Перейти к содержимому

TESO в Gameray за 1199 рублей

Фотография
- - - - -

Амбразура Амброзии


  • Авторизуйтесь для ответа в теме

#41 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

Часть I

Амид



1

Ясав



Шаги. Я могу поспорить с кем угодно и на что угодно, что это Его шаги. И я буду прав, даже если это не он. Но это всё равно он. Его рука опустилась мне на плечо, а голос прозвучал тихим эхом:

- Счастья тебе, Амид!

Амид - это я. Тот Амид, кто ответил Ясаву-двуликому, чьи шаги я узнаю даже не споря ни с кем:

- И вам счастья, Ясав.

- Было бы счастье, - вздохнул один Ясав, а второй подхватил: одна тоска.
У Ясава два лица, и ему очень сложно не говорить обоими ртами одновременно. Обычно они говорят в унисон, и звучит это странным эхом. Вы скажете - эхо запаздывает, а говорить в унисон - значить говорит одновременно, без задержек? И я соглашусь. И Ясав согласится, а его второе лицо (или всё-таки первое?) подтвердит. В один голос оба лица это скажут и подтвердят, и эхом подхватят.

- Опять грустишь? - спрашиваю я.

- Угу, - сказал он и одновременно: грущу.

- К нам, кстати, - вдруг вспомнил я, - снова Анирам пришла.

- К дождю, - вздыхают Ясав.

- И к радуге, - улыбаюсь я. Грустно улыбаюсь. Вроде и смешно, а в то же время...

Анирам воплощение красоты и всего прекрасного. Кожа её всегда источает нежный цветочный запах. Питается она радугой. И в пору бы смеяться, но как-то всё уже высмеяли - в туалет она ходит бабочками.

- Давай не будем о ней? - одним голосом в два рта, без единой примеси эха, вдруг предлагают Ясав.

- Чей сегодня черёд выбирать, - согласившись, меняю я тему разговора.

- Кажется твой.

- В шашки?

- Да, - говорит Ясав, спустя несколько долгих мгновений обдумывая моё предложение.

- Чур, я белыми!





* * *



Звон! Мерзкий надоедливый звон будильника кричит тебе - восстань! И ты восстаёшь, почти. Первой восстаёт твоя рука. Восстаёт против злого будильника и его командного тона в лице его противного звона. Рука бьёт наотмашь по макушке злого командира и тот умирает, напоследок издав свой последний предсмертный дзынь. Честь герою и медаль посмертно. До следующей ночи, где ему возрождённому держать следующее дежурство до самого утра, предвещающего неминуемую гибель от моей карающей длани.

Ещё полежать минут пять? Нет! Ты знаешь - уснёшь и проспишь всё на свете. Откидываешь одеяло, что бы мороз не дал тебе уснуть. Надо прийти в себя. Откуда? Ты где-то был, что бы приходить обратно? Дурная странная мысль.

Скидываешь ноги с кровати и нашариваешь ими тапки, которые вечно куда-то прячутся, как тараканы. Включишь свет и они бежат со всех своих многих ног в любые щели. Вот и сейчас тапки-тараканы убежали под кровать!

Ты встаёшь, и рукой шаришь в пыли, нащупывая подлое насекомое. Ругаешься невесть на кого и клянёшься забить эту нору для тапок доской! Вечная клятва каждого утра. Клятва, которую ты забудешь буквально через несколько минут.

Шаркая тапками, покорно принявших в себя твои босые ноги, ты направляешься в ванную. Чистишь зубы, моешь лицо. Смотришь в зеркало, не забыв скорчить противную рожу под стать своей причёске.

Завтрак. Яичница и хлеб с сыром. Кто сказал, что хлеб с сыром не бутерброд? Чай из позавчерашней заварки и свежего кипятка.



Час утра уплывает незаметно. Опять опаздываешь? В спешке натягиваешь джинсы, рубашку, ищешь носки, которые ведут себя хуже тапок-тараканов, прячутся в такие места, о которых знают только дети, когда играют в прятки. Ботинки, шнурки, куртка, дверь. Лифт. Дорога. Работа.



* * *



- Какой банальный ход, - смеются Ясав.

Смеются и двигают свою шашку.



* * *



- Я люблю тебя!

- Ну и дура! - резко отвечаешь ты. А она в слёзы.

- Я не могу без тебя!

- Можешь! - режешь ты.

- Прости меня, - плачет она.

- Дура! - вскипаешь ты, - это ты должна требовать от меня прощения, хотя всё равно ты его не дождёшься!

- Не оставляй меня, пожалуйста...

- И не собираюсь. Я буду здесь до тех пор, пока я этого хочу.



* * *



- Ты сдвинул свою шашку вперёд и убрал обратно, - говорю я, - это два хода.

- Но и нас двое, - ухмыляются Ясав.

- Значит, я буду играть за двоих, - отвечаю я, - я буду делать по два хода, как и ты.



И я делаю свой ход.



* * *



Сегодня на обед подавали щи, картошку и рыбу. Ту рыбу, которую не распознает ни один рыбак. Просто рыба, без названия и какого-то особенного присущего только ей вкуса. Ту картошку, которая является гарниром. Её просто можно назвать "гарнир" и это опишет её гораздо лучше, чем слово "картошка". Те щи, которые безмерны, как океан - не имеют в себе ни островка капусты, не говоря уже о таких редких материках, как мясо.

У нас всё это называется просто - щи, картошка, рыба. И компот. С выжившими из ума ворчливыми старыми ветеранами - сухофруктами. Все в орденах, как на параде. А если не с орденами, то с лычками. Жуют сморщенными губами слова, обычно бранные. Лишь иногда, в минуты воспоминаний - добрые.

А вы сидите за одним столиком. Ты и он, напротив друг друга. И рады бы были сесть подальше, да мест в столовой больше нет. Вот и приходится обедать вместе.

И слова, призванные сгладить обстановку, сами прыгают на язык, как брызги из газировки, прыгают что бы в итоге сделать только хуже:

- Давно не виделись, - уж лучше бы молчал.

- Давно, - бурчишь ты в ответ.

- Сегодня на удивление безвкусный обед, - ты бы ещё о погоде заговорил!

- Вот с этим я согласен, - уже не бурча отвечаешь ты. Неужели интерес к разговору?

