Перейти к содержимому






- - - - -

Новый роман The elder scrolls - Сквозь Инферно...

Написано Saragon, 07 Май 2018 · 60 просмотры

Чтобы быстрее перейти к следующей части в этоот раз я решил выложить сразу три главы.
Для тех, кто хочет скачать книгу сразу, рекомендую перейти по следующим ссылкам:
1) https://www.litres.r...umom-zabveniya/
2) https://mybook.ru/au...umom-zabveniya/
На ЛитРес очень лёгкая и быстрая регистрация), но, к моему сожалению, без неё не скачать, а по сему прикрепляю ссылку для тех, кто хочет пока ознакомится (просто скачать) с "демо-версией" книги:
3) http://7books.ru/ste...umom-zabveniya/



Глава третья. Структура
Орден. Это был действительно старый и древний Орден, корни которого были потеряны в бесконечной круговерти исторических событий. Мало кто знал о нём, ещё меньше было известно об его истории, ибо даже никаких свидетельств о его существований в первую эру не найдено. Хотя считается, что история Ордена уходила корнями именно во вторую эру. Говорят, что его создал один из товарищей Пелинала Вайтсрейка. Имя создателя неизвестно. Но многие говорят, что этот Орден был создан ещё первыми людьми в Тамриэле со времён прихода нордов с Атморы.
Про первоначальную цель Ордена, которая была у истоков истории, ничего не известно. Только после создания единой Империи у Ордена появилась определённая и чёткая цель. После того, как Талос объединил все земли Тамриэля, Орден теперь существовал для того, чтобы искать наиболее могущественные артефакты и следить, чтобы не попадали в руки злодеев: изгоям Скайрима, даедропоклонникам всех мастей, некромантам, бандитам и прочим негодяям, что носила земля Тамриэля.
Но помимо всего прочего он занимался поиском новых всевозможных, будь, то самых обыденных, вплоть до мистических и тайных знаний и древних артефактов. Слуги Ордена неустанно бродили по всему континенту в поисках множества реликвий, которые могли оказаться не в самых добрых руках и потаённых знаний, что зачастую всего находились во владении разных магических бандах преступников. Этот орден имел название «Ангелы Слова».
Они ходили по всему Тамриэлю, в поисках новых знаний и артефактов. Они были во всех провинциях: от Хай Рока до Чернотопья, от Морровинда до Саммерсета. В оружейных ордена хранилось много артефактов и зачарованных предметов, порой очень старых предметов, бытность которых относится ещё к тем временам, когда человек ещё на Атморе жил.
Этот Орден не имел грозного или звучащего названия, которое обычно берут себе подобные образования. Но народная молва нарекла более звучащим именем, нежели то, что он мог себе придумать. Народ Тамриэля называл его «Гвардия Света».
Этот Орден всегда предпочитал оставаться в тени, скрывая свои действия и никогда не показываясь на людях. А если в силу своей операции и задания им приходилось иметь диалог с местным населением, то представители Ордена могли показаться неразговорчивыми и чурающимися всякого общения. Ни в одних книгах, повествованиях, отчётов графов и ярлов о нём не было написано. Лишь пара деревенских стихов могли повествовать о малоразговорчивых рыцарях, закованных в блестящие доспехи и своим клинком разгоняющих тени. «Гвардия Света» всегда предпочитала действовать непосредственно, без помощи непосвященных.
Помимо всего прочего считалось, что Орден имеет тайное соглашение с императором. По этому договору император в случае опасности обязан был прийти на помощь Ордену, когда это действительно было необходимо. А сам Орден обязывался не лезть в политику империи и беспощадно истреблять любую угрозу магического или более угрожающего характера.
У Ордена было весьма интересное и крайне выгодное расположение. Он находился на крупном острове, южнее Гринхарта, что на юге Валенвуде. Это южное положение позволяло круглогодично выращивать всё необходимое для спокойного проживания на острове и независимости от континента.
Большинство построек Ордена были уникальны и выражали не только практичность и стойкость, но и неподдельную роскошь, и могущество организации. Полностью обитель Ордена именовалась как «Цитадель». Вся Цитадель имела форму прямоугольника, на его углах возвышались огромные сторожевые башни, хоть чем–то внешне напоминающие знаменитые башни Солитьюда, но они были маленькими по сравнению с этими строениями. Возвышавшиеся вверх на несколько десятков метров, они в солнечную погоду отбрасывали немаленькую тень на внутренней двор цитадели.
