Перейти к содержимому


Фотография

Только Война: Безликие Герои. Игра


  • Закрытая тема Тема закрыта

#1 Ссылка на это сообщение Leo-ranger

Leo-ranger
  • Аватар пользователя Leo-ranger
  •  
  • 0 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

C8m6yfSXYAMdmkh.jpg:large

 

 

 

 

Ход кампании

 
 
Инфопланшет




  • Закрытая тема Тема закрыта
Сообщений в теме: 70

#2 Ссылка на это сообщение Leo-ranger

Leo-ranger
  • Аватар пользователя Leo-ranger
  •  
  • 0 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

++Пролог: Крушение++

 

- Будем на месте через двадцать пять минут, - оповестил голос пилота и шум двигателей усилился, а потом вы на миг почувствовали, как погрузочный шаттл медленно сходит с места. Вы кое-как закрепляете себя на своих местах в Химере и позволяете себе расслабиться. Через полчаса вы будете на поверхности улья, а через пару часов, когда развертывание ваших войск закончится, и тогда начнется настоящая работа. Сейчас было самое время в последний раз вздохнуть спокойно, проверить своё обмундирование и вознести молитву Императору. Шаттл был совсем небольшим и вмещал в себя лишь вашу “Химеру” - для ускорений высаживания и развертывания войск решили задействовать меньшие суда.

 

***

 

Ваш полк даже не успел возместить свои потери после прошлой кампании - приказ о переправке войс вышел в срочном порядке. Вам, простым солдатам, было известно не столь много, кроме того, что вам предстоит отправиться на Фенксворлд и столкнуться с силами Хаоса. У кого-то другого это вызвало бы недоумение, страх или ужас, но большая часть солдат лишь пожали плечами и отправились проверять свои “Триплексы” и паковать рюкзаки.

 

***

 

Прошло десять минут, вы уже опустились в верхние слои атмосферы планеты. Шаттл, а вместе с ней и машину, начало трясти, благо, никого не стошнило прямо посреди “Химеры”. Тряска все усиливалась вместе с увеличением вашей скорости, а потом весь шаттл резко тряхнуло, едва не сбросив вас с мест. Пилот попытался выйти на связь, но кроме “Нас ата…” из-за посторонних шумов и взрывов на фоне разобрать ничего не удалось. В боевой машине повисло молчание, прерываемое лишь пробивающимся через слой брони машины грохот и легкую тряску. Напряжение, казалось, можно было разрезать одним из моно-ножей, которыми вы были экипированы. Кто-то из менее опытных солдат тихо шепчет молитву себе под нос. Псайкер машинально потирает переносицу - возмущение в Имматериуме, которые окружали эту планету, назойливым зудом в голове напоминали о себе.
Потом вас тряхнуло снова, едва не выбросив из ваших мест. “Терпим кру…” удается различить из динамика.
Свист. Грохот. Темнота.
“Рог-3, ответьте! Рог-3, ответьте!” - шипит вокс, прерываемый лишь треском пламени…



#3 Ссылка на это сообщение Darth Kraken

Darth Kraken
  • ...
  • 14 673 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Indispensable OST

 

Чуть ранее. Орбита. Армейский транспортный корабль.

 

- Загрузишь снаряды для автопушки, и катись отсюда. Понятно?

- Будет исполнено, - промямлил сервитор, крупная погрузочная модификация, и укатился за ящиком с боеприпасами, а стройная девичья фигурка, перегнувшись через край верхнего люка десантного отсека, громко спросила, - Ну что скажешь, Лямбда? Ты смогла починить малышку?

На неё уставилось лицо, скрытое скромной, но изящной медной маской. Зелёные глаза ярко светились, а серворука продолжала совершать какие-то манипуляции. Первым ответом был треск бинарики, но потом раздался деловой, но на удивление приятный голос, - Да, Роза. Я восстановила подачу тяги на левый борт. Омниссия благословил эту машину своим вниманием - я обнаружила ещё пару небольших проблем, которые сейчас ликвидирую. Но сейчас я должна продолжить работу.

- О, конечно! Нет проблем. - кивнула Розетта, и, спрыгнув с Химеры, направилась прочь. В последних боях им здорово досталось - всем им. И вот новая кампания. Её прошлый напарник помер смертью храброго, но глупого, и теперь ей приставили замену - некую Вилью Хаммерхолд, которая, вместо того, что-бы придти к машине, к которой её приписали, шлялась неизвестно где.

 

Дверь с грохотом распахивается, когда удар ноги приходтся аккурат в облась замка. Парень и девушка, которые до сего момента самозабвенно трахались на узкой и скрипучей койке, испуганно вздрогнули от такого вторжения. И гневный голос донёсся до их ушей, - Ну и какого фрага? Вилья, ты почему не явилась сегодня на построение? Сержант мне чуть уши не выкрутил из-за тебя!

- А ты вообще кто такая? - хмуро осведомился мужчина, натягивая штаны, - Топай отсюда, девочка.

Блондинка же, красная как рак, спешно одевалась, - Я... я... извните, мэм, я... больше такого не повторится...

- Ты, хрен, заткнись, тебя не касается, - палец указал на парня, а затем на девушку, - а ты, подруга, ещё раз не явшишься - на задании будешь бежать рядом с Химерой, усекла?

- Д-да...

 

Тряска. Что такое тряска для водителя гусеничного бронетранспортёра с автопушкой? Вот то-то же! Так что, до того момента, как из них чуть душу не вытряхнуло, мисс Честерфилд просто спала, предусмотрительно пристегнувшись. Когда ещё после высадки удастся отдохнуть - это ещё гроксовой бабушке известно, потому Роза всегда старалась урвать свободную минутку для сна.

 

После крушения.

 

Пожалуй, в чувства её привел громкий треск вокса. Голова раскалывалась, воздух вонял гарью прометия и палёного пластика - такое себе сочетание. Им повезло, что шаттл рухнул брюхом вниз. И крепления, вместе с большей частью дна, посбивало, и они не лежали кверху брюхом. Отделались лёгким испугом. Ну, может кто конечно и портки в наложил, но Розетта не опозорилась, к счастью.

- Говорит Рог-3, наш шаттл сбили, мы... фраг знает где. Судя по тому, как нас наклонило, мы воткнулись в какую то крышу. Наверное.

- Ясно... ладно, Рог-3, выбирайтесь оттуда. Будьте осторожны. В этом районе ожидается сопротивление противника.

- Принято. Конец связи. Все слышали? Возможно, у нас будет в кого пострелять!

 

Убедившись, что все, кроме сержанта, который со всей дури долбанулся головой о стену при приземлении(или что то вроде того - жив и ладно, Роза не стала тратить больше времени), на ногах и способны стрелять, завела двигатель. Мультитопливная установка громко чихнула, выбросив в воздух клубы жирного, маслянистого дыма, машина вздрогнула, и резким рывком вылетела из обломков шаттла, разбрасывая вокруг куски металла. Они очутились в высоченном и очень просторном помещении. С толстых, изъявленных пятнами и потёками ржавчины труб нет-нет, капала вода, стояло пять каких-то цистерн... мисс Честерфилд не была сильна в мудрёных системах ульев, но с чистой совестью предположила, что это какое-то водоочистное сооружение. Или водокачка. Короче, что-то связанное с водой. И с еретиками. Потому что не успели они и пятнадцати метров проехать, как напоролись на две группки еретиков. В левой было шестеро человек и какой то грузовичок с ракетной турелью в кузове, в левой четыре человека. Были ракетницы, и это было плохо. Вспыхнувшие лучи лазганов лишь слизали краску с брони, но что-бы разозлить Розу, и этого было достаточно. Эти размалёванные красным выродки в броне СПО покусились на самое дорогое, что было у девушки!

- Горите, ублюдки, горите! - выпалила блондинка, дёргая украшенные никелироваными черепами рычаги приводов, разворачивая бронемашину и и вдавливая спусковой крючок огнемёта. Снаружи всё осветило ало-оранжевым прометиевым пламенем, тугая его струя с гудением выплеснулась на предателей. Над головой загромыхали автопушка и тяжёлый болтер, выцеливая свои жертвы. Грузовик прожил недолго - снаряды автопушки сделали своё дело, разворотив гражданскую машину. Резкий удар в правый борт заставил вжать голову в плечи и нервно обернуться, и было из-за чего - шальная ракета влетела под достаточным для моментального срабатывания детонатора углом. Появилась новая бойница. Вот он. Стоит. Пробормотав под нос извинения машинному духу за то, что сейчас Химера будет перемазана в крови и кишках предателя, и, что называется, втопила тапку в пол - машина громко взревела и, с резким отходом назад для разворота, рванула вперёд, размазывая еретика, пытавшегося перед смертью что-то вякнуть - но разогнавшиеся сорок тонн пластали оказались внушительнее. Баррикады из мешков с песком так же не выдержали напора - правда, чуть поодаль оказался ещё один грузовик. Они их что, на одном мануфактории штампуют? Просто клоны какие-то! И если люди, то сзади то спереди пытающиеся забраться на машину, не представляли особой угрозы, то вот ракеты... ракеты никогда не нравились Розе - эти мерзкие толстые штуки были не лучшими подарками для её "боевой колесницы". Зато её повеселило то, как Дунган стрелял из автопушки в человека в упор. Автопушка и лёгкую технику рвёт в клочья, а тут мясные мешки. Вышло очень неопрятно.

 

И ещё один грузовик - в этот раз вставший поперёк прохода. И как они его сюда загнали то? Ещё раз выплюнув горящей смесью из огнемёта, она явно заставила понервничать врагов - водила даже выскочил из машины, причём вовремя - та рванула у него за спиной. Впрочем, его это не спасло - добитый точным выстрелом Корвина, еретик умер. Но вот торопилась она зря. Уже изрядно потрёпанная ракетами Химера выскочила сквозь горящие обломки аккурат в прицел очередных грузовиков. Чуть других - кабины этих были бронированы несколько лучше. И только они успели сделать несколько выстрелов, как один из вражеских транспортов резко рванул вперед и зашел с правого борта. Розетта буквально инстинктивно рванула рычаги управления на себя, и очень вовремя. Одна ракета просвистела мимо, оставив в стене немалых размеров дыру, а вторая, не долетев пары метров, воткнулась в пол и сдетонировала, осыпав осколками как Химеру, так и грузовик, который сильно покорёжило. Дальнейшее блондинке запомнилось как безумное маневрирование в исключительно тесном пространстве с ещё двумя "танцорами" под аккомпанемет приходящего в себя сержанта, в результате чего, наконец расправившись и с этими предателями, гвардейцы выехали в другое, более просторное помещение. Даже прострней той комнаты с цистернами.

- Вашу мать, вы совсем охе... держитесь, народ, у нас тут совсем жопа! - поражённо выдала девушка, разглядев представшую перед глазами картину. Следы яростной перстрелки, в которой обрванцы в красном сражались с оборванцами в сиреневом. И теперь оставшиеся оборванцы в красном уставились на внезапных верных слуг Его, буквально выкатившихся из их тыла. Фраговы четыре грузовика и целая прорва гроксового дерьма с лазганами и ракетницами. Полетели первые "приветы". За пару секунд прикинув несколько вариантов, мисс Честерфилд выбрала единственно верный. Газ в пол. Теперь это был уже неоправданным риском. Благо, в противоположной стороне коридор был с уклоном вверх, что обнадёживало. Оставляя за собой нерасторопные рыдваны и выкрикивающих богохульные выкрики еретиков, девушка бросила машину вперёд, с грохотом траков по рокритовой поверхности пола и рёвом двигателя, уже начавшего неприятно дребезжать. Однако два грузовика продолжили погоню, не смотря на то, что Розетта выжимала из Химеры всё, что могла. Остальные товарищи отстреливались, и это всё-таки помогло - последний, самый упорный транспорт врага получил свою дозу гнева Императора, и, превратившись на несколько мгновений в огненный цветок, остался позади. Но, внезапно, что-то глухо ударило по крыше десантного отсека, и Роза бросила взгляд назад, - Эй, какого фрага это было?