- Вот взять хотя бы эту картошку, - на радостях тема сама бежит впереди языка, - она как...

- Не надо! - резко перебиваешь ты, - Я голоден, и мне ещё надо всё это съесть!

Неловкое молчание. Уж лучше бы и впрямь о погоде.

- Соль не передашь? - ведь не нужна тебе соль! Щи и так полны соли, как тот самый океан - бескрайний и безбрежный.

Ты молча передаёшь соль. Не глядя. Не отрываясь от тарелки.

Так проходит обед. В неловком молчании.

И кусок в горло не лезет, а всё равно пихаешь его сквозь силу.

А когда тарелки опустели вы встаёте. Одновременно? Всё ещё одновременно, как когда-то? И уносите поднос с грязной посудой. А после, выйдя из столовой, расходитесь в разные стороны.



* * *



- Я только одной фишкой сходил, - протестуют Ясав, - а ты двумя!

- Правила никто не объявлял, - хитро подмигиваю я... почему-то мне показалось, что я это сделал как-то не в кассу. Не место тут подмигиванию.

- Ну, - хором затянули Ясав, - раз так, тогда это дамка!

И, перевернув шашку вверх дном, он двигает её сразу не несколько клеток вперёд.



* * *



Ты бежишь по дороге. Впереди цель и она Горизонт. По бокам пробегают деревья, они спешат туда, откуда ты пришёл. Куда? Ты знаешь, а им это ещё предстоит узнать - это их участь. Твоя участь - то, откуда пришли они. Твоё прошлое - их будущее, а их будущее - твоё прошлое.

Твой попутчик - время, давно уже свернул на другую развилку и ты движешься один. Туда, где горизонт. Где небо встречается с землёй, а дома подпирают собой тяжёлые тучи.



* * *



- Ну, - начинаю я, - раз так...

И вдруг останавливаюсь. Жуткий ужас пронизывает меня. Я смотрю в глаза Ясаву и вижу в них отражение своего страха. Поставь два зеркала друг напротив друга - и в них увидишь бесконечность. Так и мы видим бесконечность кошмара.

Вскочив на ноги, опрокинув клетчатую доску и рассыпав по траве шашки, мы сломя голову бежим куда глаза глядят - лишь бы подальше. Хотя нет, глаза глядят в землю, впрочем, именно туда и хочется провалиться.

В груди от живота поднимается мерзкий холодок. Противня мокрица ищет выход, заполняя собой всю грудь, в которой бешено колотится сердце, будто узник в темнице - выпустите меня! Дайте и мне убежать! Страшно. И имя этому страху - Ашим.





2



Ашим



Когда приходит Ашим - все убегают. Любого, к кому он приблизится ближе, чем на дальность его подслеповатого взгляда, охватывает непреодолимый ужас. А уж если Ашим посмотрит на тебя, ты провалишься в глубокий обморок. Или, как у нас шутят: об-мрак.

К тем, кто впал в об-мрак, Ашим подходит и играет ими, как тряпичными куклами. Иногда как с солдатиками, иногда как с пупсами. А потом ему надоедает и он уходит прочь. И лишь к утру третьего дня ты просыпаешься. Приходишь в себя. Возвращаешься из об-мрака.

Жуткий вой Ашима огласил окрестности и этот вой вселил в нас не только страх, но и панику. Ясав кинулся куда-то в сторону, а я, рванув через ограду помчался к пустырю. Пустырь, надо сказать, давно уже не пустовал и был завален всяким строительным хламом. В этой свалке, я заметил огромную бетонную трубу. Из таких труб делают колодцы. Эта труба, видимо, предназначалась для очень большого колодца - я мог стоять в ней в полной рост. Вот только стоять я не мог, ноги меня не держали, и я скатился по бетонным стенкам.



И вновь раздался вой Ашима. Совсем близко. Во мне вдруг проснулось неудержимое любопытство, которое в какой-то момент пересилило страх и заставило меня выглянуть наружу.

По пустырю бежал Ясав, а за ним издавая ужасный вой шёл Ашим. Нет, мне повезло, меня Ашим не увидел - он был ещё слишком далеко. А вот Ясаву не повезло. Точнее не повезло наполовину. Ашим, видимо, увидел одно из его лиц и Ясав наполовину впал в об-мрак. Из своего бетонного укрытия, я наблюдал за тем, как Ясав, хромая и постоянно падая, убегал от Ашима. Второе лицо Ясава безвольно трепыхалось, как тряпка на ветру. Руки висели плетьми, а ноги волочились по земле. Такое ощущение, что один человек несёт на себе другого. Вот только не было двоих - был только один Ясав.

Зато Ашим... я впервые смог рассмотреть Ашима. Он был достаточно далеко и его подслеповатый ужас до меня не дотягивался, зато я его хорошо разглядел. Ашим был маленьким мальчиком в очках с очень толстыми стёклами. Стёклами, которые пересекали разломы трещин. Ашим шёл и плакал навзрыд. Плакал задыхаясь. Именно его плачь, рёв и был тем самым воем. Руки его тянулись к Ясаву, который всё ещё пытался убежать от него.

Ясав оказался намного выше Ашима и, даже ковыляя и спотыкаясь, умудрялся держать дистанцию. Но долго так продолжаться не могло - ужас сильно изматывает нас, тем более от Ясава сейчас осталась лишь половина. К его счастью и моему ужасу, Ясав ковылял в моём направлении. Я знал, что мне нужно сделать, но я знал, насколько сложно это будет... я ждал.

По мере приближения Ясава и Ашима, в меня волнами вливался ужас. Сердце колотилось как псих - разрывая в клочья смирительную рубашку и в кровь разбивая лицо о мягкие стены палаты для буйных. Я вцепился руками в бетон трубы. Содрал ногти, пытаясь не отпустить щербатую поверхность, потому что если я отпущу - я кинусь бежать сломя голову и теряя рассудок.

Когда Ясав проходил совсем рядом, я, разодрав пальцы в кровь, одними руками, потому что ноги наотрез отказывались слушаться меня, кинул своё тело наружу и, схватив Ясава за шиворот, дал волю своему ужасу - кинулся в спасительную трубу.