Стража, состоявшая из выходцев из имперского легиона, воинов, наёмников отошедших от дел или даже некоторых неофитов, не сумевших пройти испытание и подняться дальше по иерархической лестнице Ордена или просто захотевшие уйти в стражу, жили в донжонах, что располагаются на углах стен цитадели. Именно стражники несли неустанное бдение порядка в Цитадели. Если рыцари с магами были элитой Ордена, то стража была его регулярной армией.
На всей юге Цитадели располагалась главная башня. Её великолепие нельзя было выразить обычными словами. Это было самое настоящее произведение искусства, заточённое в камне и роскоши. Она, грозно возвышающаяся над всеми остальными сооружениями, была воплощением всего могущества и влияния Ордена на Тамриэль. Она, как и многие другие сооружения примыкала к широким стенам Цитадели.
В центре, посредине внутреннего двора, был огромный фонтан. Даже этот фонтан воплощал богатство Ордена. Фонтан был сделан из дорого мрамора и являлся самым настоящим произведением искусства. От него выходили четыре дороги, ведущих в разные стороны Цитадели и ставшие обозначением сторон света.
С правой стороны от главной башни Цитадели располагались исполинских размеров: Арсенал с кузней, кухня и казармы для неофитов.
Кузни были предназначены для починки и производства любого оружия и доспехов. В её стенах находились самые лучшие инструменты, самые лучшие плавильни и множество наковален, на которых за день могло выковаться столько прекрасного оружия и брони, что за них можно было купить небольшой участок плодородной земли в Сиродиле.
В Арсенале хранилось самое лучшее или даже порой туда клали трофейное оружие. Помещения Арсенала были отделаны драгоценными камнями и золотом, для утверждения ещё более сильного величия Ордена. Хранившееся в нём оружие было отражением совершенства, которое только может достичь кузнец.
По левую сторону от башни цитадели располагалось огромное здание Академиона, обучавшее неофитов различным дисциплинам науки и магии.
Этот Академион был сосредоточением всей мудрости и знаний, которые могли быть только в Ордене, что были добыты в бесконечных соисканиях по всему Тамриэлю. Именно в нём находилась главная библиотека Ордена, в которой находились сотни, если не тысячи самых разных книг, от самых простых до запретных, что могли свести с ума неопытного неофита своими чудовищными и мистическими знаниями.
Так же по левую сторону располагался зал трофеев, где хранились сотни, если не тысячи самых разных артефактов, добытых во множественных кампаниях Ордена по всему континенту. Это могли быть маленькие вылазки вплоть до того, когда задействовали весь Орден в поисках некого очень могущественного артефакта, который попав не в те руки, мог изменить историю в худшую сторону. И в зале трофеев были от самых незначительных, слегка зачарованных колец до могущественных вещей, что могли сделать своего владельца непобедимым и способным ввергнуть в хаос целые регионы.
Но был целый ряд строений располагался уже за стеной, ввиду того, что за стенами, не нарушив красоты и эстетики, уже ничего не могло поместиться. За стенами располагался тренировочный плац, служивший местом испытаний для неофитов, которых изо дня в день обучали основам боевого искусства, которое понадобится им для выживания в самых яростных боях. За стеной был и госпиталь, ставший пристанищем для страждущих телом и духом, что получили свои ранения во время обучения, неосторожного обращения с оружием или магией и тех, кто стал жертвой одной из болезней. Но наряду с ними добрая часть острова была заполнена несколькими фермами, на которых усердно трудились крестьяне, снабжающие кухню и цитадель, не оставляя её без пищи и многих алхимических ингредиентов. Погода здесь была приятная и тёплая, а вкупе с нужными зельями почва просто плодоносила каждый месяц десятками килограммов урожая.
Практически все здания были сделаны в айлейдском стиле, как в имперском городе, что в Сиродиле, ибо Цитадель была отстроена на месте старой разрушенной айлейдской крепости.
Но в Ордене была интересна не культура строений и её стиль, а иерархия жителей этого отдалённого острова. Она не шла ни в какое сравнение с феодальной лестницей Хай Рока и Сиродила. Её нельзя было сравнить с раннефеодальной монархией Скайрима или аристократией знатных домов Морровинда.
На самом низу сложной иерархической системы находились множественная прислуга Цитадели, занимавшаяся уборкой всей крепости, стиркой и приготовлением еды. Прислуга неустанно поддерживала всю Цитадель в полнейшем порядке, не переставая ухаживать за строениями и обеспечивая сохранность и чистоту любой постройки. Они стали тем хозяйственным фундаментом, что поддерживали жизнь в ордене.
