясь, но давая выход накопившемуся в постоянных ссорах с ней.
Предпочитая в одежде темно-фиолетовый и серо-черный цвета, она подчеркивала корсетами свою и без того тонкую талию, скорее, стараясь визуально выделить стеснительно-небольшую грудь. Ее обычный гардероб: высокие сапожки с ременной застежкой, теплые облегающие брюки и рубашка, тонкие кожаные наручи, обычного кроя плащ с капюшоном, полностью скрывающий под собой низкорослую владелицу.
Кассигния не любила носить украшения, впрочем, сделав постоянное исключение для подарка от Рыжей - своей лучшей подруги - амулета, формой даэдрического символа "Quam". Также, данмерка очень интересовалась айлейдским наследием: их руинами, оружием и всем, с ними связанным, символично вытатуировав вокруг левого глаза крупный символ "Seht". Касающийся зигзагообразным изгибом края ее века, этот тонко исполненный рисунок частенько был прикрыт челкой пепельно-черных недлинных волос, освобождавшейся из косичек спереди, дабы тенью лечь на левую сторону изящного треугольного лица, с ровным тоном синевато-серой кожи.
Привлекательная сыпь черных веснушек пролегала под большими миндалевидными глазами, чьи уголки были немного приподняты, как это заведено природой темных эльфов. Кончики острых ушей проглядывали над встрепанной шевелюрой, едва касающейся узких плеч. Тонкие стрельчатые бровки изгибом взлетали к высокому лбу, мило склоняясь к прямому, недлинному и слегка курносому носу, когда она хмурилась. Завершали картину ее правильного лица, пухлые черные губки, тихо прошептавшие в тот момент мне на ухо:
- Ах, как же скучно сидеть просто так и пить. И это наш законный выходной? Которому, я обязана именно тебе. Так ловко выкрасть статуэтку... Расскажешь, что было в тех подвалах?
- Простой и банальный лабиринт из нескольких ветвистых тоннелей. Подвал дома, через который я попал в сеть старых катакомб, пара заброшенных сап, от былых осад замка. Помнится, одна даже сообщалась с потайным ходом к крепости... В конце, нужные подвалы казино - темные, пыльные, но богатые на добычу.
- И ты не заблудился? - она задумчиво намотала на палец прядь непослушных волос. Откуда такая заинтересованность? Кассигния точно не сможет преодолеть барьер моей холодной собранности, если возжелает заполучить призовые деньги, тогда как сама очень легко могла быть спровоцированна на конфликт.
Но я не хотел выводить эльфийку из себя. Просто наслаждался этой прохладной тишиной и спокойствием подле нее.
- Ну, я же не зря все это время искал старые карты "Темного Клыка". Начертить на основе нескольких добытых внятный план, тоже не составило труда. Как-то так...
- Да... Давно хотела спросить: Сарис раз обмолвился, что ты выпускник Университета Таинств. Но ты растрачиваешь магический талант по пустякам! Вот, как сейчас, греешь себе кружку медовухи, не выпуская из рук. Ты совсем не пользуешься "Невидимостью", "Хамелеоном", "Тихим шагом" - это бы здорово помогло в воровстве.
- Хм, ты заметила сей фокус с напитком? Хотя ты и не дока в магическом искусстве, но почуяла волшбу рядом, а представь, что было бы, если я начал колдовать рядом с опытным выученным магом, с пояса которого я намерен сорвать кошель? Да и от творимого заклинания всегда остается "след", что, как подпись на бумаге, позволит определить просмотревшему его, что за человек или существо здесь недавно отметилось. Это тесно связано с личной магической аурой, к тому же, я способен на один только Мистицизм, помогающий, разве-что в обнаружении предметов. А фаерболы, тонкий телекинез и работа с гравитацией Изменения жрут слишком много маны. Проще выпить зелье "Невидимости".
- Ты серьезно учился на мага целых десять лет?!
- Двенадцать, потом сбежал. Не особо то хотелось остаток жизни быть под колпаком у Гильдии Магов, как они пророчили мне преподавательскую должность. Годам к пятидесяти, при постоянной практике...


Тихо и звонко Роза рассмеялась. На миг, показалось, что даже приблизилась поближе и теперь я могу в полной мере наслаждаться ее чудесными духами.