Я тащил Ясава волоком по ставшей вдруг неимоверно длинной трубе. Сбоку внезапно обнаружилось тёмное ответвление, и я потащил свою, даже не пытающуюся сопротивляться или помочь, ношу туда. В темноте я ещё долго бежал и, находя повороты, несколько раз сворачивал. Я бежал и тащил за собой Ясава, пока не выбился из сил. А когда сил не осталось, я упал.



* * *



Сухой песок сыпется меж пальцев. Из такого песка не получится ни куличика, ни пирамиды. В таком песке не сделать туннелей. Но если глубоко капнуть, то можно найти сырой песок. И я начинаю капать. Сыпучий сухой песок всё время пытается засыпать мой котлован и мне приходится отбрасывать его подальше. Вскоре я добираюсь до заветной сырости. Теперь можно лепить куличики, строить пирамиды и рыть туннели...



* * *



Туннель. Уходит далеко вдаль и где-то там далеко виднеется свет.

- Проснулся? - спрашивает Ясав, и, не дожидаясь ответа, - ну тогда счастья тебе, Амид.

- И тебе счастья, Ясав, - отвечаю я.

Постепенно я осознаю где нахожусь и что со мной... с нами, происходило. Вместе с памятью приходит и боль в пальцах. На некоторых не хватает ногтей.

- Ты мне всю спину изодрал, когда волочил по этой трубе, - жалуются Ясав, - больно.

- Я... - уж не знаю, хотел ли я извиниться или обидеться, только Ясав перебил меня:

- Спасибо.

- Да чего уж там, - замялся я.



- Странно это, - спустя какое-то время начал Ясав, - говорить одному.

И вправду, всё это время Ясав говорил только одним лицом, второе всё ещё было в об-мраке. Всё также сквозь одно лицо Ясава просвечивало его второе, только одно было без сознания и даже как-то оплыло, а второе задумчиво смотрело в пол.

- Подожди, - хмурю я брови, - если одна твоя половина ещё в отключке... сколько прошло времени?

- Немного. Минут пять или десять.

- Значит, Ашим нас не поймал?

- Нет, - со смешком в голосе отвечает Ясав, - ты сам отрубился.

- Да, - усмехаюсь я в ответ, - давно мне так бегать не приходилось.

- Тем более меня ещё тащил, - хихикает Ясав.

- Обратно ты уж сам, - прыснул я.

И мы с Ясавом разразились хохотом. Долго смеялись и никак не могли остановиться. Животы аж начали болеть. А потом вдруг резко одновременно замолчали. Нет, нас не обуял ужас или что-то ещё. Просто высмеялись и всё.



- Ты знаешь, - сказал я, - я видел Ашима. Я его разглядел.

- И как он выглядит? - в глазах Ясава зажёгся интерес.

- Ростом он примерно с два этажа, у него из живота растут щупальца, а на голове у него паучьи жвала. А ещё у него четыре глаза.

- Жуть! Хорошо, что он нас не поймал.

- Это да, - киваю я, - нам повезло.



- Амид, - спустя несколько минут, вдруг серьёзно произнёс Ясав.

- Да?

- Давай выбираться отсюда, а то скоро стемнеет.

- Давай, - согласился я.

- Ну так помоги мне! - обиженно воскликнул Ясав, - я же только наполовину в сознании.

- Ты в этом состоянии достаточно хорошо удирал от Ашима.

- Ну, тогда мне страх помогал, а теперь мне не помешает твоя помощь.

- Уговорил, - сказал я и подал Ясаву руку, - но в следующей игре ты мне дашь фору.

- Договорились, вымогатель! - смеётся он. Хорошая шутка.



И мы направились к выходу.



3



Анирам



Мы добрались до выхода из туннеля, однако выйти не смогли - на улице вовсю лил дождь. И, хотя он был грибным, суше от этого он не становился. Мы прождали около четверти часа, пока он не прошёл, и лишь затем вышли наружу.

- Смотри, - указывая вверх, воскликнул Ясав, - радуга!

Я посмотрел в указанном направлении, там в небе, огромной дугой, прямо как на глупых рисунках, раскинулась яркая пёстрая радуга. Вы скажете, не бывает таких? Да, не бывает. Такая радуга долго не живёт - она слишком заметна издалека. Вот и сейчас, она вдруг стала трястись и очень быстро сокращаться подобно огромной макаронине, которую кто-то жадно всасывает ртом.

- А вот и Анирам, - произнёс я.

- Пойдём, найдём её? - предложил Ясав.

- Ты предлагаешь мне таскать тебя по всему городу? Или твоё второе лицо уже проснулось?

- Блин, я и забыл, - глупо улыбаясь, смутился Ясав, - жаль, я давно её уже не видел.

- Если хочешь, я могу сбегать и привести её сюда, - предложил я.

- Твоя отзывчивость когда-нибудь погубить тебя, а пока она может погубить меня. Ты что хочешь оставить меня одного?



- Счастья вам, мальчики!



Голубые глаза на улыбающемся лице. Светлые волосы развиваются, как-будто она плавает в воде, а не стоит перед нами. А её платье... куча бабочек окутывает её тело, своими крыльями образуя яркое платье. И это платье будто развивается не ветру, хотя ветра нет. Это бабочки машут крыльями.

- И тебе счастья, Анирам, - хором говорим мы с Ясавом.

Уж не стал ли я ему вторым лицом, вдруг проскользнула глупая мысль. Проскользнула и убежала, устыдившись своей глупости.

- Ой, - смеясь, восклицает Анирам, - я счастлива! Вы даже не представляете, какая это редкость найти такую, - при этом слове она закатывает глаза, - радугу!

Не говорит - поёт.

- Приятного... - начал было Ясав, но я тут же наступил ему на ногу, - в смысле, ты к нам надолго?

- Наверное только на пару деньков, - вздыхает Анирам, - а то потом мне не угнаться за этим дождиком.

И на её лице почти проступила грусть. Почти. Наверное нам с Ясавом это только показалось.



Всё это время я поддерживал Ясава и, видимо, только сейчас Анирам обратила на это внимание, потому что с весёлой улыбкой на лице и беззаботностью в голосе спросила:

- А с вами что приключилось?

Нет, она на самом деле переживает, но она не умеет иначе. Беззаботная Анирам.