Регалии

#4 Ссылка на это сообщение OZYNOMANDIAS

OZYNOMANDIAS
  • Аватар пользователя OZYNOMANDIAS
  • Знаменитый оратор
  • 4 202 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

4716a7889972ebf2.png?width=971&height=299


Имя нам — Легион. Крови нашей — Океан.
Не отсупим, не сдадимся-нам приказ отдан.
Мы не титаны и не герои.
Каждый здесь простой солдат.
Мы не умираем — мы отправляемся на перегруппировку в Ад.

— (с) Кхорн знает кто, но, падла, жизненно


Грубый палец с наполовину сколотым ногтем, на который был наспех налеплен покрытый засохшей грязью кусок пластыря, поскреб ощетинившуюся бороду – как раз там, где виднелись раздражающие взгляд красные точки уродливой сыпи. Борясь с задравшим зудом, усталый рослый гвардеец с длинным тонковолосым чубом и не менее длинными усами, свисавшими с обветренного лица нечесаными пучками, усиленно тер щеку; прикладываемых усилий вполне хватило, чтобы солдат кончиком указательного пальца стер с лица и превратил в небольшие продолговатые катышки слой давно засохших жира, земли и крови, смешавшихся в пылу прошедшей недавно военной кампании.

— Тьфу, млять, — раздосадованно выпалил гвардеец, почувствовав, что его щеку словно укололи; карие глаза тут же посмотрели на подушечку пальца, явно попавшего во что-то влажное. Разглядывая жидкость, которая представляла собой пятно бело-желтого экссудата, чуть загустевшего в центре, он стиснул зубы и закатил глаза. — Опять гной.

Опять гной, да еще и на лице. Похоже, это была какая-то зараза – все из-за этого едкого дыма и сраных мутантов, был уверен огорченный своим состоянием солдат, – но Охрим не спешил обращаться к грымзам из медицинской службы Департаменто Муниторум: говорят, последнего штирландца, который обратился за помощью к полевым хирургам, первым делом пытались утопить в ванне с горячей водой, намыливая и натирая щетками, а затем привязали к лежанке и ампутировали бедняге ногу по самое колено. Конечно, отрезать её было необходимо – гвардеец отличился умом, поймав ногой шрапнель и мужественно дождавшись, пока рана не превратится в заражение гангреной, – однако то, что перед операцией его отмыли, да еще и натирали сраными щетками, вызывало у специалисту по тяжелому вооружению Охрима Шляхто настоящую ненависть ко всему, что связано с имперской медициной. В родном стане Дикопольском, на далеком ныне Штирланде, он мылся в бане из бревенчатого сруба два раза за время меж полнолунием, и еще раз – если из камбрийских пустынь приходили орки, которые срань имперска как сильно шмонили. Подобных гигиенических мер ему было достаточно, чтобы чувствовать себя чистым, и чище подобного он себя явно чувствовать не хотел. Оставлять гноящуюся пустулу просто так он, конечно, тоже не собирался; скривив лицо, он выдавил остатки гноя, вытер пальцы о ткань униформы и сунул пальцы в беззубый улыбающийся рот Балды, примостившегося и воняющего справа. Собрав слюну, Шляхто приложил палец обратно и втер её – так его учила повитуха стана, которая плевала на зеленый лист подовражника и прикладывала его на место, например, открытого перелома: если лучше не станет, так хоть хуже не будет.

Имперский шаттл, толкаемый в холодном космическом пространстве горящим топливом и волей Бога-Императора, медленно начинал входить в атмосферу Фенксворлда: тяжелая "Химера", до отказа набитая гвардейцами 92-го Штирландского полка механизированной пехоты "Клокочущие Единороги", без всякой альтернативы двигалась вместе с ним. Сквозь щели бойниц, открытый люк и распахнутую настежь аппарель внутрь транспорта попадал тусклый свет внутренних ламп, немного развевая полумрак среди пехотинцев. Однако понять в темноте, кто есть кто среди этого сбитого в кучу сброда дворовых собак, которым отбил всю дурь тяжелой подошвой тапка их шрамомордый комиссар Краузе, Охрим даже не пытался. Как всегда бывало перед высадкой на планету, его немного, но ощутимо трясло – он упорно убеждал себя, что из-за перегрузок, к которым трудно привыкнуть, однако это вряд ли было действительно единственной причиной подобного тремора, – и меньше всего ему хотелось, чтобы тот из его товарищей, кто сейчас вдруг обратит на него взгляд из-под своего шлема, узнал его и, что еще хуже, увидел, как его руки бьет мелкая дрожь. Если бы кто-то из них это заметил и вдруг захотел бы посмеяться над Шляхто, то тот бы вскочил, засадил бы ему в челюсть твердым кожаным сапогом, стянул с головы урода шлем, комплектующий легкую панцирную броню паттерна Штирланда, и забил бы его нахрен до обморочного состояния, превратив лицо в кровавое месиво, а вместо зубов оставив зияющую пробоину. Конечно, потом пришлось бы объясняться перед шрамомордым, что-де перепутал во мраке этого мудака с еретиком-хаоситом, генокрадом, гретчином или мутировавшим лосем-слаанешитом, который попытался заняться сношением с его ногой; Краузе бы, сохраняя привычно спокойное выражение своего покареженного лица, выслушал его, иногда кивая и хмыкая, а затем достал бы лазган и прострелил голову – так, для профилактики. В этом был главный минус войны: хотя по творящемуся вокруг задору она напоминала пьяную драку на деревенской свадьбе, в конце концов содержимое твоей башки все равно разлетится кривым пятном. "Как птичка серанула," – присвистнут однополчане, разглядывая раскиданные по округе окровавленные внутренности.

Тут все вокруг затрясло, и свет шаттла стал тусклее, чем прежде: это значило, что они прорывают атмосферу Фенксворлда. Охрим, успокоившись, выдохнул: сдерживать дрожь теперь не было смысла, да и она сама уже уходила прочь. Внутри стало ощутимо теплее – либо от того, что корабль действительно нагревался из-за аэродинамического сопротивления внешней газовой среды, либо таким стал психологический эффект от самого осознания этого факта. С минуту шаттл неудержимо дребезжал, грозя развалиться в воздухе на славу имперским инженерам и сгореть во имя Бога; гвардейцы, хоть и привыкли к этой "мягкой посадке", все же вжались в свои места – это было видно даже в опустившейся на "Химеру" темноте. Аппарель и люк уже были закрыты, на бойницы также опустили заслонки, полностью изолируя бойцов в их маленьком мире боевой машины. До службы в Имперской Гвардии Охрим Шляхто не знал, что такое консервы с гроксом; в процессе отдачи долга своей космической родине он познакомился с этим понятием на своей шкуре.

Вдруг, во время этого напряженного момента – шанс превратиться в обугленные куски говна, которые дермодождем размажет по стенам фенксворлдского улья, был все еще крайне велик, – случилось нечто, схожее с актом предательства или дезертирства. Привычный грохот преодолевающего атмосферу планеты шаттла разорвал резкий и оглушительно громкий звук пердежа, который сотряс барабанные перепонки Охрима и, откровенно говоря, поразил его до глубины души. Наверняка, все, кроме виновника этой трагедии, находились в том же состоянии, что и гвардеец Шляхто, пораженно взирающий сквозь темноту и надеющийся, что Бог-Император поразит ублюдка молнией, болезнью или выстрелом из мельтагана; будто снова оказавшись на учениях, Охрим стремительно схватил в темноте рифленый шланг маски противогаза, изготовленного в виде изолирующего голову пласталевого забрала с шлемом, натянул его на голову, стянул шнуры и заклепки и открыл подачу кислорода через очистительные фильтры, молясь, чтобы этого хватило для спасения себя от удушающего запаха.

Путь Императора неисповедим, и кара его для еретиков неизбежна, словно рассвет Солнца над далекой Террой; метеоризм гвардейца, предавшего этим все устои Имперской Гвардии и Империума Человечества в целом, должен был быть наказан, Охрим знал это. Наверное, все, кто сидел в "Химере", знали это. Поэтому, когда прозвучал взрыв, а голос из вокса, обрываясь, попытался сообщить о том, что их шаттл сбили, Шляхто еще сильнее укрепился в своей вере. Кое-как удерживаясь в своем месте, он шептал молитву Императору, прося всеблагого "пожить подольше, чтобы убить побольше", пока в самый последний момент его не посетила крамольная мысль: а слышит ли их Бог его молитву через шлем доспеха?

Найти этому ответ в ту минуту ошарашенный гвардеец не смог: через мгновение шаттл имперского флота, разваливаясь на части в воздухе, столкнулся с твердым основанием куда более насущных вопросов.

Вопросов новой бесконечной войны.
 

-1.png


Когда он пришел в себя, тяжелая боевая машина, на полном ходу разорвав искореженный металл упавшего шаттла и вырвавшись из геенны огненной в полымя битвы, уже поливала все вокруг святым напалмом, превращая поле боя в пылающий костер; в грохоте выстрелов и взрывов, доносящихся снаружи "Химеры" и больно отдававшихся в ушибленной голове, гвардеец Охрим разлепил глаза и оценил обстановку. Все гвардейцы, схватившись за свое оружие, расправлялись с противниками залпами своего арсенала, увлеченные ходом битвы; времени на осмотр товарищей, которые не пришли в себя после "мягкой посадки", не было. Шляхто тоже не собирался играть в сестру милосердия: увидев, что сержант Аэций пьяным гроксом лежит меж сидений и слабо стонет – вероятнее всего, в процессе столкновения хорошенько приложившись и теперь решив взять минуту-другую на "передохнуть", хотя Охрим подозревал, что эта скотина просто нажралась перед высадкой плодово-ягодной настойкой амасека и теперь мучилась с похмелья, заблевывая шлем, – гвардеец скинул свой тяжелый болтер в руки Балды Урзацки и, ударом раскрыв люк, встал за болтер "Химеры", наконец увидев противника.

То, что происходило снаружи боевой машины пехоты, можно было описать человеку, незнакомому с запахом отстрелявшейся мельты, только взяв его за хрен и опустив в чан с кипящим маслом, попутно вооружившись металлическим прутом и ударяя им по оголенной заднице всякий раз, как он переходил с баритона на фальцет; окруженные толстыми стенами города-улья, мотопехота стояла посреди каких-то гигантских цистерн, находясь под перекрестным обстрелом уродливых криворожих еретиков, высекавших искры залпами своих лазганов по тяжелой броне "Химеры". Впереди, в десятке метров перед ними, уже пылал грузовик противника, от которого вверх взметнулся столб черного дыма; через пару мгновений один из укрывшихся неподалеку кхорнитских ракетчиков вспыхнул, как бочка амасека, в которую упала горящая спичка – очередная заслуга колдуна-псайкера Марствелла, мастера бесконтактного боя и отсидки на заднице внутри машины. Охрим сжал зубы, чувствуя напряжение: будто случайно еще раз наступив на лежащего сержанта и насладившись его сдавленным "Йок!", он сжал рукоятку орудия и хорошенько прицелился, прежде чем засадить.