- Мой черед. Ты не против? - я стрельнул глазами в ее сторону, через край надвинутого капюшона. - Почему Роза? "Пепельная Роза"... Это звучит красиво.
- Мне говорят, что я красива, как и этот цветок. При этом, столь же колюча, ведь у каждой розы есть свои шипы.
- Я видел их. Однажды. Грация розоватых лепестков с долей непередаваемого цвета... Какой он? Не могу описать.
- Неужели, наш Терральт-тень еще и поэт? Хи-хи, романтичному вору, подобное донельзя к лицу. Наверное, в университетские годы у тебя было множество подружек!
- Увы, нет. Всецело, я привык быть один, - не покривя душой, в тот момент отринул мысли об покинутой Рианне, ведь наши отношения колебались от теплых дружеских, до почти что родственных. подобающих брату и сестре.
Разговор переводился на все более личные темы, но удивляться этому не следовало, ведь мы оба были пьяны в эту светлую ночь полных лун. Только так, страх и беспокойство отступали, предоставив место необычной смелости, лишь усугубляющей теплоту в сердце. С осторожностью подбирая слова, двигался все дальше, не веря ощущениям, будто бы я встречаю со стороны Кассигнии не вечное отторгающее презрение, но нечто сходное с флиртом.
- Ох, как же я устала просто так сидеть на одном месте. Хорошее вино должно давать порыв к движению, - слегка зевнув, девушка соскользнула на ровную поверхность крыши, грациозно по-кошачьи потянувшись. - Я желаю танцевать!
Плащ сполз с ее плеч, как свадебное платье в первую брачную ночь. Легко пройдясь под светом звезд, она сцепила вверху руки, ловко переставляя стройные ноги, движениями, более мягкими, чем привычное от увиденного во время фехтовальных спаррингов.
- Танцевать с тобой...
Пожав плечами, я отставил кружку в сторону, поближе, к почти пустой бутыли хмельного меда. Последовав за темной эльфийкой, расцепил застежку плаща, оставив там же сумку и прочее снаряжение. Взял ее руку и обомлел, когда Касси прильнула ко мне, обхватив холодными тонкими руками шею партнера.
Шаг назад с ее стороны, мое наступление. Рука уже лежит на ее бедре, вторая, сжимает тонкую девичью ладонь. До этого я почти никогда не танцевал, но впредь был осторожен, смягчив жесткий фехтовальный шаг и тихо возблагодарив личную природную ловкость, и привитый полуторным мечом контроль над телом.
Она изгибается назад, в тот самый момент, когда я делаю шаг, оставляя правую ногу далеко позади, как в долгом и опасном выпаде. Я напряжен, выдерживая вес слегка обмякшего тела, но не сбавляя напора, покидаю ее талию, продолжая шаг и смертельным финтом закручивая этот меч назад так, что нас отделяет пара вытянутых рук. Девушка продолжает отступление, стараясь утянуть за собой, но осторожный рывок с моей стороны, притягивает ее ближе.
Быстрый, сумбурный танец для нас двоих, для этих звезд и пары неразлучных небесных светил. Спящий мир ушел на второй план, на прощание оставив слабый свет низвергнутых улиц. Но мы были выше всего, вальсируя на крышах черного города, словно бы за этим обязан последовать умопомрачительный полет ввысь.
Что это? Зачем... Нет, в Обливион такие сомнения! Куда уж лучше подчиниться течению странных обстоятельств, приведших самую красивую, самую странную женщину этого мира в мои объятия. Я склонялся к ее шее, скрестя выпады ног, удерживаясь одними носками тихих, мягких сапог и крепко сжатых рук. Она скользила вокруг, подозрительно норовя обнять партнера не только сцепленными руками, но и ногами. Тело Касси казалось удивительно легким, сходным с незначительным весом оружия в привычных руках. Мы даже не смотрели друг на друга, телами чувствуя сей порыв и необычайную разгульную легкость.