Жила прислуга в благоустроенных подвалах главной башни, что уходила глубоко вниз, позволяя там разместить достаточно комнат для комфортного жилья.
На самом низу этой лестницы так же находились и крестьяне. Их хозяйства находились недалеко от самой цитадели, став подобием небольшой деревеньки возле огромной крепости. Крестьяне выращивали овощи, откармливали скотину и отдавали это всё в цитадель, взамен получая защиту и освобождение от имперских налогов.
Крестьяне и прислуга вместе образовывали хозяйственно–экономический фундамент, ставший основой для всей деятельности Ордена, ибо без продуктов крестьян и труда прислуги славные рыцари и умнейшие маги торговали артефактами, добытыми непосильным трудом, подобно тому, как торговка продаёт хлам, чтобы обеспечить себе достойное существование. И этой «основе» дали своё, индивидуальное название –
Над крестьянами и прислугой по иерархии располагались неофиты. У ордена не было стандартных наборов, как у имперской армии. Была два пути набора в Орден. Первый применялся, когда вставала острая необходимость в новых учениках, способных пополнить поредевшие ряды. Он заключался в периодических «Выездах за новой кровью» или «жатвой», когда специально обученные рыцари отправлялись во все уголки Тамриэля и устраивали специальные отборы, во время которых и выбирали достойнейших. Второй способ заключался в том, что рыцари ордена сами выбирали, во время путешествий, кого принять в ряды своей организации, кто достоин, служить в рядах, независимо от пола, но выбирали они только определённого возраста. И тот, кто удостаивался этой честью должен был проявить недюжинную находчивость и умения, помогая рыцарям во время их миссий.
Казарма неофитов предполагала двухэтажное здание, внутри которого обстановка была сугубо суровая. Всё необходимое было и всего по минимуму, который необходим для существования.
Неофиты проводили большинство своего времени в жесточайших тренировках и упорных обучениях в Академионе. Неофитов по пути их становления готовили к бесконечно преданной службе Ордену, вплоть до того, что придётся беззаветно жертвовать своими жизнями ради спасения Тамриэля от очередной угрозы.
Если неофит не хотел идти дальше по лестнице, желая посветить себя более размеренной жизни, он мог уйти в Стражу Цитадели, функции которой мало отличались от предназначения обычной городской стражи. Эта стража не входила в иерархическую лестницу Ордена, ибо она была призвана охранять её.
После нескольких долгих лет службы, неофит выбирал, куда идти дальше, на какую ступень взбираться: в подмастерье Мастеров Ордена, ученики Научной Гильдии, адептов Независимого Магического Анклава или Рыцарское Крыло. И именно все эти организации разветвлённым выбором стояли над неофитами, предоставляя им широчайший выбор в способе реализации собственных навыков.
Мастера Ордена были самыми умелыми оружейниками, бронниками и просто людьми, отлично разбирающимися в деле изготовления всего, что может понадобиться Ордену в его славной миссии. Это были самые лучшие мастера своего дела, каких можно было сыскать на всём континенте. Красота их оружия могла поспорить с красотой саммерсетских изделий, а качество превосходило оружие, броню и даже некоторые механизмы давно канувших в небытие двемеров. Мастера обучали бывших неофитов, что в долгом служении показали своё умение инженера или кузнеца. Они перестали быть неофитами, теперь это подмастерья, уважаемых членов Ордена, способных починить или сделать любую амуницию во всём Тамриэле совершенной. Так же они были хранителями древней мудрости, что сохранилась ещё со времён Алессии, когда появились и первые записи об Ордене.
Мастера Ордена жили в своих кельях, располагавшихся в подвале арсенала. Но это был не обычный сырой подвал, это были настоящие хоромы, больше похожих на комнаты знатных людей. На их стенах всегда висели самые лучшие броня и оружие, которые только могли выйти из–под молота мастера. Кельи украшали самые красивые и дорогие изделия, наличию которых бы позавидовал любой аристократ, пылающий страстью к эстетике и роскоши.
Наравне со славными Мастерами Ордена существовала и не менее значимая Научная Гильдия, ставшая родным домом для умнейших представителей всех рас со всего Тамриэля. Представители этой Гильдии были просвещены во всех сферах науки и культуры существовавшей империи, превратившись в научный фундамент для Ордена.