"Пуля" – водитель их металлического гроба на гусеницах – тем временем рванула вперед, сокращая расстояние между дулом тяжелого болтера, за который схватился гвардеец, и его живыми мишенями. Кое-как прицелившись сквозь поднявшиеся гарь и дым, Шляхто зажал гашетку, отстреливая очередью: несмотря на шлем, уши тут же заложило грохотом залпов, и Охрим, сглотнув, немного раскрыл рот, чтобы вернуть себе слух. Выстрелы, тем не менее, достигли цели: бойцы еретиков, в которых попадал воспламенившийся снаряд болтера, тут же разрывались с оглушительным взрывом и покрывали все, что их окружало, разбросанными ошметками собственных тел. Выглядела эта кхорнитская мазня, как дымящиеся клочья кровавого поноса, внезапно залившего половину переулка; осмотрев укрытия и убедившись, что еретик, объятый пламенем, сделать ничего не сможет, гвардеец начал поворачивать турель, чтобы прикрыть тыл машины.

В этот момент БМП, под шумный грохот гусениц, резко сдала назад; Охрим, не ожидавший такого виража, врезался головой в рукоять турели и чуть потерял равновесие, снова – на этот раз уже случайно – наступив на бредящего внутри "Химеры" сержанта, чтобы сохранить равновесие. В этот момент он заметил, как из-за укрытия, которое гвардеец зачистил под рев болтера, выползло тщедушное тело, которое с фанатизмом начало ползать по земле, выискивая оружие, но сделать уже ничего не мог – Розетта, передергивая приводы похлеще профессиональной шлюхи и вдавив газ в пол, рванула вперед и на полной скорости переехала еретика, приближавшегося с фланга. Пока намотанные на гусеницы кишки радостно хлюпали, "Химера" вновь поперла вперед, оставляя за собой длинный кровавый след; тем не менее, марш-броска на прорыв сквозь укрытие у "Пули" не получилось, и машина, врезавшись в выстроенные блоки и мешки с песком, увязла под плотным огнем противника.

— ПОВОРАЧИВАЙ НАПРАВО, ЛЯГАТЬ ТЕБЯ ЛОСЕМ, ПРЯМО ТУТ! — заорал гвардеец, присев в отверстии бронемашины и прикрываясь люком от обжигающих залпов лазгана. Переведя дух и дождавшись подходящего момента, чтобы умереть, он резко распрямился, схватился за болтер и разорвал еще одного еретика.

Тем временем впереди, в открывшемся за стеной проходе, который как раз преграждали укрытия противника, виднелся небольшой переулок между зданиями, который мог вывести БМП из окружения; проблема была только в оборудованном турелью грузовике, который поехавшими кхорнитами использовался в качестве стены. Подразделение мотопехоты, сойдясь на одной мысли, тут же направил мощь всех орудий для превращения грузовика в обгоревшие остовы грузовика, усиленно обстреливая толстую броню – пока, наконец, он не полыхнул маревом взрыва, разбрасывая почерневшие металлические детали по округе.

Вопреки ожиданиям Охрима, в последний момент из преградившей дороги машины еретиков вывалился водитель – окровавленный, обгоревший и покрытый торчащими из тела осколками стекла, но все еще, мать твою, живой. Отброшенный взрывной волной, он пролетел несколько метров и упал, извиваясь в явно болезненной агонии.

— Ну еп твою, — присвистнул гвардеец Шляхто и покрепче сжал рукоять болтера, прицеливаясь будущее пятно кровавого поноса. Перспективное пятно, видимо, оценив своих шансы, не двигалось, глядя на догорающий за "Химерой" упавший имперский транспортный шаттл и наверняка прикидывая, что способен сделать целый полк Имперской Гвардии, если на устроенный позади локальный кадианский ад хватило прибытия всего одного мотострелкового подразделения.

С фланга вдруг послышался скрежет, и Охрим, отвлекшись от прицеливания по лежащему полумертвому еретику, обернулся через плечо, пытаясь понять его причину: этой причиной оказался взбрендивший и крайне ловкий ублюдок, взобравшийся на "Химеру". Вид его был безумен: покрытый кровью разорванных товарищей, он растянул уродливое лицо в сумасшедшей ухмылке, демонстрируя клыки. Возможно, впечатлить гражданского подобным дерьмом этот кусок пушечного кхорнийского мяса еще был способен, однако закаленного в горне вечной войны гвардейца вряд ли.

А вот сжимаемой в руке фраг-гранатой, которой он размахивал практически перед лицом солдата – вполне.

— ПУЛЕЙ, ПУЛЕЙ, МАТЬ ВАШУ! — взревел специалист по тяжелому вооружению, со скоростью очереди из болтера стуча тяжелой пласталевой перчаткой по крыше боевой машины, пока другой рукой пытался подхватить крышку люка за спиной. В этот момент со стороны горящего грузовика послышался другой крик: второй обезумевший кхорнит, выживший одним лишь чудом, умудрился на костях, с которых свисали ошметки паленого мяса, доковылять до БМП и орать что-то про Кровавого Бога, царапая краску машины моно-ножем и пытаясь тоже забраться на борт. Еретик позади сделал еще шаг, и Охрим почувствовал, как внутри панцирной брони штирландского полка стало тесно и жарко; когда же кхорнит занес ногу для следующего шага и замахнулся рукой, в которой сжимал чертову гранату, гвардеец сжал зубы и приготовился принять удар.

И в этот чертов, самый последний момент, когда солдат уже готовился принять взрыв, прикрывая голову рукой, Розетта резко вдавила педаль, устремляясь вперед; еретик с фраг-гранатой упал, прокатился по крыше и, в отчаянной попытке растопырив кривые пальцы, одним лишь чудом зацепился рукой за небольшой выступ.

— За Кхор!.. — визгливо вскричал он и уже почти отпустил гранату в броске, как вдруг пальцы его руки разжались: со взглядом, полным абсолютного непонимания, он сорвался с несущейся "Химеры" и полетел назад, вращаясь в полете. Придавленный скоростью машины Охрим тяжело вдохнул воздух в грудь, бросая на кинувшегося в самоубийственную атаку еретика последний взгляд: не успев достигнуть земли, он с грохотом взорвался, разорванный собственным оружием возмездия на части.

Да, в прошлой жизни Охрим был атаманом казачьего стана где-то на окраине Пограничья, с планеты Штирланд, где пасли гроксов, били рожи оркам и здоровались, хорошенько обнимая друг друга. Да, мир оказался куда больше, чем он ожидал перед тем, как попал в ряды Имперской гвардии, и культура его разительно отличалась от того спокойного быта, к которому он привык. Однако казак Шляхто быстро учился, выбирая особо полюбившееся: вот и сейчас, вспоминая уроки этого дивного нового мира, гвардеец кое-как выпрямился, вытянул в сторону разорвавшегося кхорнита правую руку и выставил средний палец, шепча что-то вроде "FCK U".

— Z-zajebiście! — крайне довольным голосом крикнул на языке своего стана специалист в кабину, вновь повернувшись вперед и схватившись за рукоять болтера. Грохот двигателей стоял такой, что он вообще не был уверен, что "Пуля" что-то услышит – тем более, что именно в этот момент она увлеченно давила полудохлого еретика, прокатив его прямо до горящего грузовика впереди и насадив на торчащие мосты подвески, практически растерев по пылающему металлу, как сыр по терке.

За поворотом, который скрывал преграждающий путь грузовик, оказался еще один переулок, чуть более широкий, чем прежде. На пути у "Химеры", вновь вырвавшейся через пламя, снова стояли враги: два грузовика, за турелями которых сидели столь же уродливые еретики-хаоситы, что и прежде, преграждали путь подразделению мотопехоты. В поднимающихся из решеток испарениях, заполонивших улицу меж ржавыми металлическими поверхностями стен, сразу разглядеть было сложно, но гвардеец Шляхто все же сумел: эти идиоты разительно отличались от прошлых, превращенных сзади в кучу дымящегося дерьма и раскатанных тяжелыми гусеницами боемашины – они не умудрились даже повернуть турели в сторону подразделения Имперской Гвардии.

— ОГОНЬ! — закричал Охрим, будто бы заменяя роль по-прежнему лежащего в бессознательном состоянии сержанта.

Солдатов из полка "Клокочащие Единороги" не надо было просить дважды: первым сориентировался псайкер, высунувшись и со снайперской точностью выстрелив в борт одной из машин – для чего конкретно, Шляхто сказать не мог, так как выстрел, пусть и пробил броню, оставил отверстие диаметром с палочку лхо. Специалист по тяжелому вооружению усмехнулся, поудобнее взялся за рукоятку болтера и зажал гашетку, пуская в сторону грузовика очередь из горящих снарядов. На высокой скорости она, разумеется, смазалась – часть из них, оставляя обожженные развороченные дыры в стене небоскреба позади, ушла "в молоко", однако несколько остальных разворотили борт машине, открыв металлические внутренности.

Приветственный ответ не заставил себя ждать: грузовик, рванув навстречу бмп, чуть не разорвав собственное дуло выстрелом – из него, со свистом, вылетела ракета, гарантирующая скорую встречу с Богом-Императором в случае попадания. Однако Розетта свое дело знала: вытянув несколько приводов на себя и вдавив педаль, она резко развернула "Химеру" и вскользь пропустила летящий снаряд , отчего Охрим вновь чуть не вылетел за борт, болтаясь сверху, как дерьмо в проруби. Опрокинувшись на люк, Шляхто выругался и, держась за турель, с трудом поднялся: грузовик тем временем уже пылал, разбрасывая искры, пока горящие еретики с криками валились и катались по земле.

Стрелок подразделения, Дункан Эммерейк, пустил короткую очередь по окутанной пламенем машине противника, разрывая грохот перестрелки тремя выстрелами: два из них прошли мимо цели, зато третий буквально разорвал его на части. Умудрившегося спастись из верной смерти водителя – Охрим Шляхто, кое-как удерживая себя за тяжелым болтером "Химеры", в который раз удивился чертовой ловкости и живучести пушечного хаоситского мяса, – прихлопнул выстрелом уже псайкер. Специалист же, прицелившись в другой грузовик, который уже рванул в сторону БМП, расстрелял из турели: получив около шести прямых попаданий, сраный кхорновоз чуть подлетел в воздухе и развалился оглушительным взрывом, осыпав гвардейца горящими осколками, но не причинив никакого вреда.

Машина вновь тронулась вперед, когда подразделение очистило путь. Пришлось вильнуть вправо и выехать на другую улицу, которая, впрочем, поначалу казалась безопасной.

Поначалу.

Улица, прямой дорогой уходящая вперед, заканчивалась широкой площадью перед въездом в полукруглую арку огромного туннеля, ведущего, похоже, прочь из этого проклятого района. Розетта смелее нажала на педаль, и машина, быстро преодолевая улицу, стремительно въехала на открытое пространство – открытое пространство, на котором, нацелив все оружие на туннель, расположились оборонительные укрепления еретиков, вместе с несколькими единицами боевой техники и несметным количеством солдат.