- Да так, - ухмыльнулся Ясав, - с Ашимом поиграли в догонялки.

- Как видишь, - это уже я, - счёт 2-1 в нашу пользу.

- Не совсем, - скривился Ясав, - после той бетонной трубы у меня вся спина горит.

- Да и мои руки тоже пострадали, - вспомнил я, - пусть тогда будет 2-2.



Анирам подплыла к нам поближе, и до нас донёсся её восхитительный запах. Не запах духов, от которых только нос чешется, а запах настоящих цветов.

- Можно я посмотрю? - на распев произносит Анирам.

И под её взглядом, содранная спина Ясава, и мои ободранные руки моментально зажили. Как-будто и не было ничего. Так под светом фонарика исчезает темнота.

- Обманываете меня? - смеётся она.

- Ничуть, - отрицательно мотает головой Ясав.

- Просто шутим, - улыбаюсь я, а сам подмигиваю Ясаву.

- Смешные вы, - пропела Анирам, - жаль мне пора - скоро стемнеет. Счастья вам, мальчики.

- Счастья и тебе, - в один голос с Ясавом произнесли мы.

И вновь мысль про меня - второе лицо Ясава махнула хвостиком.

А Анирам, помахав нам ручкой поплыла к себе. И как только она отвернулась, наши раны вернулись обратно. Ясав зашипел от боли, а я прикусил от неожиданности губу. Боль вернулась резко.

- Может, стоило напроситься к ней в гости? - пытаясь разглядеть собственную спину спросил Ясав.

- Ага, а как только она будет отводить взгляд заново терпеть боль?

- Твоя правда.

- Моя, - киваю я.

- Пожалуй и нам пора, - глядя наверх говорит Ясав, - вон и небо уже краснеет.



Проводив Ясава, я направился к себе. Краснота неба уже перешла в сумерки и до темноты оставалось совсем не много. Я ускорил шаг. Но мысли мои были совсем не о темноте. Я думал об Ашиме и Анирам.

Девочка ангел, питающаяся радугой и маленький мальчик в разбитых очках, наводящий непреодолимый ужас на всех кто оказывается рядом с ним. Да, я, кажется, забыл сказать - они брат и сестра.



Добравшись до своего укромного уголка, я устроился удобней под одеялом, но ещё долго не мог уснуть. По ту сторону окна, в котором осталось только одно из двух стекол, то что снаружи было разбито ещё до того, как я сюда пришёл, раскинулся город. Чёрные силуэты домов на быстро темнеющем небе.

Сквозь сумрак показалась первая звёздочка. Загадать желание? Если видишь на небе первую звезду - можно загадать желание, оно обязательно сбудется. Не успел - вторая звезда зажглась совсем рядом с первой. Да и что мне загадывать? Руки самостоятельно заживут до завтра. Пробудить второе лицо Ясава, что бы ему не ждать ещё трёх дней? Не буду - так даже забавнее.

Надо было пожелать новую радугу для Анирам, что бы она побыла с нами подольше! Жаль я не подумал об этом до того, как появилась вторая звёздочка.



Под эти мысли я медленно погружался в сон...



* * *



- Как ваш секундант, - начал высокий человек в неуместно высоком цилиндре, - перед тем как начать бой, я бы предложил вам решить конфликт иными способами.

- Не может быть и речи, - с порога отрезаю я подобное предложение.

- Ни в коем случае, - гордо подняв подбородок вторит мне мой оппонент, - это дело чести.

- В таком случае, - продолжает наш секундант, - выбирайте оружие.

- Шпага, - заявляю я.

- Револьвер, - в то же время кричит мой противник.

- Выбор сделан, господа...



Разве по правилам мы не должны биться одним и тем же видом оружия? Хотя всё верно, правила никто не объявлял. Дурак - кляну я себя! Надо было выбирать револьвер. Хотя... у него будет один выстрел, а у меня будет столько ударов, сколько я смогу нанести. Впрочем, если он попадёт с первого раза... Однако, по правилам боя на шпагах я имею право уворачиваться. Это будет интересная дуэль.



А вокруг осень. Опавшие листья шуршат под ногами, которые отмеряют заветные двадцать шагов. Только что мы стояли спиной к спине и теперь расходимся в разные стороны, что бы затем, по команде нашего секунданта начать бой.

Шаги отсчитаны и мы разворачиваемся друг к другу. Я бы сказал лицом к лицу, если бы расстояние между нами не было таким большим. Впрочем, я могу так сказать, ведь для наших взглядов расстояние ничего не значит. Мы стоим лицом к лицу, смотрим друг другу в глаза и ждём команды.

- К бою, господа! - кричит долговязый.



И я тут же ныряю в сторону. А мой противник не спеша поднимает револьвер и направляет его в мою сторону. Я бегу со всех ног, выгибая свой путь широкой дугой. А его рука преследует меня. Я даже вижу себя его глазами. Как он смотрит вдоль дула пистолета и ведёт руку, медленно провожая мой бег.



Выстрел!

Мимо!

Вот теперь ты мой - ликую я. И вдруг меня разворачивает и кидает в сторону. Лишь затем я слышу невозможное - второй выстрел! Я перекатываюсь и прячусь за укрытие ствола ближайшего дерева.

- Осталось четыре, а ты уже ранен, - кричит мой противник.

Дурак! - вновь кляну я себя. У него шестизарядный револьвер, такой, как на диком западе. Дерево, за которым я прячусь, вдруг оказывается кактусом, а осенние листья - песком.

Перемены затронули и меня с моим оппонентом. Его голову теперь покрывает ковбойская шляпа. Моя валяется где-то в стороне. Одежда - джинсы, кожа, всё как полагается.

А наш секундант остался прежним. Тот же строгий костюм и несуразно высокий цилиндр.



- Ты там живой? - кричит мой соперник.

- Живой, живой, - кричу я ему в ответ.

И тут же выстрел разбрызгивает мякоть кактуса. Нет, сегодня я определённо дурак из дураков. Эта перемена сбила и его с толку и он лишь пытался найти меня на новой местности, а я своим криком только помог ему. Дурак.



Осматриваю себя - пуля попала в левую руку. Затягиваю руку шейным платком, что бы остановить кровь. Теперь надо осмотреться и решить, как действовать дальше.