- Довольно притворяться, Терральт, - еще никогда я не был столь близок к ней, сжимая жаркое трепещущее тело в руках. Тихий и мелодичный, молодой голос вновь нашептывал в чуткое ухо. - Довольно, ведь уже давно пора понять, почему ты столь необычен со мной, куда пропадает лед странного характера одного одинокого вора, стоит мне оказаться рядом. Идиот, глупец... Пускай эти слова будут стоить мне целой сотни золотых, но иначе не назвать того, кто осмелится прикоснуться к хрупкой розе. Не зная, что разбив мое сердце, он увидит отравленный шип-кинжал уже в своем. Или же лишится его вовсе, утонув в вечной боли страданий.
- Но боль всегда идет рука об руку с наслаждением. Не правда ли? - мы уже шептали друг-другу, отбросив танцевальные стойки, впились руками, обвивая тела.
Роза ответила, воспрянув из объятий, резко оттолкнув меня к печной трубе. Словно бы поддавшись ее расчету, не удержался на ногах и сполз, держась за сколотые каменные края.
- Люди не могут всегда жить сами по себе. К мерам, такое правило относится с зеркальной точностью. Действительно, я слишком долго была одна... Как и ты, - подходя ближе, она ловко расшнуровывала верх завязок корсета, порхая по ним тонкими темными пальцами.
Пока аромат горького пепла и заморских цветов не поглотил все вокруг...

Что же это было? Очередной сон? Видение? В точности я не уверен о правдивости происходящего в ту ночь на пустой крыше, под ярким светом звезд.
Мир открылся с новой стороны, где приходилось метаться меж двух огней, отвечая холодным отношением на теплоту юной девочки с жемчужным цветом волос, но осторожно держать в руках дикую розу, норовящую ужалить душу черным шипом. Все рвалось и рушилось прямо на глазах: впервые я боялся все потерять, нарушить завоеванный ход вещей. Сжирал сам-себя, проклиная за великую оплошность - первую приобретенную слабость, грозившую, рано или поздно, обернуться страшными потерями.
Ведь я привык быть один, хотя в своем мировоззрении, где даже приятели из банды занимали не столь великое, эпизодическое место.
Да уж... Донельзя странная жизнь, безмерно глупая любовь.
Сказка с плохим финалом...

Чаровница вконец вымотала меня. Ее стон перетек в вопль, когда девушка откинулась на спину, головой к дальней спинке кровати, раскинув длинные волосы темно-каштанового цвета по скомканному одеялу. Очертания стройного женского тела дрожали, и легкая прохлада помещения не была тому виной. Отодвинувшись назад, я приподнялся, облокотившись затылком о высокую подушку.
Бессмысленная пустота заполнила гудящую голову, а спутанные воспоминания более чем полугодовой давности сгинули без следа. Чувствуя, что алкоголь уходит из крови, грозясь уступить место колющей боли и жажде, подхватил с прикроватного столика почти полный кубок вина. Оставалось только гадать, каким образом, сосуд на тонкой ножке выжил в предшествующей грандиозной тряске, не почив грудой осколков на полу, под веселый заливистый смех и стоны моей партнерши.
Пока внутренний огонь разгоряченного тела гас, заливаясь кисловатым северным напитком, Фаустина без малейшего стеснения обтерла бедра мокрой от пота простыней.
- Ф-фух! Это было... Что-то! - полная высокая грудь девушки тяжело вздымалась, но обладательница больших карих глаз лишила меня этого захватывающего зрелища, перевернувшись на живот и уже так сев ко мне спиной. Подтянул к себе ноги, кутаясь во вторую простынь, дабы дать ей простор. Но, даже так, вид сзади был определенно неплох. - Не хочешь повторить?
- Не думаю - этого будет достаточно. На какой сумме мы условились? - настроение стремительно ухудшалось, оставалось разве-что утопить нахлынувшую горечь в вине.
Имперка поднялась. Ловко, с хохотом, перепрыгнула на пол, потревожив занавесь балдахина. Вовсе отодвинув ткань занавески, наклонилась, уперев локти в спинку:
- Сто двадцать пять золотых, Ваше Великолепие. Очень, очень жаль, что продолжения так и не предвидится, - протянув ответ своим томным голосом, Фаустина отошла, покачивая упругими бедрами. И, пока я натягивал штаны, сиротливой тряпкой выуженные из-под прочей одежды - моей и чужой - она остановилась у письменного стола в дальнем конце комнаты. Среди рыжевато-оранжевых теней, отбрасываемых свечами, повернулась лицом, положив тонкие руки на края столешницы. - Можешь не торопиться с оплатой, мне просто нравится смотреть на тебя. Ты искатель приключений? Наверное, промышляешь подобным уже очень давно; а расскажешь откуда эти старые шрамы?