Выходцы из Научной Гильдии играли одну из важнейших ролей в существовании всей организации, ибо её слово весело не меньше, чем голоса мастеров, магов и рыцарей, а знания могли, как спасти участников операции, так и убить всех врагов Ордена в кампании, позволяя не вынимать рыцарского клинка. Члены Научной Гильдии могли приготовить нужный мощный яд и противоядие от него, если требовалось тихо устранить врагов Тамриэля. Они способны были составить чертёж нового оружия, неведомого даже в самых просвещённых кругах империи, и отдать его мастерам. Представители гильдии были прекрасно осведомлены во всех культурных составляющих провинций империи, что помогало при ведении переговоров с местным населением. Знания членов гильдии и защищали от многих «приятных» вещей в древних руинах и криптах, ибо в каждой провинции континента в каждом могильнике были свои, определённые ухищрения, способные унести десятки жизней даже опытных искателей приключений.
Члены Научной Гильдии принимали в свои ряды неофитов, проявивших наибольшие умения в сфере науки и искусства, нежели имевших успех с оружием и магией. Брат Ордена, перестав быть неофитом, переходил в ученики одному из профессоров гильдии, становясь на долгий и трудный путь научной деятельности, способный сделать из него умнейшего представителя Ордена, чьи знания будут в разы превосходить познания имперских учёных.
Ещё одним представителем широко выбора реализации своих умений был Независимый Магический Анклав, который стал представителем самых одарённых в магии рас. Это объединение магов было суверенно от любой подобной организации, будь это Коллегия Магов Винтерхолда или имперская Гильдия Магов Тамриэля. А посему Анклав и взял себе в название частицу «независимый», дабы показать свою свободу и отдалённость от любой другой магической организации.
Но если дело казалось защиты от тех сил, что стремились ввергнуть мир в забвение и повергнуть порядок, установленный Акатошем, то Анклав мог спокойно работать и взаимодействовать с любой магической организацией в союзе, став вместе на защиту Тамриэля от сил распада.
Выходцы из этого Анклава своими умениями были способны испепелить или выморозить целые древни, ввести в заблуждения сотни вражеских солдат воинов своими иллюзиями. Их умения позволяли сделать неуязвимыми целый легион солдат и восстановить его здоровье в одно мгновение.
И помощь в бою магов Анклава была неоспоримым подспорьем, способным решить любую проблему и даже резко склонить чашу весов в сторону в Ордена, несмотря на то, что обстановка могла быть критической.
Но ещё одной задачей умелого магического сообщества Ордена было отслеживание и поиск по всему Тамриэлю новых артефактов, что своею силой манили многих авантюристов и слуг тёмных сил. Маги неустанно занимались изучением древнейших фолиантов и книг, написанными мастерами магии древности, что скрывали свои секреты и предметы силы по всему континенту.
В Анклав принимали новых братьев, показавших себя умелыми в обращении с магическими искусствами и способен к их применению. И тех, кто попал в адепты Анклава, ждала трудная жизнь, потерянная в тренировках и обучению всех дисциплин, так или иначе связанных с магией.
Маги, как и профессор, жили в роскошных и прекрасных палатах, располагавшиеся на крыше и в подвале Академиона, став воплощением одновременно и эстетики, красоты и знаний.
И последнем звеном в этом иерархическом веере было славное Рыцарское Крыло, овеянное ореолом славы и легенд.
Они не просто боевой костяк ордена, прошедшие несколько тяжёлых десятков лет в тренировках и заданиях. Представители рыцарей способны были пройти буквально через Обливион в поисках нужного артефакта или предмета, переполненного тайной силой предмета. Их грозные, мрачные, но ужасно скрытные походы были воплощением мужества и отваги, вкупе с недюжинной находчивостью и умениями, ибо чтобы противостоять всем ужасам и кошмарам нужно было больше чем просто тренировки.
Рыцарское Крыло в своих славных походах добывало артефакты и знания, устраняло угрозы, грезившие уничтожить Орден и Тамриэль. Их доспехи и оружие были самыми лучшими, какие могли выйти из–под молота мастера, способными выдержать как испытание железом, так и воздействие магии. Рыцари были одними из самых образованных людей в Тамриэле, пройдя специальный курс обучения у профессоров Ордена.