Вот это вот явно уже было не zajebiście.

— ЁКАРНЫЙ БАБАЙ, ЖМИ! — заорал не своим голосом Дункан, пока хаоситы, заметив ревущую машину Гвардии, начинали спешно разворачивать свои орудия в противоположную сторону и обстреливать подразделение. Розетта не преминула воспользоваться советом и вдавила педаль, выжимая из "Химеры" все, что та могла дать; один из грузовиков, зарядив ракетомет, стремительно выпустил несколько снарядов по пролетающей мимо позиций еретиков машине, другие пускались в погоню. Ракеты, к счастью, пролетали мимо, знаменуя улепетывающих солдат парадным залпом; только одна, хорошенько ударив по БМП, окутала Охрима Шляхто языками пламени – и, если бы не штирландский шлем, не видать ему больше чуба и усов, а заодно и бровей.

Перестрелка прекратилась – начался обстрел: скорость, на которой неслась и виляла водитель, не давала шанс не только прицелиться, но и вообще разглядеть, что вообще происходит. Охрим, кое-как удерживаясь за турель, несколько раз случайно выпустил очередь снарядов в воздух, пока не сумел вернуть себе контроль и развернуть башню в сторону врага; Дункан и Маквелл, тем временем, усиленно палили по преследующим "Химеру" грузовикам-кхорновозам, старательно пытаясь превратить их в решето. Если в вечной войне и бывали ситуации "на краю", то эта, когда подразделение мотопехоты на развороченной снарядами машине уходило от преследования крайне настойчивых кхорнитов, пуская в ход весь возможный боезапас и поистине, черт побери, ПРЕВОЗМОГАЯ, вполне подходила под ситуацию. Судя по тому, как вела машину Розетта и как остервенело отстреливался Эммерек – уже не в пылу битвы, а будто бы машинально, – у них было то, что в кругах штирландской гвардии называлось "DE JA VU".

Из кабины доносились недовольные крики – водитель орала на Дункана за то, что он криворукий идиот и что ей придется чинить какую-то заклинившую пушку, – однако стрелок сохранял хладнокровность: пока Шляхто пускал очереди куда угодно, но не в машины противника, "рыцарь-разбойник" хорошенько прицелился и несколькими выстрелами практически испепелил машину противника в очищении огнем. Грузовик взорвался, разбрасывая хаоситов на нем, будто бревна: один из еретиков, также подброшенный взрывной волной и освещаемый сатанинским пламенем сзади, будто самим благословением Кхорна, летел вслед за "Химерой", как сраный кхорнийский Ангел Смерти, несущий возмездие лоялистам.

Это зрелище было бы даже забавным, пронеслось в голове у Охрима Шляхто, если бы в руках у этого ссученого ублюдка не был сжат снятый с борта заряженный ракетомет.

Специалист – уже в который раз – вновь посмотрел прямо в лицо смерти, которая теперь приняла выражение летящего за ним еретика с ракетной установкой в руках. Такое ощущение, что смерть чувствовала, что сегодня Охрим явно находится не на своем месте; глядя на тень подброшенного хаосита немигающим взглядом, он увидел язычки пламени, выталкивающие снаряд прямо в сторону гвардейца. Слушая свист рассекаемого ракетой воздуха, специалист по тяжелому вооружению Охрим Шляхто поклялся, что в следующий раз, если сержант снова "уступит" ему свое место в башне БМП, то он, специалист по тяжелому вооружению Охрим Шляхто, насадит его на бутылку амасека, затем на тяжелый болтер и после это даст под задницу хороший пинок своим чудесным носком тяжелого кожаного сапога.

Не долетев пары метров, ракета взорвалась прямо позади мчащейся "Химеры", окутывая туннель позади черным дымом и толстым слоем поднятой пыли. Охрим, еще немного постояв за турелью, молча развернул её в сторону движения машины, залез внутрь, стянул с себя тяжелый шлем. Еще раз пнув – чисто случайно, ага, – сержанта, он вытер с лица пот и шумно выдохнул. Затем, дав затрещину Балде, Шляхто вытянул у него палочку лхо, засунул её в рот, зажав между зубов: Балда Урзацки, быстро вытащил коробок спичек, зажег одну. Гвардеец прикурил, затягиваясь едким дымом и невидящим взглядом смотря перед собой. Затем его лицо скривилось: болячка на щеке все еще чесалась, а с таким играть нельзя – так ведь и помереть недолго. Сделав еще две быстрых тяги, Охрим приложил тлеющий конец к гнойничку, слушая, как шипит его плоть: до следующего визита на тот свет авось хватит.

Машина мчалась по туннелю, оставив шаттл, кучу горящей техники и кровавый кхорнийский фарш позади. Гвардеец Шляхто, вдыхая дым лхо, сидел в "Химере" и прикидывал, что же прошло не так. Ему казалось, что они что-то сделали не то, будто что-то упустили... Эти цистерны – цистерны водохранилища, как догадался уже солдат, – не давали прошедшему через бойню специалисту покоя.

Машина мчалась по туннелю, оставив шаттл, кучу горящей техники и кровавый кхорнийский фарш позади. Гвардеец Шляхто, выпуская неровные колечки из дыма лхо, сидел в "Химере" и прикидывал, насколько вероятным будет то, что, по прибытию в расположение полка, их первым заданием будет уничтожение стратегического запаса воды, удерживаемого противником в районе покинутого ими только что водохранилища.
 

OST.png


https://youtu.be/kPVm-QkWbBQ


Сообщение отредактировал OZYNOMANDIAS: 13 Январь 2018 - 09:31


#5 Ссылка на это сообщение Leo-ranger

Leo-ranger
  • Аватар пользователя Leo-ranger
  •  
  • 0 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Последние звуки погони скрываются где-то позади, однако Пуля ещё долго не сбавляет скорости, заботясь о безопасности "Химеры" примерно столько же, сколько и о товарищах. Шестереночки наверняка будут опять жаловаться на неосторожное обращение с драгоценной технологией, однако так далеко в будущее Рогу-3 было загадывать рано. Для начала нужно было выбраться отсюда.
Вновь ожил вокс БМП и в нем послышался доселе незнакомые гвардейцам голос, низкий и чуть хрипловатый
- На связи сержант Рикос, 279-ой кадианский полк. Видим вас на ауспексе, движемся в вашу сторону, - у всех находящихся в "Химере" невольно вырвался вздох облегчения. До безопасных стен военного лагеря Имперской Гвардии теперь было не столь далеко. 
 
Через полчаса вы встретились с кадианцами. Глава подразделения оказался мрачным мужчиной с резкими чертами лица, трехдневной щетиной и шрамом, пересекающим правую щеку. Он ещё раз представился и спросил насчет командира вашего отделения. Узнав о текущем состоянии Флавия, сержант кивнул, хоть и помрачнел ещё больше.
- Наша задача - проводить вас вплоть до оборонительных укреплений Гвардии, там вы направитесь к расположению своего полка. С нами врач, у вас есть раненные? - раненных не оказалось и вы, уже в составе двух отделений направились дальше. Пешие солдаты разделились - пятеро шли метрах в десяти впереди, дополняя тусклое освещение туннеля своими фонариками, пятеро же прикрывали отход. Они были людьми серьезными и неразговорчивыми, так что вряд ли удалось завести с ними беседу, даже если бы членам штирландского отряда захотелось заводить с ними беседы.
По дороге вы несколько раз замечали трупы все тех же СПОшников окрашенным в красную форму. Сопротивление, на которое они наткнулись по пути, как объяснили ваши проводники.
 
Прошел ещё час, прежде чем вы выбрались из подулья. Постепенно окружение стаонвилось все менее грязным, а воздух стал затхлым совсем немного меньше. Узкие темне коридоры постепенно выросли в размерах и вскоре стали отдаленно похожи на улицы какого-нибудь Имперского города - если забыть о том, что не так уж высоко над вашими головами смыкался глухой металлический потолок, а улочки были столь узкими, что БМП едва помещалось в них.
Вы разделились на перекрестке.
- Отсюда едет на запад до сгоревшего жилого дома, а там поворачиваете на север и прибудете на позиции ваших. Этот район мы обезопасили ещё неделю назад, так что вам ничего не должно угрожать. Пусть Император хранит вас, - кратко попрощался сержант Рикос.
 

***


Военный лагерь "Клокочущих единорогов" встретил "потеряшек из 4-ой роты" достаточно радушно. Разумеется, кто-то из солдат другого взвода отпустил пару шуточек, но на этом дело закончилось. Однако самая неприятная и нудная часть была ещё впереди - после того, как они оставили свой транспорт в ангаре на попечение механикусов, что-то громко щелкающих между собой, Рогу-3 предстояло отрапортовать о своем "приключении".
Лейтенант второго взвода, Тирон О'Коннор повидал примерно на две кампании больше, чем любой из солдат отряда и понимал, что пытаться как-то отчитать солдат за то, в чем они не были виноваты - бессмысленно, а потом рапорт сержанта, которого другие солдаты кратко ввели в курс дела насчет того, что он пропустил, лейтенант выслушал абсолютно спокойно. Более того - похвалили их за то, как они весьма успешно разобрались с превосходящими силами противника и не только выбрались оттуда живым, но и "задали ублюдкам жару", что было сказано вне протокола, разумеется. 
В общем, когда с составлением рапорта было закончено, солдат решили освободить на сегодня ото всех обязанностей, после обязательной проверки в медпункте.
 
Слухи о том, что Рог-3 в один экипаж разобрались едва ли не с целым автопарком кхорнитов разлетелись по военному лагерю в считанные часы, а потом уже к вечеру солдаты могли слышать предложения выпить раздобытый в городе транк (о том что солдаты таскают из города всякие вещицы Краузе то ли не знал, то ли, что более вероятно, просто делал вид, что не знал) и сыграть в картишки, или просьбы в подробностях рассказать, как оно было.
 
 
Военный лагерь

 
Результаты задания


#6 Ссылка на это сообщение Darth Kraken

Darth Kraken
  • ...
  • 14 673 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Сдав недовольно затрещавшей бинарником Лямбде несчастную Химеру, и подробно расписав, что и где она заметила, Розетта зашла в медпункт, где она прошла стандартную процедуру "Здорова? Да! Тогда топай отсюда!", прошлась по базе, удовлетворённо хмыкнула, и решила попытать счастья - уж очень давно её донимала мысль об установке на свою "малышку", как она называла сорокатонную дуру, пары-тройки полезных примочек. А за такими вещами обычно ходят к квартирмейстеру. Узнав у проходивших мимо однополчан, где оный находится, девушка направилась к складу. По пути она решила стянуть с головы шлем и облегчённо вздохнула, когда светлые локоны были освобождены из под пласталевого гнета.

Склады были внушительные. Конечно, не настолько, как на Штирланде, в ППД полка, но тоже неплохими.

- Рядовой Честерфилд прибыла для запроса дополнительных обвесов на "Химеру", сэр! - выпалила на одном дыхании "Пуля", вытянувшись в струнку и держа под мышкой шлем, - Сэр, разрешите получить бульдозерный отвал, сэр! В условиях уличных боёв приспособление очень пригодится.