Мало обращая внимание на болтовню, я натянул рубашку, напоследок, оценив состояние рубцов. Выглядело странно: мелкие шрамы на лбу, от порезов рук и заметное пятно на левом плече, возрастом в пару-тройку лет, оставшееся от удачливой стрелы меткого стражника - бесследно исчезли. Остались отметины когтей птицеподобного чудовища - три еле заметные бурые полосы на ноге. Выглядели они постаревшими, будто-бы с момента ранения прошли годы и годы, но не считанные дни.
Колодец Синих Вод? Философский камень? Что же спасло меня в той ситуации? Даже если аэдра остался в замешательстве от подобного трюка, не наблюдалось особого желания проверять: воистину ли я буду бессмертен и впредь. Особенно, в тот момент, когда правая рука Фаустины Картии незаметно сползла в тень отбрасываемую столом, аккуратно взяв что-то с нижней полки для черновых бумаг. С внутренним интересом, самым краем глаза я наблюдал за действиями имперки. Улыбался, выискивая кошелек среди карманов новой куртки, удачно спрятав раскладную бритву в длинном рукаве рубахи.
Девушка и догадаться не могла, что даже в полутемном помещении я видел движения ее руки. Стараясь не акцентировать взгляд на таинственном предмете, заложил его образ себе в память. Продолговатый, очень тонкий, похоже, что острый... Стилет? Или длинная шпилька, но, заплетая волосы, проститутка бы не стала столь долго таить ее... сжав для нанесения удара!
Отлично. Меч, пояс, лук с колчаном и сумку, наполненную новыми "игрушками", я оставил во входном тамбуре комнаты. Кинжал она стянула с ремня еще в начале веселья, отбросив беднягу подальше. Сейчас, до него не добраться. А ситуация все усугублялась: за стеной, справа от громадной кровати, смятой и стынущей, подобно вулкану, отчетливо донесся шорох, казалось от неосторожного шага, исходивший из межстенной перегородки.
Или у них водятся мыши, способные производить столь громкий шум, или...
Итак, в моем распоряжении оставался развязанный мешочек монет, спрятанная бритва, кольцо "Мгновенного щита", маленький амулет, магия и подвешенный язык. План наступления занял еще пару секунд и вот, я продолжаю разговор, улыбаясь много сильнее прежнего.
- Ты так загадочно улыбаешься. Я тебе нравлюсь, да? Я же красивая? - Фаустина играла бедрами, изгибалась резными мышцами стройного живота, возбуждающе водя грудью. Следовало вспомнить, чему учил Сар в обращении с девушками:
- Да, девица ты хоть куда, Фаустина Картия! Ох, всю бы с охотой съел, а особенно твои сиськи, - как можно понять, ничему путному Сарис научить не может. Все разрешилось интонацией и донельзя честным выражением лица, не без доли наигранной похоти. Подозрительная маркитантка поверила и я потихоньку начал сокращать дистанцию, босыми ступнями зарываясь в мягкий ковер. - А, скамп со всем этим! Ладно, денег у меня хватит, времени тоже. Давай еще раз? Мой друг вполне подождет, хотя, интересно бы знать, где он?
- На втором этаже, комната с синей дверью и рукоятью в форме головы льва. Поверь мне, Сигни Разлучницу не так-то просто удовлетворить и данмер явится не скоро. Деньги можешь положить в нижний ящик тумбочки. Да, вон той.
Надеюсь, Сарис как-нибудь выкрутится, если наш расклад и впрямь паршив. Гетера пытается меня задержать до прихода подмоги, а то и вовсе - убить. А чтобы достать до нижнего выдвижного ящика упомянутой тумбы, мне следовало повернуться спиной к девушке и наклониться. Выглядит опасно, не находите?
То-то же. Пора валить!
- Я бы хотел сделать это по особенному. Можешь полностью сесть на стол и раздвинуть ноги? Я осыплю тебя золотом. - расчет верен, тогда ей придется или опустить скрытый клинок, или опрометчиво промелькнуть оружием возле подсвечника, где такой "обычный" человек, как я, мог бы его заметить.