Но даже среди этих воинов чести и силы были те, кто возвысился над всеми, достигнув наивысшего мастерства в обращении с оружием и впитав в себя могущественные познания в науках и магии. Те, кто приобрёл такое могущество стали воплощением всего могущества, умений, знаний, силы и благородство Ордена. Таких превознесённых называли «паладины». Именно когда меркла надежда, а враг пересиливал в разы, когда превозмогать уже было невозможно, а вокруг бесновались твари, призванные из самых мрачных глубин Обливиона, то тогда в бой входили паладины. Своим могуществом и мастерством они рвали, резали, крошили, выжигали и вымораживали любого врага, посмевшего встать у них на пути. Их старинные доспехи, отражавшие в своём блеске самые отвратительные лики тёмных сил, были наделены такими могущественными рунами и заклинаниями, что делали своего владельца просто неуязвимым к большинству оружия. Но их истинной защитой были не доспехи и щиты, а недюжинное мужество, благородство и вера.
Чтобы стать паладином, рыцарю необходимо было свершить такой подвиг, по сравнению с которым меркли бы большинство достижений имперского легиона.
Жили паладины вместе с остальными рыцарями на одном из ярусов башни, ставшим их вечным прибежищем. Рыцарей с паладинами было не так уж много, но они свою малочисленность они компенсировали опытом и подготовкой, став одними из самых почитаемых членов Ордена.
Но как бы выявлял Орден все свои угрозы и артефакты, если бы не свои шпионы и информаторы, которые широкой сетью легли на всю территорию великой континентальной империи. От вездесущего ока Ордена не уходил не один странный или несвойственный для норм случай. Именно в своём вечном бдении и поисках этой сети шпионов и находилось большинство артефактов, и устранялись мелкие угрозы, не требовавшие вмешательства даже одного рыцаря.
Шпионы и агенты Ордена могли решить локальную мелкую проблему бюрократического характера с государственными органами империи. Они могли имперские органы власти наводить на многие угрозы, привлекая для решения проблем местную стражу или легионеров императора.
В сети состояло множество людей: от нищих и обычных горожан до знатных имперских чиновников и командиров городской стражи. Чтобы стать агентом Ордена, необходимо было всего лишь оказать помощь рыцарям в их миссии и доказать свою лояльность. После своего задания помощнику предлагали работать на Орден, став его глазами и ушами. Большинство, конечно, соглашалось, желая хоть как–то помочь своей родине, ну и заработать очки морали перед имперским правительством.
Вся сеть имела свою сложную систему рангов и чинов, а так же способов доставки информации, но вся она подчинялась одному человеку, который служил лично главе Ордена.
Но всем кто–то должен был профессионально управлять, проводя единую политику и мудро направляя Орден в его пути по защите континента. Были те, кто обладал всей управленческой властью над иерархией. Над всем Орденом, стоял «Двуглавый Совет», ставший воплощением мудрого и строго управления.
В его состав входили всего две палаты: «Правая Голова» и «Левая Голова». Считалось, что «Левая Голова» была ответственна за мудрое управление и перераспределением ресурсов во всей структуре. В состав «Левой Головы» входили восемь иерархов, назначаемые либо главой Ордена, либо указами совета. Эти восьмеро были самыми умными и логически просвещёнными в сфере управления и политики.
Они занимались всей административной работой, держа в своих руках всё распределение ресурсов и координацией жизни во всём Ордене, а главное, они несли волю, главы всей структуры, и были его верными советниками.
«Правая Голова» представляла собой выбранных людей из всех страт Ордена, став местом представительства интересов любого звена иерархии. Обычно в «Правой Голове» заседали главы или их заместители каждой ступени в иерархии и даже те, кто не входил в эту лестницу. В эту «голову» входил: Гранд–Паладин, магистр рыцарей, совет Академиона, состоявший из архимага со своим заместителем – главой магического круга и старшего профессора, директория ремесленников, состоявшая из трёх самых умелых мастеров. Но под этой «головой», было ещё и «вторичное крыло», чьё мнение и просьбы всегда отводились на второе место. В нём присутствовали: крестьянский трибун, глашатай замка, ставший представителем прислуги в Ордене, лорд–коммандер стражи Цитадели и староста неофитов. Обычно слово представителей этих звеньев Ордена отводились на второй план, порой даже не присушиваясь к их мнению, выносились новые указы, ибо считалось, как можно слушать молодняк и тех, кто вообще не входит в структуру иерархии и следовать их слову.