Регалии

#7 Ссылка на это сообщение Leo-ranger

Leo-ranger
  • Аватар пользователя Leo-ranger
  •  
  • 0 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

В арсенале было беспокойно. Полк совсем недавно выгрузился на планету и остатки экипировки все ещё выгружали и сортировали рабочие сервиторы, среди которых, впрочем, затесалась и пара гвардейцев с крайне кислыми лицами и завистливыми взглядами в сторону Розетты. Среди этого привычного ему хаоса возвышался, как маяк среди водной глади, квартирмейстер Адэйр Джонс. Он был весьма мало похож на гвардейца, с его вечно мятой и явно маленькой для такого гиганта формой и густой но растрепанной бородой, однако не было никого, кто лучше справлялся бы с поставкой всего нужного для правильной работы полка, а потому столь непрезентабельный вид ему во многом прощали. 
До того момента как к нему обратились, мужчина наблюдал за процессом обустройства полкового арсенала и изредка прикрикивал на гвардейцев, когда те клали что-то не туда, куда надо.
 
- Рядовой Честерфилд прибыла для запроса дополнительных обвесов на "Химеру", сэр! - выпалила на одном дыхании "Пуля", вытянувшись в струнку и держа под мышкой шлем, - Сэр, разрешите получить бульдозерный отвал, сэр! В условиях уличных боёв приспособление очень пригодится.
 
- Хорошо, солдат, я рассмотрю ваш запрос, - низким голосом, рев которого был способен испугать и демона, произнес квартирмейстер. - Но я бы ни на что не надеялся, без приказа сверху приоритетность таких запросов от низших званий весьма мала, да и разгребать этот завал мне придется ещё некоторое время, - честно и прямо сказал Адэйр и попытался добродушно улыбнуться. - Уж прости.

#8 Ссылка на это сообщение Darth Kraken

Darth Kraken
  • ...
  • 14 673 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

- Уж прости.

 

- Вас поняла, сэр! Тогда я, пожалуй, сделаю ещё один запрос, когда вся эта суматоха уляжется, сэр! - кивнула Роза, отдала честь, и, на пятках развернувшись, покинула арсенал. Была-ли она расстроена? Не совсем. Это было достаточно ожидаемо, но она получила на удивление честный ответ, а не ожидаемое "Пошла нахер!" И уже это было добрым знаком. Покинув помещение, она потопталась на месте, не зная, куда идти. Подумав, она решила, что не помешает пару-тройку часов поспать, а потом уже шляться по лагерю. Благо в казарме тихо и спокойно. Найдя комнатку, в которой не было занято ни одной койки, она накарябала моно-ножом на двери номер своей Химеры - таким образом забив помещение для своих. И, скинув броню и большую часть снаряги в одну кучу, рухнула на ближайшую кровать. Проспав примерно тройку часов девушка быстренько сполоснулась - вода была только холодная, но, фраг их подорви, она хотя-бы была! - и оставшись в берцах, форменных штанах и обтягивающей майке, блондинка прихватила нож и лазган(мало ли), и вышла на улицу.

 

Прикинув, что солдаты есть солдаты, и кто-нибудь уже наверняка организовал бар или ещё какую забегаловку, где можно было отвести душу, "Пуля" отправилась в поисках такого места. Встретив пару товарищей из своего взвода, и тепло с ними пообщавшись, Розетта узнала, куда ей надо идти.

- "Раскалённое ядро". Ну и название. Что ни мир, так названия для баров одно хуже другого. - пробормотала под нос блондинка, и зашла внутрь. Ничего примечательного. Типичное место отдыха для солдатни. Шумно, накурено, кто-то спит, упав мордой в стол, а на его голове строят башню из стаканов, кто-то блюёт в углу, кто-то кто-то щупает за интересные места... короче, всё как обычно. Это главный минус, и одновременно плюс смешанных полков. Неуставные отношения могут повлиять на ход боя, однако так гораздо проще после боя - ещё один способ снять стресс. Причём вполне неплохой способ, надо признать.

Оглянувшись в поисках знакомых лиц, девушка одно такое заметила. Белокурую голову её нерадивого второго номера, Вильи.

- Смотрю, ты уже тут! - плюхнулась напротив мисс Хаммерхолд мисс Честерфилд, от чего та опять вздрогнула, - Да не дёргайся ты так. Я не кусаюсь. Как правило. Ты это, будь добра, сообрази мне чего покрепче да побольше, да пару палочек лхо. И на себя возьми.

- Д-да... я мигом, - немного нервно кивнула Вилья и бросилась за заказом. Через какое-то время она вернулась, неся в каждой руке по здоровенной кружке. Усевшись обратно, она поставила одну кружку, и, сделав хитрое движение, и вторую, - Вот, держите, мэм.

- Ага, спасибо. И хватит уже мэмкать, мы равны в звании. - фыркнула Роза, пододвигая кружку и вытягивая из под неё сигарету. Похлопав по ногам, она досадливо поморщилась - её спички остались в Химере. Но тут зажжёную спичку аккуратно протянула напарница, и, наклонившись вперёд, девушка прикурила. Сделав пару затяжек и лениво выдохнув ды, она скептически понюхала местное пойло, отпила, и, сморщившись, поставила обратно, - Агх... могло быть и хуже... Слушай, ты вообще когда к нам попала? Совсем уж зелёная.

- В начале предыдущей кампании, мэ... Розетта, - поправилась Вилья, и, отхлебнув, продолжила, - И то, получилось так, что большую часть времени я торчала на ПВД, вдали от фронта. А на третьем задании нашу Химеру расфигачило. Мы тогда вдвоём и выжилия, я да рядовой Мэйнвизер. Ну, тот, с которым ты меня застукала.

- А, ну тогда всё с тобой ясно, - хмыкнула Роза, вокруг которой уже витало тонкое облачко сладковатого дыма, - Не парься. Мы все такими были.


Регалии

#9 Ссылка на это сообщение Sоulcatcher

Sоulcatcher
  • Аватар пользователя Sоulcatcher
  • Авантюрист
  • 104 сообщений
  •  

Отправлено

5.png

 

Получив относительную свободу передвижения по лагерю, Корвин решил начать с обязательного посещения медпункта. Сложно сказать, зачем это было нужно, ведь проверка здоровья состояла из мельком брошенного доктором взгляда, дабы убедиться, что все конечности у бойца на месте, и вопроса: "Жалоб нет?", на который псайкер даже не успел ответить, когда мед.осмотр был завершён, но устав есть устав. Закончив с этим недолгим делом, Маквелл вышел из мед.пункта, после чего привычно направился к альтарю, чтобы воздать молитвы Императору, чей свет оберегал человечество во всех мирах и жестоком космосе. Недавно обустроенная церковь была довольно просторной, и в ней было всё необходимое для того, чтобы изгонять ересь из солдатских умов и сердец - пьедестал со статуэткой Бога-Императора. Людей сейчас было мало, и ничто не мешало псайкеру, недовольному слабостью своего разума при обуздании сил варпа в недавнем бою, сосредоточиться и привести в порядок свои мысли.

 

"О, Бессмертный Император, будь к нам милосерден, хоть мы и недостойны того.
О, Владыка Галактики, храни свое стадо от чужаков.
О, Охранитель Света, направь луч, что покажет тропу на нашем темном пути.
Мы Твои воины и слуги Твои.
Избавились мы от слепоты сердца,
Освободились от лицемерия, тщеславия и лжи,
Но одеваем на себя цепи ненависти, презрения и злобы
К грязи, ксеносам, еретикам.
Во имя Твоих мук и кровавого пота; во имя Золотого Трона Твоего;
Во имя гибели Твоей и воскрешения, как Бога Человечества - храни и укрепляй нас, сражающихся ради Тебя."

 

3.png

 

Закончив молитвы, удовлетворённый эффектом Корвин отправился к выходу из здания. Там псайкера уже поджидала его боевая подруга Амели, за недолгое время их совместной службы успевшая изучить привычки Маквелла. Она была в приподнятом настроении, как, впрочем, и всегда, когда рядом с ней недавно проливалась чья-то кровь.

- Ребята сейчас собираются в местном баре, "Раскалённое ядро". Я намерена заглянуть туда и хорошенько повеселиться, - сообщила девушка. - Ты идёшь?

В большинстве случаев предсказать результат веселья напарницы было достаточно сложно, но не тогда, когда перед гвардейцами то и дело мелькала перекошенная рожа комиссара Краузе.

Корвин не питал особой любви к подобным заведениям, возможно, причиной того была его "профессия". И окружающие его люди тоже обычно напрягались, если псайкер решал немного выпить в баре. Однако, после подобных передряг это стало их своего рода традицией. Каждый такой раз мог быть последним, и Маквелл, коротко кивнув, последовал за Амели в "Раскалённое ядро".


Сообщение отредактировал Душелов: 14 Январь 2018 - 12:33


#10 Ссылка на это сообщение OZYNOMANDIAS

OZYNOMANDIAS
  • Аватар пользователя OZYNOMANDIAS
  • Знаменитый оратор
  • 4 202 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Ban1.png


Затянувшаяся процедура рапорта взводному лейтенанту, к которой они приступили сразу по прибытию мотострелкового подразделения в расположение лагеря, новой бюрократической петлей упала на шею специалиста по тяжелому вооружению, привычно натирая её до кровавых подтёков: из головы еще не выветрились разорванные в клочья хаоситские отродья, взрывающиеся жидким дерьмом с каждым удачным выстрелом очереди из тяжелого болтера "Химеры", а их будто снова заставляют пережить высадку – в деталях, со всеми смачными подробностями творящегося в пылу битвы сумасшествия. Гвардеец Охрим стоял смирно, поодаль от периодически сбивающегося в своем докладе сержанта, иногда опускающего какие-то детали, а иногда и выдумывающего свои, не менее идиотские, чем те, что происходили на самом деле; пока Флавий Аэций в своей привычной манере наполнял рапорт новым сюжетом, будто поверженный в ересь художник-слаанешит с кисточкой, палитрой красок и пикт-картиной Бога-Императора в качестве основы для своего непотребного изображения, Охрим Шляхто старался незаметно скрутить двумя пальцами косяк лхо, не рассыпав все драгоценное содержимое. Конечно, это можно – и нужно – было делать позже, когда испепеляющий взгляд Тирона О'Коннора не сможет превратить его, солдата из четвертой роты штирландского полка Имперской Гвардии, в дымящуюся расплавленную кучу, вместе с драгоценной самокруткой; однако солдату, как и множеству других ветеранов этой перемалывающей всё твое естество мясорубки, оставляющей человеку лишь болезненную смерть во славу Императора и Империума, поломанную судьбу и поношенный комплект униформы гвардейца, который будет тебе либо мал, либо велик... Такому солдату, в усталом взгляде которого осталось лишь железо, в скрытой под мешковатой униформой осанке – пласталь, а вместо бледной, изрезанной следами войны кожи – застывший свинец; такому солдату, который видит развороченные внутренности врагов и товарищей в одной, перемешанной гусеницами танков каше, который стирает с лица налипшую кровь, разбросанную очередным кхорнийским психопатом-смертником в самоубийственной атаке, который умеет только превращать противника в цель, а цель – в окровавленное обугленное ничто; такому солдату, который уже настолько пресытился точеными чертами лика Войны, которая кривыми физиономиями источала с лиц своих умирающих кукол только а г о н и ю, с т р а д а н и е и с о ж а л е н и е, что перестал чувствовать привкус железа во рту – для такого солдата настоящим адреналином была не новая схватка с врагом, а нависший над его бренным телом шанс дисциплинарного наказания со стороны собственного командования.