- Но, как же я буду собирать монеты, если они рассыпятся по всей комнате? - игриво пропела имперка.
- Ты будешь стоять на четвереньках, подбирая септимы, а я буду помогать сзади, - уже шепча ей лицо, впился поцелуем, когда Фаустина обхватила меня ногами, как с опоры, взгромождаясь на стол.
Руки девушки пусты и... тянутся к моему поясу. Едва ли не удержался, поддавшись ее нежным прикосновениям к коже, но никто не даст гарантий, что заветную спицу в ухо я не получу уже во время процесса, или сзади нанесет удар таинственный друг Картии.
В замкнутом помещении, пропахшем нашими телами, пошло легкое движение воздуха. Началось...
Падаю. Спиной вперед, вырываясь из зажима ее ног и от шаловливых рук, почти добравшихся до самого сокровенного. С ковра, лежа метнул маленький амулет в сторону предполагаемой тайной двери, пока-что едва приоткрытой. Украшение испарилось, соскользнув вниз по гобелену, но заблокировав перемещение и работу любых механизмов на битые полчаса. Дверные петли и замки также входили в затрагиваемую категорию.
Рев и шипение дикой кошки донеслись оттуда, а очаровательная Фаустина таки извлекла на суд злосчастную шпильку... Довольно длинную "шпильку" с четырехгранным колющим лезвием, круглой гардой, ограничивающей соскальзывание руки при нанесении удара и "шляпкой" противовеса, как у гвоздя.
Однако, рондель. "Гвоздь милосердия", коим удобно пробивать щели доспехов и добивать раненых. И ныне, инструмент смерти падал сверху, получив ускорение от рук вопящей голой девки.
Встретив на своем пути пинок обеими ногами, она поумерила боевой раж, напрочь потеряв кинжал, равновесие и воздух из легких. Секунда - я на ногах, противница силится подняться, перекосив лицо от боли и держась за живот. Ладонь, вцепившуюся в край столешницы пробил насквозь ее же ронделем, пригвоздив с силой через обработанное дерево.
- Хорошо, очень хорошо, - переждав вопль боли и животного ужаса, я подошел поближе с бритвой наготове. - Как это понимать? Ограбление?
- Д-да... - девушка силилась вытащить оружие из руки, пока не получила еще один пинок в живот. - Иногда мы.... грабим невыгодных клиентов! А-а-а-а!!! - взвыла она в очередной раз.
- Невыгодных кому? Борделю? Отвечай, пока я не начал резать. И есть. - даже облизнулся для пущего эффекта, приставив лезвие к ее соску. Хм, да во мне пропадает великий актер...
- Люди! Я их не знаю! Вро-оде, один из...стражи... И кто-то еще! Ум-г! Сказали следить за тем данмером. Который с тобо-о-о...Ак! Завлечь в заведение, схватить... расспросить. - Фаустина переходила со скороговорок на стоны боли и тяжелое дыхание. Кровь, капающая, льющаяся со стола, окропила ее ноги, попала на грудь и живот. Я удерживал свободную руку, продолжая допрос:
- Что еще? Говори!
- Узнать о... Торрбольте? Херральте? как-то так, я имя не запомнила-а-а-а! Потом, передать серого идиота тем людям. Девочки уже послали им весточку, скоро они будут тут, тебе 3.14$ъ@4 пиши...
Что я там должен был писать (завещание?) осталось покрыто мраком тайны, ибо высокий покатый лоб красавицы встретился с плоской поверхностью столешницы. Какую роль в этом сыграла моя рука и длинные волосы шлюхи, предпочту объяснить полунамеком.
Неплохо. Кратковременная потеря сознания Фаустины, как и стихший мяв за стеной, позволили мне подобрать куртку, быстро одеть ее, лишь немного повозясь с застежками высокого пояса, сжимавшего тело прямо под ребрами, застегнул стяжки наручей, забрал кинжал и оставленный кошелек. Затем, коридор: сапоги, меч и дополнительный обвес на пояс, плащ в сумку, лук и стрелы за спину.
Второй этаж, дверь синего цвета и узорная рукоять?
Сарис, держись!