Именно во время заседания двух «голов» выносилось большинство решений, от помощи пострадавшему от бури крестьянскому подворью, до перераспределения всех приоритетов и ресурсов между звеньями Ордена, тем самым позволяя действовать всей организации более эффективно. Сначала перед левой «головой» заслушивалось мнение и требования правой «головы», а потом, приходя к решению, удовлетворявших подавляющее большинство принимался «специальный указ двуглавого совета», становившийся, по сути, законом для Ордена, равно почитаемый с «Великим Кодексом».
Но главным лицом и управленцем во всём Ордене был Регент, назначаемый «двуглавым советом». Именно Регент вёл все дела с правительство и империи и национальными правительствами провинций. Регент издавал собственные указы и наравне управлял Орденом наравне с «советом».
Его слово закон. В его руках вся власть в Ордене, которая только могла быть. Перед регентом все были равны, несмотря на своё положение в Ордене. Каждый член Ордена или звено были строго подчинены Регенту, даже «двуглавый совет» был во многих сферах и аспектах подчинён главе структуры. И только «Великое Собрание» могло оспорить и отменить любое решение Регента. «Великое Собрание» созывалось восьмью иерархами, во время решений самых важных проблем и вопросов, способных определить жизнь Ордена. В состав «Великого Собрания» входили на равных все представители «Двуглавого Совета», с пятью представителями от каждого звена Ордена. И решения «Великого Собрания никто не имел права оспорить никто, даже Регент, разве что «Великий Капитулярий», ставший местом собрания всех членов Ордена и предопределявший само существование великой структуры.
Таков был славный Орден в годы своего пика могущества, когда его свет сиял ярче всего… в последние годы…



Глава четвёртая. Пришествие

Тот же день. Закат.
Вокруг царила полная гармония. Мягкий шум прибоя ласково игрался с шелестом сухого песка на пляже. Цветовое разнообразие этого места просто врывалось в разум, будто здесь сотворена некая магическая иллюзия, от которой солнце не слепит глаз, а все гаммы и оттенки стали мягче и приятней. Но вдруг вопрос, заданный грубым мужским голосом, разорвал лёгкую вуаль звуковой гармонии:
– Ты где так долго был? Я тебя жду здесь несколько часов. – Низким голосом спросил Ремиил, старый рыцарь Ордена, отслуживший в его рядах более двух десятков лет, наполненными самыми тяжёлыми испытаниями и жуткими кошмарами.
Прекрасные доспехи рыцаря блестели ярким светом в массах лучей постепенно уходящего солнца. Нагрудник, прикреплённая к нему короткая доспешная юбка, сделанная из пластин металла, сапоги, поножи, перчатки: всё блестело на солнце словно начищенное серебро. Эта броня была отделана серебряным дорогим орнаментом, с наплечников, через нагрудник и до поножей покрывавший доспех. С некоторых частей доспеха свисала пара веленевых бумажных отрывка с уже практически выцветшим текстом, знаменующим клятвы и награды.
Азариэль заглянул в светло–серые, цвета сияющего серебра, глаза старого воина, который требовал с него чёткий ответ, как с покорного неофита, что поступил в ряды Ордена.
– Прости, сначала задержался в таверне, а потом… проблемы в лесу. – С нескрываемой подавленностью ответил юноша.
Ремиил кинул возмущённый взгляд на своего будущего неофита. Ему не понравился такой мягкий и невнятный ответ. Он хотел знать подробности.
– Что случилось? Выражайся яснее.– С твёрдостью спросил рыцарь.
Сначала Азариэль молча, взирал на великолепного высокого воина, чей только один вид мог предать воодушевления, но потом всё же более твёрдо и уверенно ответил:
– В лесу я нарвался на бандита. Между нами завязался бой. Это меня несколько и задержало.
Рыцарь посмотрел на старый раритетный клинок юноши, который был слегка испачкан в свежей крови. Вспомнив, как всегда трудно даётся первый бой, он решил смягчить свой тон и как-то поддержать юношу:
– Я тебя понимаю парень. – Несколько по-отечески вымолвил рыцарь, пытаясь в голосе имитировать сожаление, при этом похлопав юношу по плечу своей рукой, закованной в латную перчатку, отчего Азариэль немного поморщился от тяжести металла.
– Ладно. – Развеяв всё недавнее сожаление, вымолвил Ремиил, но так же неожиданно мягко и заботливо продолжил. – Пошли теперь цитадель, тебя там, наверное, твои знакомые заждались, ведь они сюда прибыли несколько часов назад.