Когда сержант Флавий договорил свои последние слова, лейтенант взвода, чуть покумекав для вида, наконец внепротокольным языком выразил удовлетворение действиями солдат, попавших в нестандартную – или стандартную? Здесь Охрим Шляхто однозначно ответить не мог, – для военных действий ситуацию и справившихся с угрозой, как подобает настоящему солдату Имперской Гвардии – О'Коннор прокомментировал это кратким «Не обосрались – и хорошо». Специалист ухмыльнулся, приладил растрепавшиеся на ветру длинные усы и пожал закованными в панцирные сегменты брони плечами, как бы говоря, что да, дерьмом здесь и не пахнет; на этой ноте они с лейтенантом и разошлись, отпущенные "на вольные хлеба" до следующего приказа. Предстояла лишь короткая ненавистная процедура медицинского осмотра, от которой было не отвертеться – самое то после хорошей драки, раздраженно думал атаман Дикополья, когда его, раздетого чуть ли не до подкожной брони, осматривали полевые врачи. Надеясь, что запаха его потного тела было достаточно, чтобы отбить у них всякий аппетит, Шляхто обрызгал себя водой, наспех обтерся тряпичным полотенцем и отправился по длинной улице среди холодных стен города-улья, запуская свои пальцы во внутренности покинутого гражданскими квартала.

По-солдатски утрамбовав в желудок содержимое тарелки – что-то среднее между кашей и белковой жижей, – Охрим еще немного поскребся ложкой по жестяному дну, собирая остатки еды, затем передал столовый инвентарь обратно на полевую кухню и так, подкрепившись, отправился на склад, активно опустошаемый прочими солдатами Имперской Гвардии. Рядом, плетясь, тащился с двумя запасными обоймами к болтеру Балда Урзацки, оставляя за собой вереницу грязных земляных следов. Где он умудрился найти столько дерьма, чтобы в него вляпаться, Шляхто не знал, однако его это и не заботило: проходя мимо опустевших мегаблоков города, в квартирах которых уже вовсю хозяйничали наиболее ушлые гвардейцы, примеряя на себя роль мародеров, он вольным шагом добрался до квартирмейстра Джонса.

— Какого хрена? — буркнул Джонс, угрюмо посмотрев на гвардейца. Шляхто облегченно вздохнул: если сразу не послал, значит есть шанс раздобыть чего-нибудь.

— Гвардеец Охрима Шляхто, специалист по тяжелому вооружению мотострелкового подразделения четвертой роты полка Имперской Гвардии девяносто второго штирландского, полка механизированной пехоты "Клокочащие Единороги", — отчеканил Шляхто вызубренную наизусть, словно молитву Императору, фразу, открывавшую доступ на склад и, как подозревал Охрим, в сердце квартирмейстра. — Прибыл, э... — гвардеец посмотрел на бумаги, которые только что вынул из-за пазухи Балды, и продолжил, читая: — Прибыл получить треногу для тяжелого болтера, моток колючей проволоки и фильтры-затычки.

Гвардеец замолчал, пробежав глазами текст, и протянул Джонсу бумагу. Тот, рассмотрев её, что-то проворчал, но всё же запросы удовлетворил: через несколько минут у Охрима была более-менее новая тренога и длинный, спутанный вокруг деревянного колышка моток "колючки".

— Свободен, — квартирмейстр махнул рукой, вернувшись на свое место. Шляхто, не мешкая, подобрал снаряжение.

— А фильтры? — протянул Охрима вопросительно, глядя на уже усевшегося Джонса.

— Закончились.

— Но в бумагах...

— В бумагах – буквы, а на складе – вещи. Можешь вырезать себе кусочек, где написано про фильтры, если тебя так устроит, — пробормотал квартирмейстр, скрестив руки на груди.

— И что мне, млять, — выпалил Шляхто, сжав кулаки, — комья земли в нос пихать, чтобы не подохнуть?!

Джонс поднял голову и смерил гвардейца взглядом презрительного удивления.

— Можешь задницу себе клеем залить, чтобы газа меньше выходило, — процедил квартирмейстр, сверкая глазами. — Тогда ядовитые испарения, из-за твоего внутреннего давления, в тебя не проникнут. А теперь, если у тебя всё, то вали отсюда, — мрачно закончил Джонс и вернулся к бумагам.

Шляхто, постояв еще немного, буркнул что-то на своем дикопольском наречии, облизнул ладонь, приладил ей чуб и удалился прочь, решительно шагая в направлении бара.
 

2.png?width=956&height=381


https://youtu.be/lcTlp3Smuuo


Сообщение отредактировал OZYNOMANDIAS: 14 Январь 2018 - 15:12


#11 Ссылка на это сообщение Leo-ranger

Leo-ranger
  • Аватар пользователя Leo-ranger
  •  
  • 0 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

5.png

 

 

Бар "Раскаленное ядро" в этот вечер был забит почти до отказа. Солдаты, уставшие после целого дня монотонной работы по обустройству лагеря, использовали первую же возможность улизнуть куда подальше от зорких офицеров и вздохнуть спокойно. Поэтому бар, днем почти пустующий, теперь был наполнен гвардейцами и всеми запахами, которые они приносят в такие места: потных тел (далеко не все успевали попасть в отрезок времени, когда подавали воду), дешевого алкоголя и лхо.

- Эй, третий взвод! - окликнули не столь давно прибывших в лагерь солдат знакомый голос. Владельцем его был человек по прозвищу Дей "Лис" Ли, сержант второго взвода вашей роты. Он был известен тем, что был весьма неплохим командиром, не раз вытаскивающим свой отряд из самых всратых ситуаций. Кроме того, Лис делал все возможное, чтобы избежать повышения до офицерских званий и был способен достать что угодно где угодно. Эти три факта вызывали среди других гвардейцев немалое уважение к "Лису". Сейчас он сидел за одним столом с солдатами из других взводов и даже рот, и теперь они медленно набирались раздобытым здесь же амасеком.

- Подсаживайтесь к нам, расскажите про свой сегодняшний заезд, а мы вам за это плеснем чего. В лагере такая скука, что вам с вашим крушением разве что позавидовать можно, - со всех стороны послышались смешки.

 



#12 Ссылка на это сообщение OZYNOMANDIAS

OZYNOMANDIAS
  • Аватар пользователя OZYNOMANDIAS
  • Знаменитый оратор
  • 4 202 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

3.png


В соответствии с уставом, в личном инвентаре каждого имперского гвардейца, несущего свет Бога-Императора в далекие миры через сжигающий всё к чертовой матери залп лазганов и треск выбрасываемого огнеметами пламени, есть три вещи: своя жалкая жизнь, своя почетная смерть за Бога-Императора и ратные подвиги, с разной степенью п... преувеличений о них при рассказе. И если первое и второе обычно не стоят на службе и гильзы от болтера, заряд которого засадит тебе в лоб облаченный в черную кожаную шинель поверх расшитого наградами кителя имперский комиссар твоего полка, то вот истории о том, как ты разорвал грибомордому анальное кольцо прямым попаданием из автопушки или забил саперной лопаткой космодесантника-хаосита не только имели цену, но еще и передавались из уст в уста в качестве чуть ли не внутригвардейской валюты. Каждому солдату было, что рассказать, если он провел хотя бы неделю на службе, но и это, разумеется, градировалось от полка к полку: например, кадианскому гвардейцу, чтобы получить ящик-другой выпивки в награду от боевых товарищей с других планет, хватало скромно, буднично описать, как он провел, например, первую половину дня в среду, даже если он поскупится на подробности.

Конечно, для такого дела, по обыкновенной традиции Имперской Гвардии, требовался «разгон»: литр-другой амасека, пара палочек лхо, потом еще парочка – чтобы рассказчик мог пафосно выкуривать её, выпуская колечки дыма над собой и выдерживая паузы, пока остальные гвардейцы, притихнув, ловили каждое его слово, – ну и остальное, в зависимости от снабжения и ушлости отдельных солдат в поиске и хранении этого самого "остального" от зорких комиссарских глаз. Истории эти были либо ярким приключением, либо тяжелым испытанием, либо попросту идиотской ситуацией, но это было не главное: главное для истории, которую рассказывает гвардеец, было то, чтобы она была интересной. Конечно, от людей, которые получают контузию на каждом втором задании, не стоит ждать эпической поэмы в стихах, однако некоторые умудрялись подать даже самую простую историю столь хорошо, что все вокруг замирали с открытыми ртами.

Так вот – специалист по тяжелому вооружению Охрим Шляхто, имперский гвардеец штирландского полка, определенно таким самородком отродясь не был. В его маленьком селе было не до обучению ораторскому мастерству, да и само слово "оратор" воспринималось только в качестве описания необычной для любовных игр позы невесты во время брачной ночи; тем более, что, чтобы завоевать уважение и привлечь к себе интерес, там требовалось только раздать хороших затрещин длинным деревянным дрыном каждому первому встречному-поперечному в качестве профилактики. В Диком Поле вообще все было явно проще, чем в больших мирах, открывшихся ему с вступлением в ряды Гвардии: «Вступай в Имперскую Гвардию!», говорили они. «Путешествуй по новым мирам, встречай множество интересных людей и существ... и убивай их», добавляли они, безликие герои с плакатов на стенах вербовочных центров. И ведь ни в чем, падла, не обманули.

Однако в Диком Поле явно не было того, чего в этих дивных новых мирах водилось аж с избытком. Там, в станице, на свадьбах, похоронах, по пятницам и в остальные дни недели приходилось лакать не приличное пойло, а сраный кислый вонючий кумыс, добываемый из вымени гроксов при дойке. Вкус был такой, что пить это, если не закусывать засохшим говном того же грокса, вообще следовало бы только перед нападением камбрианских гриборожих, чтобы одним запахом изо рта сеять в их рядах смятение, панику и скоропостижную смерть от удушья. Поговаривали, что именно из-за этого кумыса станица Дикопольска и держалась обособленно от прочих поселений Пограничья – точнее, прочие поселения Пограничья старались держаться от станицы подальше, а проходящие мимо путники – обходить за добрую версту хоть через колонну орочьих вартракков, лишь бы не попасть под отпившего эту отраву дикопольского казака. Именно поэтому, потирая свои густые усы и сидя в кругу полковых товарищей под крышей "Раскаленного ядра", Охрим в поистине цистерновских количествах глушил из жестяного стакана амасек, добытый один Бог-Император знает откуда.

И, если выпивший гвардеец – страшная необузданная сила, то выпивший гвардеец из девяносто второго механизированного полка с планеты Штирланд, набранный из черт знает какой глубинки и до этого пивший жидкость, которой можно было отбеливать тряпье – сила, рядом с которой Око Ужаса сжимается в страхе...

- Подсаживайтесь к нам, расскажите про свой сегодняшний заезд, а мы вам за это плеснем чего. В лагере такая скука, что вам с вашим крушением разве что позавидовать можно, - со всех стороны послышались смешки.

...особенно тогда, когда его просят за еще большее количество дармового пойла о чем-то рассказать.
 