В коридоре, сразу ломанулся в комнату напротив, благо та была на заперта. Прикрыв дверь, встал в темноте, у стены и прислушался к поднявшемуся шуму: проститутки идут на помощь коллеге?
Нет. Скамп бы их побрал, но я отчетливо слышал отзвуки приближающейся драки. Женские вопли, лязг металла о металл, крики и возня. Внутренние ощущения затрагивал шум рвущихся заклинаний, именно такой - порывистый хаос, свойственный магии Разрушения.
Из слегка приоткрытой двери давался обзор на близкую часть коридора с поворотом, что сыграло свою службу, ибо я увидел одну из противоборствующих сторон.
- Обыскать! Объект должен быть здесь, - к двери напротив, той-самой, за которой я был последний час-полтора, приблизились несколько лиц. Два стражника, в коттах с гербом анвильского графства, поверх кольчуг и некий господин в даэдрической броне. Судя по легкой дымке вокруг экзотического доспеха - даэдрик был призван магией Школы Колдовства. И дизайн элементов защиты казался донельзя знакомым.
Разумно отступил вглубь комнаты. "Объект" - шутники, блин. Судя по посторонним звукам и тихой болтовне, кроме троих вошедших в комнату, в коридоре было еще несколько противников. За ту пару минут, что потребовалась мне для установки неприятного сюрприза, специально для рискнувших зайти в комнату, удалось подслушать любопытный разговор:
- Ничего нет! - глухо и страшно вскричал некто, по всей видимости, одоспешенный даэдриком маг.
- Тут это, одна из %(@ъ`i раненая. Сопротивления не оказывает. Красивая, кур-рва, может ее того, ребятам?..
- Отставить! С нас господин Марик шкуру спустит, ежели ублюдка не найдем! Все обыскать!
- Так точно! Как прикажете поступить с пленными и хозяином заведения?
- Всех в расход! Нам не нужны свидетели.
Марик-Марик-Марик... Что-то знакомое крутится на задворках памяти. Вспоминать буду потом, ныне самая пора отступать на второй этаж. Искать возможный потайной ход занятие долгое, вышел через окно, ведущее на заднюю сторону дома, где территория борделя была огорожена высоким забором от городских улиц. Меткий выстрел - стрела с магической лианой хорошо закрепилась на балке карниза и я полез наверх, уже с подоконника услышав гром сработавшей мины. Пожелав, чтобы неудачником, лишившимся ноги, а то и обеих, оказался крикливый командир стражников, выбежал в пока еще пустой коридор.
Синя дверь с узорной ручкой, синяя дверь... В левом или правом крыле? Все же, я издали рассмотрел искомое, не теряя времени, вломился в комнату с кинжалом наготове.
- Терр?! Дуй сюда, будешь помогать в лечении! А... Ахалай-махалай! - моим глазам предстала интересная картина: изрядно потрепанный, но живой и невредимый, Сарис склонился над распростертым женским телом, делая загадочные пассы обеими руками. Затылок несчастной превратился в неприятное месиво крови, засыхающей на белокурых волосах, а из-под головы лежащей ничком полуголой нордки успело расплескаться внушительное кровавое пятно. Орудие преступления нашлось тут-же: массивная золотая статуэтка Талоса была щедро залита красным.
- Сарис, здесь "ахалай-махалай" не поможет, ты человеку череп пробил, лекарей вызывай. О-о-о, как все запущенно. Забудь о целителях, нам нужен могильщик. - едко приговаривал я, обтирая статую подолом найденного в комоде платья. Спрятав добычу в сумку, быстро обыскал шикарно обставленные апартаменты, прихватывая все самое ценное. С диким взглядом, данмер забился в дальний угол, обхватив голову руками. К чести его сказать, новоиспеченный убийца трезвел буквально на глазах.
- Поднимайся, стража уже здесь. Понятия не имею, как ты отбился от этой "сирены" и сколько ты выпил, возомнившись адептом Восстановления, но... Стражи непорядка пришли не по поводу рядового убийства. Скажи, как давно ты ходишь в этот бордель?
- А-а-а! Да я тут первый раз! Пересекся как-то раз с девочками из заведения Гведена, они пригласили к себе, сказали жеж, будто с другом приду, так и скидку дадут. А тут ты подвернулся, - за считанную минуту, Сарис успел полностью одеться и собрать вещи, одновременно с тем не затыкая рта. - Мы сваливаем отсюда?