Рыцарь всё ещё видел в глазах парня печаль и растерянность от произошедшего. Ремиил не хотел смотреть на то, как юношу с аппетитом поедает апатия этого вечера, постепенно растворяя его душу в яде уныния и слабости. Рыцарь хотел видеть перед собой юношу переполненного светом и гордостью за собственное будущее. И старый воин Ордена решил поступить так, как ему подсказывал опыт, наработанный с десятках словесных дуэлей и битв:
– Да, кстати. – Исказив тонкие суровые губы в подобии улыбки начал Ремиил. – Я встретил и проводил твою знакомую через лес как ты и просил, можешь, не беспокоится. С ней всё в порядке.
И приём однозначно сработал, как заметил бывалый воин. На лице Азариэля проскочила легчайшая улыбка, а глазах промелькнул тёплый свет.
– Спасибо вам, я этого не забуду. – С некоторой толикой покорности и благоговейности вымолвил юноша.
После этих слов, понимая, что больше медлить нельзя, они оба пошли по ничем не умащённой дороге, ведущей к воротам Цитадели.
Путь до ворот был прекрасен. Мягкий и непринуждённый шелест зелённых приятно гармонировал, смешиваясь с прекрасными и неповторимыми трелями лесных беззаботных птиц, что распевали свои песни дни напролёт. Этот замечательный оркестр наполнял ухо, заставляя забыть обо всех тягостях бренного мира, унося своей гармонией звуков в далёкий мир мечтаний, который в это время разгорался в душе любого, кто ступит на эту землю.
Но Азариэлю некогда было слушать распевы лесных птиц и шелест живой листвы, ибо его впереди ждали друзья и новая жизнь.
Лес вокруг цитадели был приятен и прекрасен, наполняя глаз десятками наполненных колоритом и насыщенностью оттенков деревьев, кустов, листьев и множества трав. Этот лес стал бы настоящим прибежищем для людей искусства, что непременно хотели бы отразить это природное великолепие на своих холстах и повесить эти произведения искусства в имперских галереях, дабы они радовали глаза граждан империи. А музыканты с жалким подобием пытались бы повторить те звуки и природную песнь, что неповторимым концертом каждый день пленила бы сотни имперских граждан, так пристрастных к искусству.
Но по пути Ремиил пояснил юноше, который начал восторгаться всем этим великолепием, что эта фантасмагория красоты была создана искуснейшими профессорами, что создали специальные мощнейшие зелья, удобрявшие землю и магами, поработавшими здесь с иллюзией, создав такую обстановку, пленившую разум слабовольного представителя любой расы Тамриэля, будь это последний гоблин из грязных пещер Сиродила.
Солнце уже постепенно начало садиться, завершая свой дневной путь и оставляя небосвод, уступаю место надвигающемуся фиолетовому и тёмно–синему мраку, который заботливо и нежно окутает эти земли, пока его вновь не разорвёт первый брезжащий светом луч. Но вот уже показались огромные деревянные резные ворота цитадели, знаменовавшие могущество и стойкость, возле которых собрались несколько так приятно и сильно знакомых лиц юноше.
– Что вы здесь делаете?! – Возмущённо вопросил Ремиил и, не остужая своей гневной и напорной риторики, продолжал. – По кодексу и специальным указам Регента вы должны сейчас находиться в своих казармах и не совать носу оттуда до завтрашнего утра. Кто вам позволил выйти?
Ребята ошеломлённые взирали на грозную и высокую фигуру, закованные в блестящие и прекрасные доспехи фигуру, не в силах что-либо ответить, ибо такой напор и неожиданный нападок сковал их язык.
– Ну, где внятный ответ, будущее Ордена? – Не убавляя пыла и напора, буквально допрашивая парней, продолжал Ремиил.
– Мой господин. – Послышался зов со стороны и через мгновение перед всеми возник тёмный эльф, облачённый в обычную железную броню стражи с несколькими повязанными на наплечнике лентами. – Они соизволили такое ярое и чистое желание встретить своего друга, что гранд-рыцарь Бальтазар разрешил им под мою ответственность остаться здесь. – Спокойно пояснил стражник.
– Кастелян Башни, они, как представители Ордена должны сами учиться отвечать на вопросы, заданные им старшими. Это понятно? – Грозно, но явно с наигранностью, сказал Ремиил.
– Да, мой господин.
– Прекрасно, а теперь, Кастелян, можете возвращаться к своим обязанностям.
– Есть, мой господин.
После чего Ремиил развернулся к ребятам и грозно озернулся на них, при этом низким голосом вымолвил:
– Не более пяти минут.