1.png


https://youtu.be/ZGJft60uyFU


Десять минут спустя, когда Охрим решительно встал и решительно пошел к столу сержанта второго взвода, не обращая внимание ни на ватные ноги, ни на преграды вроде стульев, столов, гвардейцев и самой силы притяжения планеты, под действием которого Шляхто, повторяющий отработанное в учебке зигзагообразное маневрирование под шквальным огнем, должен был распластаться на полу, бар выглядел, мягко говоря, иначе. Во-первых, с легкой руки и явно тяжелой головы специалиста были сдвинуты несколько столов, на которых различные предметы – отобранные у прочих гвардейцев жестяные кружки с недопитым содержимым, пустые бутылки, воткнутые в деревянные столешницы вилки и ножи, пара фраг-гранат и даже зубная щетка, отобранная у Балды ввиду практической ненадобности и важности для сюжета, – изображали объекты на поле боя, как они сохранились в голове пьяного в задницу атамана. Сама "Химера" им была изображена в виде стянутого с ноги сапога, в который осатаневшие от вони молодые гвардейцы затолкали свои полотенца, чтобы забить эту нурглианскую нору.

Сам же Охрим, босой на одну ногу, скакал по столу похлеще, чем на акробатических игрищах родного Штирланда, то и дело раздавая пощечины своим чубом тому или иному гвардейцу. И, как у настоящего казака, это у него получалось изумительно хорошо – не считая пары разбитых бутылок, сломанного стула и гвардейца, которого уже утащили в медпункт.

— ...Вопщем, берет значица эта срань в руку флак-гранату, — протарахтел Шляхто, для большей наглядности подхватив одну из них со стола ногой, зажав между пальцами чеку и, удерживаясь на второй ноге, приподняв за нее снаряд, чтобы затем взять его в кулак. — И такой вопит, сука, как недорезанный грокс, мол "Ну всё, хвардота, щас тебя на бутылку усадим по самое донышко!" Ну я типа такой поворачиваюсь в башне с болтером, хляжу на него и такой: "Ты там охаосел что ли, сука?! Ты кто", говорю, "в-попу-раз или еретик?!" А тот, значица, вообще в дупло уже, весь дерьмом разорванных товарищей обмазывается, прям как темные эльдары, орет – дай боже! Гранатой своей размахивает и так, — рука со снарядом описала дугу, — и эдак, — обратную дугу: граната чуть не выскользнула и не прилетела в лицо одного из гвардейцев, наблюдающих представление. — Я ему ору: "ДА ТЫ НЕ ЛЕЗЬ СЮДА, ДЕБИЛ КХОРНИЙСКИЙ, МЫ Ж ТЕБЯ СОЖРЕМ", а он всё, как в гвардейский капкан задницей сел, ниче не слышит и бежит на меня, как под озверином. А спереди, вы прикиньте, хлопцы, — Охрим наклонился, зашатался, схватился за вилку в качестве опоры, шататься перестал и с силой выдернул её из столешницы, чтобы вновь воткнуть, но уже прямо перед сапогом, — еще один лезет, весь такой, будто на него с небес «WAAAGH!!» упал. Я смотрю, думаю "Ну все, ща будет мне в две дыры за первый новогодний", — гвардеец наклонился снова, подобрал бутылку и начал шумно лакать из нее, опустошая досуха. Затем он кое-как поставил её, нетрезвым шагом подошел к ботинку.

— А ТУТ НАША ХИМЕРА КА-А-А-А-АК РВАНЕТ! — тут Шляхто со всей дури вмазал по сапогу ногой, сбивая вилку и отправляя свою импровизированную модель "машины" вперед. — Того, что спереди лез, насадили на обломки от грузовика, как эльдарскую шлюху на болтер, а второй слетел с "Химеры" к херам, как – ик! – хвардота на халявное лхо, и тут он как рванет! В общем, только его и видели!

В общем, в баре творился настоящий, не премини Бог-Император комиссару это услышать, чисто казацко-гвардейский х а о с из театра одного актера.

4.png



#13 Ссылка на это сообщение Leo-ranger

Leo-ranger
  • Аватар пользователя Leo-ranger
  •  
  • 0 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

6.png

 

 

 

Охрима, казалось, должно было вот-вот свалить от количества выпивки, но мужчина, по своим габаритам и мощи способным посоревноваться со знаменитым квартирмейстером 92-го полка, все никак не мог потерять сознание, и даже продолжал поглощать запасы как амасека, так и куда менее качественного пойла. Рассказ его, сопровождаемый миниатюрным воссозданием происходящего, увлек абсолютно каждого находящегося в "Раскаленном ядре" штирландца, который теперь собрались вокруг лихо отплясывающего казака и слушали его, стараясь уловить каждую подробность. Большинство из них наверняка уже воображали, как сами будут рассказывать похожие истории в худшем случае через недельку, не особо заботясь о том, что далеко не все подобные рассказы заканчиваются столь счастливо, как это получилось у третьего взвода четвертой роты. В конце концов, здесь все были солдатами, для которых смерть была в несколько раз привычнее, чем съедобный завтрак и нормальный сон. Иметь же в запасе пару славных случаев, которыми не стыдно похвастать перед товарищами, хотелось каждому уважающему себя отважному воину Империума.

 

Шляхто как раз подходил к одному из захватывающих моментов прорыва через кхорнитов: когда их "Химера" промчалась через блокаду еретиков, обстреливаемая градом вражеских ракет, вырвалась с водоочистительной станции и мчалась наперегонки с грузовиками; гвардеец уже вот-вот подошел к части про СПОшника-предателя, что умудрился пальнуть по БМП в полете, как вдруг его едва ли не насильно стащили со стола и усадили на стул. Для этого пришлось призвать на помощь другого Дикопольского казака, кажется, из первой роты. Охрим уже было собрался припомнить ему, как его отец однажды неосторожно нагрубил тогда ещё действующему атаману, пока Балда услужливо пытался убедить товарища, неспособного самостоятельно позаботиться о своем обмундировании, не мешать надевать сапог обратно на его ногу.

 

Но потом Шляхто услышал то же, что и его товарищи. Стук знакомых тяжелых сапог действовал лучше любого метода отрезвления.

Комиссар во всей его красе - в черной форме, опоясанный алым кушаком, с болт-пистолетом и силовой саблей на поясе - зашел в бар и осмотрел смирно и ровно сидящих или стоящих гвардейцев, которые приучились опознавать его приближение раньше, чем Хейн давал о себе знать.

- Накурено у вас тут как-то, товарищи, - заметил комиссар, а взгляд его глаз - как органического, так и кибернетического, - медленно продолжал блуждать по комнате.

- Так шестеренка какой-то проезжал мимоходом, вот из дымохода своего и надымил, - имел неосторожность  сказать водила из пятого взвода.

Если бы взгляд мог убить - каждый из сидящих здесь уже прикончил бы шутника как минимум один раз. Лицо комиссара Краузе скривилось - судя по всему, так он улыбался.

- Да? Ну ладно, - медленно, видимо, наслаждаясь вновь повисшей тишиной, комиссар прошел до барной стойки и занял свободный стул. После этого он произнес нечто, что повергло почти всех присутствовавших солдат (кроме пары более умудренных сержантов) в подобие шока. - Ну, нальете вы мне чего-нибудь, товарищи солдаты?

 



#14 Ссылка на это сообщение Darth Kraken

Darth Kraken
  • ...
  • 14 673 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

- Д-да, сэр. Минуту! - откликнулась Розетта, выскальзывая из-за стола, и заходя за стойку. Убедившись, что водитель из четвертого взвода, что был за бармена, слегка потерял связь с окружающим миром, она присела, заглядывая в полки. В практически могильной тишине послышался звон бутылок, и недовольное бурчание, но результат не заставил себя ждать - "Пуля" явилась на свет с непочатой бутылкой, в которой каждый штирландец опознал-бы амасек с родного мира. Может и не самый лучший, но уж точно неплохой. С характерным звуком откупорив сосуд, девушка наполнила кружку(выбрав, разумеется, самую чистую), придвинула комиссару и несколько неуверенно пошутила, - За счёт заведения, сэр.

Конечно, мисс Честерфилд не считала Краузе плохим человеком - она слышала рассказы солдат из других полков, о том, как иные комиссары расстреливали гвардейцев за меньшее, чем распитие спиртного в потенциально боевой остановке, и была уверена, что им с комиссаром повезло. Однако такую ситуацю, как текущая, считала чем-то из ряда вон и чувствовала себя не в своей тарелке, впрочем, старась сохранить лицо.
Регалии

#15 Ссылка на это сообщение Leo-ranger

Leo-ranger
  • Аватар пользователя Leo-ranger
  •  
  • 0 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Одним движением комиссар опустошил кружку и с громким звуком поставил кружку обратно на барную стойку. Комиссар даже не поморщился, и наоборот, ухмыльнулся.
- Весьма неплохо, - заметил Краузе и огляделся. Солдаты уже успели более-менее расслабиться и теперь шумно пили и общались между собой. Намного тише и скромнее, чем до появления Хейна, разумеется, но что-то подсказывало Пуле, что в этом и заключался желаемый им эффект.
- Ну что, Розетта, - обратился он к водителю по имени. - Как оцениваете боевой дух своего отряда?

#16 Ссылка на это сообщение Darth Kraken

Darth Kraken
  • ...
  • 14 673 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Кружка Краузе была снова наполнена, и, чуть расслабившись, Роза на секунду задумалась над формулировкой "свой отряд". Учитывая, что их сержантом был Аэций, а она простым водителем, девушка понадеялась, что это не странный способ комиссара сообщить о внезапном её повышении в должности в связи с появлением в голове Флавия ещё одного отверстия для приёма алкоголя.

- Уверена, что мои товарищи готовы к выполнению поставленных задач на все сто, сэр. Сеогдняшняя высадка как раз помогла взбодриться после перелёта. - конечно, ответ выглядел несколько уклончивым, но, фраг разорви, Розетта не была псайкером, что-бы знать, что творится в головах братьев и сестёр по оружию. Но ответ всё равно был максимально честным - девушка была уверена, что товарищи не дрогнут, случись какое дерьмо. Дерьмо, правда, случалось с завидным постоянством, но это была уже тема для другого разговора. Ну и да, лично для неё размазывание предателей пласталью о рокрит стало несколько неожиданным, но приятным сюрпризом.

 

Вилья в тот-же момент времени старательно не таращилась на Пулю и комиссара, но получалось плохо. Уважение к Розетте росло на глазах, ведь она вот так запросто общается с Краузе, которого, как большинство зелёных, так и более опытных солдат, откровенно побаивалось. Откуда ей было знать, что Розе такое тоже было в новинку, правда?