- И еще как. Быстро и незаметно. Тут какая-то даэдровщина, Сар: стража взяла здание штурмом, убивают всех встречных. Они ищут нас. Быть точнее - меня, а приглашение приятно провести время, всего-лишь сыр в мышеловке. Идем...
Окно в соседней комнате, выходящее на фасад дома, оказалось не лучшим вариантом для бегства. Высмотрев нескольких стражников на входе, едва не попался им на глаза, в последний момент втянув голову в пределы освещенного помещения. Сильно поджимало время - как только мы пересекли коридор левого крыла, вскочив на лестницу к третьему этажу, погоня шумела выбитыми дверьми уже из правого крыла. Нас пытались окружить. Снизу, кто-то бодро лязгал металлом доспехов, грозясь вот-вот преодолеть последнюю лестничную клетку.
Пропустив Сариса вперед, не глядя скинул новенький пузырек "гремучей" световой пыльцы. И, судя по грохоту падающего тела и мужским матерным возгласам, я ненадолго заблокировал им подъем.
Третий этаж - при нашем появлении, слегка прикрытые щели дверей шустро захлопывались, пряча испуганные глаза. Закуток с приставной лестницей, пыльный захламленный чердак. Ногами выбив доски чердачного заколоченного оконца, выбрались на покатую скользкую крышу.
- Будем прыгать, - вздохнул я, протягивая Сарису флакончик снадобья "Замедления падения". Скоро объяснив эффект от выпитого, осушили склянки.
- Эх, как в старые-добрые времена! - воскликнул друг, прыгая следом.
Ночной ветер развевал плащи двух черных теней, сорвав с моей головы капюшон. Ловко планируя в воздухе, собрав тела в комки, мы очутились на мокрой мостовой по ту сторону от изгороди. Не теряя времени по пустякам, рванули в переулки. Негромко продолжая разговор, рассказав вызнанное от Фаустины, я вел данмера через тьму ночи.
- Странно, но эти шлюхи не узнали меня. А ведь по Анвилу развешана куча детальных портретов...
- С такой-то бородой, тебя и мать родная не узнает, - хмыкнув, Сар сослался на выбритую из густой щетины эспаньолку, возможно, сильно меняющую мой внешний вид. - Что там еще?
- Так-вот, определенно, недоброжелатели рассчитывали развязать тебе язык и узнать где я могу находиться. Если подонкам известно столь многое о банде Ворона...
- Да, точно! - шипел Сар в спину. - Сначала твои позывные, теперь, вычислив меня, они попытались бы вызнать все известное о твоем местонахождении. Или рассчитывали, что я явлюсь в бордель именно с тобой!
- Расчет верен. Или же, ты стал бы заложником, за освобождением которого, "объект" пришел бы в очередную ловушку. Я начинаю волноваться за Рыжую...
- %l@@@@ъ:, намекаешь, что ее уже того?..
- Не исключено, - сбавив шаг, я придержал налетевшего Сариса. Впереди, в свете блеклого фонаря остановились несколько всадников с знакомыми гербовыми накидками. Подворотня была, хоть глаз выколи, как темна, поэтому, не издавая заметных звуков мы были в безопасности от обнаружения.
"- Уходим к востоку. Храм останется слева. Лошади, украдем, бежать из города", - перейдя на условленный язык жестов, некогда бывший в ходу среди нашей банды, в ответ я получил лишь недоуменный шепот.
- Не, я жеж вижу, таки ты машешь руками на фоне светлой улочки. Но, Бог-весть понять не могу, нафига ты это делаешь? - совсем забыл, что Сарис не видит в темноте, столь хорошо, как и я.
- Валим к конюшням. Они прочесывают город.
Ориентируясь по шпилю часовни, мы углубились в царство городских теней, шарахаясь каждого подозрительного силуэта.




Блин, я это написал? Нет, правда круто пишешь, но как же лень читать.

я...даже не знаю... круто, очень круто!  С ума сойти! Правда, очень хорошо пишешь!


Обратные ссылки на эту запись [ URL обратной ссылки ]

Обратных ссылок на эту запись нет