Здесь достаточно пологая местность, особо не спрячешься. Хотя, кажется чуть дальше виднеется овраг. Как же я сразу его не заметил? Впрочем, с этими переменами это не мудрено. Но до оврага мне так просто не добраться.

Я немного высовываю гарду шпаги из-за кактуса и в её отражении пытаюсь определить, где находится стрелок. Изгиб гарды жутко искажает отражение, но, кажется, мой противник совсем не далеко и судя по его виду, он ещё не уверен что я нахожусь именно здесь. Проползти к оврагу прячась по ту сторону кактуса? Глупая мысль. Вряд ли он будет стоять на месте. А попробую-ка я эффект неожиданности!

Встаю на ноги, стараясь не высовываться из-за кактуса, затем срезаю один из его отростков, насаживаю его на кончик шпаги, размахиваюсь и швыряю его вверх и за спину. Описав высокую дугу, зелёный отросток летит через мой кактус. Я же, низко присев к земле кидаюсь в сторону врага.

Мой расчёт оказался верен - противник отвлёкся на брошенный кусок кактуса и поднял голову. Когда он меня заметил было слишком поздно, моя шпага пронзила его...



- Туше!





* * *



Дурацкий сон.


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 88

#42 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Эх.... красота) и все, конец...

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#43 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

Нет, будет ещё последняя 3я часть.

#44 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

вах)) ждем))

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#45 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 762 сообщений
  •    

Отправлено

Спасибо за интересное чтиво. Ожидаем 3 части.

#46 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

Амбразура Амброзии

Часть III
Норд

1
Игры Амида


Утро радовало свежестью грозы, прошедшей этой ночью. Трава и листья на деревьях стали ярче и поблёскивали капельками росы. А может, капельками дождя.
В парке, на лавочке сидят двое. Они не видят тебя, хотя ты буквально в нескольких шагах от них. Но не стоит их винить, ведь ты же невидимка.
Лучи утреннего солнца проникают сквозь тебя, и ты чувствуешь их тепло изнутри. Оно разливается, подобно теплу только что выпитой чашки горячего какао.
Двое говорят. Не слышно. Надо подойти поближе.
Эх, эта прекрасная свобода! Ты призрак, ты ветер, ты ничто... И ты вместе с тем нечто. Ты - Я!
Ты крадёшься моим телом, я крадусь твоим духом. Бред скажут одни. Чушь подтвердят им другие. А я посмеюсь стоя у них за спиной.
Вот и сейчас я стою за спиной и давлю в себе смех. Нельзя что бы меня заметили, нельзя, иначе я пропущу всё самое интересное...

* * *

- Чья очередь сегодня? - спросил Амид.
- В последний раз была твоя, но мы так и не сыграли, - ответил Ясав.
Забавно за ним наблюдать. Одно из его лиц постоянно смотрит в мою сторону. Видит, но никогда не говорит обо мне другому лицу. Вообще не говорит обо мне. Более того, его второе лицо подмигивает мне: не бойся, я тебя не выдам.
И я, стоя в тени невидимости, в ответ подмигиваю ему: договорились, брат. Договорились, собрат.
- Мы собирались тогда сыграть в орлянку, - сказал Амид, - а раз собирались, значит надо играть.

В последний раз они играли ещё до той ночи проведённой всеми нами у костра. Весь следующий день и всю ночь мы проспали. Каждый из нас. Очень вымотались мы тогда. И вот оно - первое утро, когда мы снова мы. Впрочем, было ещё и вчерашнее утро, то, что пришло на смену ночи у костра. Но оно не в счёт - мы были слишком измотаны.

- Да, - улыбнулся Ясав, доставая монету из кармана, а его второе лицо, усмехаясь, спросило, - орёл или решка?
- Я выбрал игру, а ты выбирай сторону.
- Орёл, - воскликнул Ясав и подбросил монету в воздух. И под перекат эха его голоса, я увидел орла...

* * *


Ты пришёл домой и, когда твои ключи уже звенели в скважине замка, дверь внезапно открылась сама. Нет, конечно не сама, её открыла твоя жена. Ты хотел войти внутрь, но она не сдвинулась с места, мешая тебе войти. И тогда ты поднял глаза и увидел её лицо. Злое? Есть немного. Осуждающие? Безусловно. Грустное? Скорее печальное.
- Ты изменял мне, я знаю, не отрицай этого.
Откуда она узнала? Как?... А впрочем, она права, что толку врать сейчас.
- Да, - согласился ты с ней, - изменял.
- Как ты мог? - дребезжащим голосом спрашивает она. Вот-вот заплачет, но сдерживается. На последнем слове её голос вновь ровный. Ни намёка на слёзы.
А ты молчишь, ты не знаешь как ей всё объяснить. Нет, знаешь, но не можешь. Ты же любишь её. И не только её.
- Ты не любишь меня, да? - будто прочувствовав ход твоих мыслей, грустно спросила она.
- Люблю, - резко ответил ты. Ответ сам вырвался из тебя, раньше чем ты понял это.
- Тогда почему? - она уже не может сдержать слёз.
- Потому что я и её люблю, - тихо сказал ты.
- Которую из них?
- Всех.
- Кобель, - зло, сквозь слёзы, выдохнула она. Даже не выдохнула - прошипела.
- Наверное. Я просто не могу быть с одной тобой. И не могу не быть с ними. Впрочем и не быть с тобой тоже не могу.
Ты уже сам запутался в своих объяснениях. А она смотрит на тебя, осуждающе, не понимающе. И молчит.

- Ну и как мы будем жить дальше, - спросила она после долгой паузы.
Ты лишь пожал плечами. Еле заметно. Так, дрожь по телу пробежала.
- Уходи, - коротка бросил она и закрыла дверь. И ключи звякнули оставаясь висеть в замке двери.

Ты ещё какое-то время стоял на лестничной клетке, а затем развернулся и ушёл. Она права. Лучше быть свободным орлом, чем козлом на привязи...

* * *

Что это было? Я видел всё это!
Но не успели последние мысли прозвучать в моей голове, как я понял, что я одновременно с этим видел и решку Амида.

- Решка! - одновременно с Ясавом выкрикнул Амид. А монета в воздухе уже кувыркается звеня как ключи в замке двери.