Регалии

#17 Ссылка на это сообщение OZYNOMANDIAS

OZYNOMANDIAS
  • Аватар пользователя OZYNOMANDIAS
  • Знаменитый оратор
  • 4 202 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

2.png

...Когда его, специалиста по тяжелому вооружению Охрима Шляхто, потащили с прогибающегося под его тушей стола другие солдаты, он в красках орал, как выпучившие глаза еретики гнались за перестрелявшими его товарищей бойцами "Химеры", оставляя за боевой машиной кровавую «красную дорожку» из собственных внутренностей с каждым успешным попаданием гвардейцев. Меж его зубов была зажата мятая палочка лхо, которую тот только успел зажечь и с помощью которой, выдыхая густой дым на кружки, описывал пылающие грузовики хаоситов; в правой руке же была уже допитая бутылка, заменившей, благодаря ловкости кого-то из боевых товарищей, ту самую фраг-гранату, явно напрягавшую всех сидящих в баре тем, что она была явно не учебной и что пьяный Охрим без намека на осторожность размахивал ей перед их носом. Несмотря на то, что атаман Дикополья от количества выпитого явно должен был давно распластаться на заплеванном полу и мирно похрапывать в луже пролитого амасека, сопротивлялся окончанию театрального дебюта в «Раскаленном Ядре» он столь же упорно, как если бы боролся до последней капли крови, окруженный наступающими волнами еретиков, в надежде продать свою жизнь и свой атаманский чуб подороже; все же, совместными усилиями солдат и не без помощи другого гвардейца из стана Дикопольска, которого Шляхто упорно пытался ухватить за пышные усы, он был стянут со своей «сцены» и усажен на стул, получив парочку добрых тумаков по захмелевшей от алкоголя голове. Пока Урзацки плевал на ногу Охрима, чтобы сапог легче налезал на неё по скользкой поверхности, гвардеец Шляхто размахивал руками, отвешивая затрещины неблагодарным слушателям и затягиваясь бычком лхо, выпуская дым похлеще трубы из мира-кузницы, что вгрызлась своими шахтами глубоко в земную твердь и вытягивающих все соки из умирающей литосферы, перерабатывая их в черный плотный дым – в оседающий среди фабрик ядовитый смог, разгоняемый бредущими по улицам изломанными телами сервиторов; как и положено пьяному казаку, залихватски отплясывающему под общий довольный гвалт еще минуту назад, он требовал больше амасека, новую пачку лхо и не менее увлекательного продолжения. Может быть, все солдаты, сидящие в баре, требовали того же самого; однако мир вечной войны поспешил им напомнить о том, что он реален не только за пределами бара, послав шаркающего тяжелой поступью в своих кожаных сапогах человека, который делал поле боя дорогой только в одну сторону – на фронт.
 
От появления комиссара, степенно прошедшего по бару за один из столов, у Охрима встали дыбом волосы, а по лицу пробежалось выражение неистового страха; алкоголь же начал, чуть не шипя, испаряться из гвардейца, по ощущениям – вместе с бурлящей кровью, напитывая полевую униформу литрами пота. Дрожащими от волнения пальцами Шляхто стремительно вытащил изо рта бычок и смял его, а дым, который в этот момент оставался в нем, и вовсе проглотил; из глаз едко заструились слезы, но гвардеец не мог позволить себе даже нормально дышать в присутствии офицера из Схола Прогениум, боясь навлечь на себя Его гнев. Охрим вообще был крайне богобоязненным, и большинство тех, кто представлял волю Императора и не был обычным полковым мясом, для него воспринимались, как сошедшие с варпа карающие длани Золотого Трона, которые видят гвардейцев насквозь
 
Сейчас, если посмотреть на Охрима – даже без взгляда насквозь, – явно было очевидно, что с ним что-то не так. Поэтому, пока гвардейцы в гробовой тишине сидели вместе с комиссаром Краузе, он предпочитал сидеть и совершенно не отсвечивать. Когда же Шляхто заметил, что Хейн отвлекся, а солдаты, переведя дух, продолжили беседы, он осторожно поднялся на своих ватных ногах и тихо, медленно и максимально осторожно, будто бы часть интерьера бара, начал двигаться в сторону выхода.

2.png


Сообщение отредактировал OZYNOMANDIAS: 16 Январь 2018 - 19:23


#18 Ссылка на это сообщение Leo-ranger

Leo-ranger
  • Аватар пользователя Leo-ranger
  •  
  • 0 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

"Первый тост - за Императора, второй - за его слуг, отдавших свою жизнь в боях с врагами Человечества, третий - за родной Штирланд!" - донеслось до Розетты то, как кто-то вспомнил старую штирландскую застольную традицию. Откровенно говоря, первый тост должен был быть произнесен еще часа два назад, но в общем-то ничего страшного, учитывая, что традицию никто не нарушал: пили вообще без тостов. Видимо, появление комиссара всех так облагородило. Сам Краузе в течение следующей минуты потянивал амасек молча и глядел на веселящихся солдат.
- Вижу, я как раз прервал процесс поднятия боевого духа другим солдатам, - сухо усмехнулся Хейн, кивнув на то место, где совсем недавно отплясывал Охрим. - Надо было зайти через пару минут. Тем не менее, вы сегодня задали планку для всех остальных отрядов, и не только штирландских. Так что учтите, что вам теперь держать марку, - Хейн снова скриаился в попытке улыбнуться. Трудно было понять, было это похвалой или предупреждением. - Я скоро пойду, а вы, как я уйду, напомните сержанту Ли, что его отдедению завтра в патруль по городу, - вежливо попросил комиссар и сделал еще ожин глоток, после чего встал.

#19 Ссылка на это сообщение OZYNOMANDIAS

OZYNOMANDIAS
  • Аватар пользователя OZYNOMANDIAS
  • Знаменитый оратор
  • 4 202 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Шатаясь и борясь с дрожью, пробивавшей его от грубой кожи натертых сапогами, чуть не сверкающих пяток до самого кончика длинного атаманского чуба, гвардеец Охрим с необыкновенным трудом вышел из бара, умудрившись не врезаться в мебель и других солдат полка одной лишь волей Бога-Императора. Кажущийся мягким характер комиссара Краузе, решившего посетить «Раскаленное ядро» и добродушно опрокинуть фронтовые стопку-другую в компании отборного штирландского пушечного мяса, не мог обмануть даже надравшегося – хотя, положим, здесь следует сказать "особенно надравшегося" – Шляхто, который стремился покинуть заведение с таким энтузиазмом, будто от этого зависела его жизнь. В принципе, так оно, на самом деле, и было: несмотря на то, что любой другой комиссар – а о них среди пехоты шепотом ходят целые байки, в красках описывающие не дрогнувшую руку, суровый взгляд и кровавые подробности, – проявил бы себя куда менее великодушно, почуяв даже намек на разнузданность среди введенных в его власть солдат, комиссар Хейн Краузе был и оставался комиссаром. Уверенность в том, что выпускник Схола Прогениум может столь же спокойно и просто допить свой амасек, а потом, сохраняя прежнее доброжелательное выражение лица, выхватить болтер и выстрелить Охриму в затылок за одно лишь случайное упоминание Императора в одной фразе с прочей лексикой развязанного алкоголем языка, рассыпая по "Ядру" дымящиеся ошметки черепа, гвардейца ни на секунду не покидала; он старался не издать ни звука, пока обходил боевых товарищей на полусогнутых – в конце концов, сейчас его речь больше напоминала пьяного орка из какой-нибудь ватаги, чем несущего службу во имя Его солдата Имперской Гвардии из доблестного 92-го механизированного, прославленного своими стойкостью и бесстрашием перед лицом всякого противника.

Выбравшись наружу, Охрим вдохнул тяжелый, затхлый воздух, поднимавшийся с самых глубин огромного фенксворлдского улья, где его ржавые остовы подтачивались газами еще более едкими и отвратительными, чем вообще можно было себе представить. За тот короткий срок службы в рядах Имперской Гвардии, которым мог "похвастаться" атаман Шляхто, ему уже доводилось видеть огромные миры, превращенные в бесконечный, исполински раздувшийся на целую планету город, надстройками своими уходящий ввысь, а корнями-фундаментом глубоко вгрызавшийся в расколотую земную твердь. После Штирланда, на котором выросшему в скромности сельских домиков Пограничья гвардейцу казалась огромной и густонаселенной столица, подобное зрелище должно было повергнуть его в благоговейный трепет или, что еще более вероятно – в приступ панического ужаса, способного сломать психику солдата раскрывшейся перед ним внезапно необъятностью того Империума, частью которой он, как оказалось, все это время являлся. Иногда так и происходило – еще вчера выпасавшие гроксов на равнинах Гаэла или бившие цепами колосья пшеницы крестьяне, даже прошедшие суровую подготовку перед поступлением на службу, не всегда выдерживали вида многокилометровых дымящихся труб, источающих из себя кубические гектометры черного едкого смога, или сводящего с ума своими размерами «Бэйнблейда», способного собственным весом раздавить небольшой дом. Такая судьба чуть не постигла Балду, который совершенно не был готов к тому, что байки и басни о "мире где-то там вверху", пребывающем в вечной войне, окажутся жуткой действительностью: к счастью, атаману парой затрещин удалось привести беднягу в чувство, и в дальнейшем Урзацки держался достойно чести Имперской Гвардии. Охрим, помнится, тоже не на шутку струхнул, когда увидел это в одном из сражений: тогда он подумал еще – а зачем Империуму его бренная жизнь, если она способна производить на свет подобную армаду из танков и просто сминать всякого противника? Впрочем, этот шок все же был развеян реалиями войны, поразившими гвардейца из "Клокочащих" еще больше: увидеть пылающий гигантский танк, детялями которого зашибло сразу с десяток солдат – зрелище, поистине проверяющее веру простого солдата в идеалы, за которые он сражается.

К горлу Охрима подступил тяжелый ком, и буквально через пару мгновений его вывернуло наизнанку, чуть не на порог бара – к счастью, он успел забежать в какой-то переулок, заполненный мусором, прежде чем его выворотило недавно залитым амасеком. Откашлявшись, Шляхто вытер губы рукавом униформы, еще немного постоял, оперевшись мозолистой ладонью на покрытую грязной копотью стену, сплюнул собравшуюся во рту горечь и наконец выпрямился, тяжело дыша. Пережив это "очищение", гвардеец вытянул самокрутку, кое-как поджег дрожащими пальцами спичку и устало затянулся, мешая отвратный привкус непереработанного желудком алкоголя и не более приятный запах Фенксворлда с густым дымом лхо.

Скоро Рог-3, как и прочих расквартированных в лагере гвардейцев полка, ждал новый боевой выход. Поэтому, решив, что шататься без дела, не проверив свое снаряжение и как следует не отдохнув перед боем, будет крайне глупо, Охрим Шляхто, докурив и все еще немного шатясь, побрел в сторону казарм.

#20 Ссылка на это сообщение Darth Kraken

Darth Kraken
  • ...
  • 14 673 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

3.png

 

Добив с Вильей бутылку штирландского, Розетта решила выйти и подышать чуть более чистым воздухом. Менее накуренным и всё такое. Какой, к фрагу, чистый воздух в подулье? На пороге она вспомнила про просьбу комиссара, и затормозила в дверях, - Хэй, Ли! Комиссар сказал напомнить тебе, что завтра твоё отделение идёт в патруль!

 

Выйдя на улицу, девушка прошлась по части и присела на какую-то полуразрушенную скамью. Пуля в такие моменты, когда алкоголь шумел в голове, а делать было решительно нечего, она скучала по густым и опасным лесам родного мира. По Большой Охоте, которую их род организовывал каждую весну и осень в лесах вокруг их замка. Уроки вождения, которые преподавал ей старший брат - единственный человек, в котором Роза души не чаяла. Будучи старшей дочерью в роду, она имела полное право не иди в СПО, но юная девушка решила иначе. Воспитанная на примере героических подвигов предков, она не могла поступить иначе. И вот она здесь - она не жалела, отнюдь, однако чувство ностальгии по родине, которую она могла больше и не увидеть - Розетта была реалисткой, и прекрасно понимала, что любое задание может стать последним - порой её настигало.

- Когда-нибудь всё это вытравится. Сантименты на войне не нужны.  - пробормотала под нос девушка, и отправилась к себе. Стоило на всякий случай перепроверить снарягу, да поспать, что-бы не страдать с утра похмельем. Завтра предстояла та ещё работка.


Регалии




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 скрытых