Все поняли, чего от них требовал этот грозный рыцарь, отошедший в сторону, и стали сердечно здороваться, вспоминания те редкие моменты, когда им удавалось быть вместе.
Этих людей Азариэль встретил в разные периоды своей жизни, став им верным другом и отличным товарищем. И они в нём увидели вовсе не наполненного самолюбием и гордыней высокого эльфа, какими было большинство представителей этой расы, а прекрасного приятеля, готового прийти на помощь и выручку.
Первым он поздоровался с высоким и крепким на телосложение редгардом – Ахматом. С ним юноша познакомился во время одного из праздников в их небольшом городке. Ахмата он запомнил, как человека, который способен был часами проводить за книгами и некоторыми искусствами. Этот редгард был проникнут знаниями и умениями, что позволило ему пройти в неофиты Ордена, а крепкое телосложение и показатели во время проведений «жатвы» стало достойным подтверждением его умений. Но он не был перекаченным как орк или норд, став воплощением атлетического совершенства, которое только слегка могло подпортиться «странным» поведением Ахмата, выражавшимся в лёгких приступах непроизвольных смешков, что редко вырывались. Но даже это не умоляло дружбы этих двух юношей.
Следующим он поздоровался с высоким и крепким человеком, который ещё в раннем детстве переселился в эти земли с семьей. Это был нордлинг, чьей родиной был старый и могучий город Брума. Этого норда звали Готфрид. Азариэль с ним познакомился во время того, когда городская стража искала себе помощников в возможной обороне городка от сепаратистов. Капитан стражи зачастую проводил тренировки населения, и во время этих обучений двое юношей и познакомились. И парные поединки положили начало их крепкой дружбы, которая всегда испытывалась конкуренцией на тренировках.
И последний человек, с которым познакомился и поздоровался Азариэль был невысокий имперец, переселившийся в эти края с одной деревне в западном Сиродиле. Этого имперца звали Тиберием. С ним юноша познакомился во время одного из культурных вечеров в их маленьком и неприметном городке. Он отличался странными и протестными для Империи Септимов мыслями. Эти идеи были носителями странного духа свободы и некого духовного бунта, против всех постулатов империи. Его можно было сравнить с сепаратной организацией, действовавшей в этом клочке Валенвуда. Но всё же Азариэль находил его интересным собеседником и находчивым человеком, чьи интересные идеи могли удивить большинство граждан Тамриэля.
Все эти друзья прекрасно знали друг друга, ибо всегда поддерживали общение и жили в одном городке. И когда во время «жатвы» все попали в Орден, их радости не было предела, потому что и всю оставшуюся жизнь, если конечно её ничто не оборвёт, они будут вместе.
Парни несколько минут стояли вместе и тепло переговаривались при этом активно жестикулируя руками. Говорили они буквально обо всём, что произошло за последние дни и в особенности как добрались до этой цитадели Ордена.
Всё это время рыцарь нервно посматривал на них, понимая, что этим общением они нарушают одно из старых правил Ордена, но вспомнив, сколько в бытность свою неофитом он нарушил правил, особенно на тренировках, слегка улыбнулся. Но всё же время неуклонно шло, а ночь уже готовилась вступить в свои полноценные права.
– Но ладно, хватит! Нам пора в ваше будущее жилище. Давайте за мною. – Строго потребовал Ремиил.
Все беспрекословно послушались грозного приказа старого рыцаря и молча, последовали за ним.
Они буквально за пару мгновений приблизились к огромным, не вмещавшим взгляд воротам цитадели. Главные ворота были сделаны из нескольких сортов дорогого дерева, украшенные красивой и искусной резьбой с серебряной окантовкой, отчего на солнце они буквально сияли, завораживая взгляд. Но некоторые части врат были исчерчены странными словами на непонятном языке. А надвратное помещение было исписано красивыми литаниями, призывающие к силе, выдержке, вере и мужеству.
– Стража, открывайте ворота! – Запрокинув голову, крикнул Ремиил.
Через несколько секунд копошения наверху старые механизмы издали свои стоны и металлические кряхтенья, и через пару мгновений огромные ворота распахнулись, а массивная металлическая решётка поднялась.
Юноши впервые вступили за массивные и неприступные стены великой цитадели славного Ордена. От представшей красоты и сияющего великолепия у вошедших неискушённых парней захватило дух.





Обратные ссылки на эту запись [ URL обратной ссылки ]

Обратных ссылок на эту запись нет