* * *


- Ах ты, выродок! - выкрикнул пьяный отец и ударил своего сына.
Сын разбил бутылку пива, когда доставал из холодильника колбасу. И теперь сидел запершись в ванной и плакал потирая опухшую щёку.
- Это была последняя бутылка, - разорялся за дверью отец.
Время от времени, он дёргал дверь и кричал:
- Открой немедленно, хуже будет!
Надо дождаться мамы, она всё решит.
- Если сейчас же не откроешь, то вообще пришибу! – раздавался рёв из-за двери.

Через полчаса из магазина пришла мама.
Когда она узнала что происходит, то сначала попыталась вступиться за сына, но отец ударил и её. А потом ушёл хлопнув дверью, даже не попытавшись закрыть её. Дверь так и осталась распахнутой настежь.


- Мужики, - подойдя к местным забулдыгам произнёс нерадивый папаша, - есть чем похмелиться. Мой оболтус, скотина такая, последнюю бутылку пива разбил. Гад.
- Иди отсюда, - поднял на него увесистый кулак один из сидящих за столом. На столе, надо сказать было чем похмелиться. И пиво, и даже водка. Имелась и вобла и всякая нехитрая закуска. А так же, по деревянной столешнице, были разбросаны костяшки домино.
- Да ладно вам, - заныл папаша.
- Я кому сказал, - прикрикнул на него тот же детина. И даже привстал. Росту в нём было не так уж и много, зато тучности хватало.
Увидев, что сейчас ему не то что не нальют, а ещё и бока намнут, папаша поспешил ретироваться. Больше похмеляться было негде. Даже последние алкаши двора гонят его. И тогда он вернулся домой. Жена выдаст заначку.

* * *

Ты обманул нас, Ясав. Это не просто рассказы о ком-то. Я видел всё это своими глазами. Только что, всё что вы говорили я видел, будто присутствовал там. И говорили вы одновременно. Монета ещё не успела упасть. Она до сих пор вертится в воздухе. Вот она уже падает вниз.
И тогда я протягиваю руку и ловлю её.
Амид и Ясав удивлённо смотрят на застывшую в воздухе монету.
- Что это было, - спрашиваю я вслух. И одновременно с этими словами становлюсь видимым.
- Норд, - вскричал опомнившийся Ясав, - какого чёрта!?
- Это ты мне ответь, - выкрикнул я в ответ, - какого чёрта?
- Что какого чёрта, - опешил Ясав. Амид лишь непонимающе наблюдал за нами.
- Какого чёрта здесь происходит? - всё ещё держа на вытянутой руке монету, выкрикнул я.
- Да о чём ты говоришь? - Ясав, кажется, и впрямь не мог понять о чём я его спрашиваю.
- Я об этой вашей игре, - всё ещё громким голосом начал я объяснять, - эти ваши рассказы-видения!
- Какие видения? - Ясав либо тупой либо издевается.
- Про орла-изменника, про решку-забулдыгу! Я видел всё это, пока летела монетка.
- Подожди, - вмешался Амид, - что значит видел?
- Будто я был там, пока всё это происходило.
- Но мы просто рассказывали истории, - удивлённо сказал Амид.
- Вслух, - вторил ему Ясав и одновременно второе лицо поддакнуло ему, - мы ничего такого не видели.

Я кинул взгляд на одного, на другого. Они не врут. Они действительно не понимают о чём я говорю. Я молча отдал монету Ясаву, развернулся и ушёл. Надо будет попросить Нави поговорить с ними. Если они врут, то ему они скажут правду. Не смогут иначе

#47 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Дождались) ура)) :thumbsup:

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#48 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 762 сообщений
  •    

Отправлено

Любопытно. Начинается совсем новая история.

#49 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

Почти. История всё та же, только ракурс другой.

#50 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

2
Правда

Найти путешествующих крайне сложно, а Нави именно один из них. Точнее из нас, я ведь тоже путешествующий. Но на моё счастье, Нави был ещё здесь. Он остался у Лирика. Из-за Налсура.
Проходя по двору Лирика, я мельком кинул взгляд на дом, на крыше которого когда-то заперли Авалса и Скама. Обрывков одежды на деревьях не было. Может их смыло дождём, а может он исчезли в тот миг, когда вернулся Авалс.
Отбросив эти мысли, я вошёл в подъезд. Впереди ждал подъём по квадратной спирали лестницы.

Я постучал и дверь открыл Лирик.
- Как Налсур? - спросил я.
- Заходи, - вместо ответа сказал Лирик и не дожидаясь меня пошёл в комнату. Я прикрыл дверь и поспешил вслед за ним.
В комнате сидели Нави и Налсур. Рука Налсура уже не была забинтована, но из неё всё ещё торчал металлический прут. Ржавая ребристая арматура.
- Ты как? - спросил я Налсура.
- Да норм, - улыбнулся тот. Ни вымучено, ни с иронией. Весело улыбнулся. Я бы даже сказал радостно.
- Представляешь, - воодушевлённо заговорил он, - когда я становлюсь бесплотным, оно тоже становится таким же. Смотри.
И Налсур провёл рукой со штырём сквозь ближайшую стену. И рука и штырь прошли сквозь неё, будто сквозь воздух.
- И не болит? - поинтересовался я.
- Ничуть! Я вообще не ощущаю его. Он стал частью меня и надо сказать достаточно удобной частью. Им можно неплохо орудовать.
- Зачем? - спросил я.
- Как зачем? - не понимающе уставился на меня Налсур.
- Тебе надо от кого-то отбиваться? Или вскрывать двери? Ты может спокойно пройти сквозь них.
Налсур задумался.
- Я об этом не подумал, - спустя какое-то время, смущённо произнёс он.
- Зато ей можно чесаться, - ухмыльнулся Нави.
И тут я вспомнил, за чем сюда пришёл.
- Нави, - обратился я к нему, - мне нужна твоя помощь...
И я рассказал то что произошло утром...

- Их даже не смущает, что они успели рассказать свои истории до того как упала монета. Обе истории. Одновременно.
- Ты действительно видел их рассказы, словно присутствовал там? - спросил Нави.
- Да, - без сомнений ответил я. Этого достаточно для Нави, если ему отвечают, то отвечают только правду.
- Идём, - коротко сказал Нави, встал и направился к выходу.
- Я с вами, - остановил его Налсур.
- Мы с вами, - поправил Налсура Лирик.

* * *

Там где я в последний раз видел Ясава и Амида, их не оказалось. И мы пошли к дому Ясава.
У своего подъезда сидел Ясав, один. Завидев нас издалека, он поднялся и направился к нам навстречу.
- Счастья... - начал было Лирик, но Ясав перебил его:
- Норд, зачем ты это сделал?
- Что сделал? - опешил я.
- Зачем ты рассказал нам об этом? Зачем ты рассказал об этом Амиду?
Я только непонимающе хлопал глазами.
- Что произошло? - вмешался Нави.
- После ухода Норда, - повернувшись к нему, ответил Ясав, - мы попытались снова сыграть...


Две стороны монеты
Ясав

- Бред какой-то, - сказал я, глядя на уходящего Норда, а моё второе лицо вторило: бессмыслица.
- Странно, - очень тихо произнёс Амид.
- И чего он так разъярился? - спросил я, одновременно с этим, - даже если это правда.
- Даже если, - задумчиво повторил Амид.
Потом вдруг, он потряс головой, отгоняя какие-то свои мысли и повернулся ко мне.
- Попробуём ещё раз?
- Давай, - охотно кивнули мы.
- Орёл, - выкрикнул Амид
- Решка, - крикнул я и подбросил монету в воздух.


* * *[b]
Орёл


В нашем дворе жили близнецы. Они не были братьями, они жили в разных семьях, но при этом были похожи как две капли воды. Само-собой это не укрылось от глаз их родителей. И отцы даже подрались, но как-то вяло.
- Твой сын похож на моего, - говорил один.
- Вот именно, - отвечал ему другой.
И они начинали лупить друг друга. Но их драке не хватало ярости. Даже синяков после не было.
А потом они пили водку. Вдвоём. Сидели на кухне, курили и пили водку.

- Знаешь, я ведь действительно ходил к твоей жене, - признался один, - извини меня.
- Глупо это, - ухмыльнувшись, пожал плечами второй, - я ведь тоже ходил к твоей.
- Тогда чьи же это дети?
- Не знаю.

А через год обе семьи переехали, одна в другой район, другая в другой город.

* * *

Странно - тогда подумал я, при чём тут орёл? Скорее уж два орла. А дальше не успел развить мысль, потому что я уже рассказывал решку...

* * *

Решка

Мой сын лежал в больнице. Когда я узнал об этом, я кинулся домой. Начальник... да какой он начальник? Так, надзиратель недоделанный, не хотел меня отпускать. Я ему уже не объяснял, а орал, что моего сына покусала собака. А ему всё равно.
В итоге, он потребовал у меня бумажку - выходной за свой счёт. Не важно, что до конца рабочего дня осталось меньше половины, я согласился. Быстро всё написал, поставил дату, подпись и бросился в больницу, даже не удосужившись сменить спецовку.
В больницу меня не пустили:
- Ваша одежда слишком грязная... Нет, халат не поможет. Не пустим.
Я кинулся домой переодеваться.
Когда я вернулся, врачи уже закончили. Это страшно, когда вашему ребёнку делают операцию без анестезии. Детям его возраста она противопоказана.
- Ну, - успокаивал меня хирург, похлопывая по плечу, - это не совсем операция. Мы просто промыли и зашили рану. Всё в порядке...

А сын потом долго ещё боялся выйти на улицу.
А я? Я нашёл и собаку и её хозяина. Собака - доберман. Хозяин - скотина.

- Жив сын? - нагло спрашивал он и сам же отвечал, - жив, значит всё в порядке.
Это "всё в порядке", меня жутко бесило. Вспоминались те же дурацкие утешительные слова хирурга.
- А травма? - настаивал я.
- Слышь, - набычился хозяин похлеще быка перед красной тряпкой, и впрямь ведь скотина, - не нравится собачка, вот ей и скажи.
Я посмотрел на собачку. Такая себя в обиду не даст.
Я развернулся и пошёл прочь. Нет, не просто так. Я вернусь...
И через пятнадцать минут я вернулся... с топором.

Хозяин собаки истошно орал, как последняя баба. Собака же огрызалась и дорого и долго продавала свою шкуру. Но продала. Мне пришлось заплатить прокушенной рукой, я потом ещё долго разжимал её челюсти, когда сама она уже застыла восковым трупом.

А через две недели... Я возвращался домой с работы. Было поздно, я отрабатывал свой больничный, который мне засчитали как прогул, не смотря на все справки. Сил бороться с начальством, в наглую порвавшую справки из больницы, не было. Легче было отработать несколько лишних часов.
Ночь, пьяная компания веселится у иномарки, из открытых дверей которой басами глушит какая-то музыка. Не музыка - музон. Дрань, одним словом. И тут из толпы слышится протяжный пьяный голос:
- Эй, пацаны, это же та гнида, что моего Севу топором забил...
И пацаны, проявив не свойственную пьяным проворность тут же окружили меня.
- Ну что, - осклабился хозяин мёртвого добермана, - без топора ты уже не крутой, да?
- Твоя собака покусала моего сына, - тихо произнёс я.
Как же глупо прозвучало это слово "покусала". Такое ощущение, что не собака, а комарик покусал моего сына, а я за это живого человека убил. Нелепость. Мне так показалось? А им?
Ответа я не дождался. Вместо него мне в лицо уже летел чей-то кулак. Потом били ногами. Всей толпой. Кто-то побежал за монтировкой. Откуда монтировка в дорогих машинах? Там скорее уж бита должна лежать, а не монтировка...

Это и были мои последние мысли. Бита... монтировка... А сын с матерью остались одни.

* * *

Монета звонко ударившись об растрескавшийся асфальт, покатилась, резво убегая от нас. А я стоял в оцепенении. Я видел наши рассказы. Видел наши истории. Норд был прав.
А потом я посмотрел на Амида. Он стоял широко раскрыв глаза. В них стоял ужас. Удивление. Потрясение. Всё разом. Вдруг, Амид встрепенулся. Глянул на меня. Схватил меня за плечи...
- Это не правильно, - выпалил он, - так не должно быть!
Затем он оттолкнул меня и убежал.

А монета встала на ребро. Она докатилась до пригорка, немного забралась на него, а потом покатилась обратно. Она остановилась у моих ног, стоя на ребре...

#51 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

ух)) чем дальше тем интереснее))) :thumbsup:

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#52 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 762 сообщений
  •    

Отправлено

И запутаннее) То есть я не представляю, что же дальше будет.

#53 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

3
Прочь

Асфальт дороги покрыт морщинами трещин. Старый асфальт старой дороги. В трещинах пробиваются зелёные травинки. Они приминаются сами собой. Немного левее, немного правее. Это я иду. И мои невидимые ноги приминают их.

Когда Ясав закончил, я уже был невидимым. Мне не хотелось с ним говорить. Отвечать на его вопросы. К тому же, что я мог ему сказать?
- Норд, - спрашивал он, - что тебя так испугало? Почему ты вмешался? Это не похоже на тебя.
Остальные смотрели на него, говорящего в никуда. Говорящего с воздухом. А он знал, я тут. Я наблюдаю. Конечно, он смотрел совсем не в мою сторону, но тем не менее...
- Ты был напуган, - продолжал Ясав, - так же как и Амид. Но я не испугался, мне это не понятно. Объясни!
А я не мог. Откуда я знал. Я и сам не понимаю, почему я так поступил. Ясав прав, это не похоже на меня. Если я за кем-то наблюдаю, то я не вмешиваюсь. А тогда... Тогда я был шокирован. Я поймал в воздухе их монетку. Но чем я был шокирован - я не помню, хоть убей. Затащи меня на крышу и запри там на ночь - не вспомню.
Я ушёл от них, а за моей спиной всё ещё слышались вопросы Ясава. Остальные не вмешивались. Они тоже не понимали.

Я иду и мои ноги сами несут меня, приминая травинки, растущие в трещинах асфальта. Несут меня выбирая путь на своё усмотрение. И их выбор привёл меня к дому Амида. Интересно, он здесь?
Я вошёл в подъезд и принялся подниматься по лестнице. Забавно, в подъезде, полном пыли, меня можно заметить. Когда луч солнца бьёт из бойницы окна, он легко различим. Он освещает пыль в воздухе. А там, где я - пыли нет. Я провожу рукой и пыль вихрями расходится в разные стороны. И моя невидимая рука выглядит лучом чистоты внутри пыльного луча света.
Вот и этаж Амида. Его дверь. Я толкнул её, она не поддалась. Жаль я не Налсур, я бы прошёл сквозь неё. Впрочем... Я дёрнул ручку и дверь сама открылась. Мои губы сами собой поползли в глупой улыбке - не надо быть Налсуром, достаточно быть не дураком.
Амида я не нашёл. Впрочем, я и не сильно надеялся на это.
Прихожая, с распахнутым шкафом, в котором висят изъеденные молью куртки. На полу в беспорядке валяются башмаки совершенно разнообразных размеров. Пойди найди среди них пару - игра, головоломка. Я прошёл дальше, на кухню. Стол на трёх ножках, держащийся только за счёт того, что он облокотился о стену. Две табуретки. Протёртый линолеум.
И тут я услышал шаги, эхом разносящиеся с лестничной клетки. Я притаился.
В квартиру вошли те, от кого я совсем недавно ушёл. Ясав, Нави, Налсур и Лирик. Они обошли все комнаты и собрались здесь, на кухне.
- Его здесь нет, - сказал Ясав, - я же вам говорил.
- Тогда где он? - спросил Лирик.
- Не знаю, - отвёл взгляд Ясав.
- Будем ждать его здесь, - твёрдо сказал Нави.

К вечеру, когда все уже устали ждать, утомились бездельем, когда до одури надоело бесцельно бродить по пустым комнатам, Нави вдруг спросил:
- Ясав, а что за истории вы рассказывали, когда за вами наблюдал Норд?
- А он вам не рассказал?
- Нет, он только говорил, что видел, всё что вы рассказывали.
- Ну, - начал Ясав, - я рассказал о человеке, который изменял своей жене, при этом любил её и, одновременно с тем, так же искренне любил и других.
- А Амид? - спросил Нави.
- А Амид, о человеке, который избивал своего сына, свою жену и при этом был ничтожеством, на столько, что его гнали от себя даже алкаши со двора.

У меня потемнело в глазах. Ноги мои подкосились и я спотыкаясь попятился назад. А сзади было открытое окно. Большое окно кухни.

Сквозь марево, застилающее взгляд, я почувствовал, как чья-то рука схватила меня и не даёт мне опрокинутся через подоконник. Рука тянет меня обратно, на кухню.

- Норд! - кричат мне, - Норд!
И марево, тень на глазах отступает. Но я всё равно не вижу ничего вокруг, вместо этого я вижу лишь удары наносящиеся плачущей женщине.
Я вырываюсь из рук, которых не вижу и бегу прочь. Постепенно, сквозь странное видение, проступает лестница, по которой мои ноги несут меня вниз. Вниз, вон из подъезда.

* * *

Полностью я пришёл в себя, находясь уже далеко от дома Амида. Я всё ещё был невидим. Или уже был невидим. Не знаю.
Что это было? Я попытался вспомнить...
- Человек бьёт свою жену и своего сына... - произнёс я.
Ничего. Пустые слова. Попробую другое:
- Человек изменяет своей жене, но любит её, и вместе с тем любит и других...
Тоже ничего. Странно это. А может не в словах дело?
Нет! Не хочу об этом думать, не хочу об этом знать. По-крайней мере не так.
Уйти. Уйти прочь, и не вспоминать об этом. Сейчас всё хорошо и все в порядке. А Амид с Ясовом пусть сами разбираются!

Прочь... Прочь из этого района!

#54 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Крайне интересно, как к ним прорываются воспоминания)) они же где то жили, были и вот....

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#55 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 762 сообщений
  •    

Отправлено

А по-моему, это не их воспоминания. Они слишком молоды для этого, имхо. Скорее, это события, произошедшие в этом городе, когда он еще был населен людьми.

#56 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

4
Пигмалион

Тише, тише. Иначе нас заметят. Тенью бесцветной ползи по земле. Прозрачнее ветра, тише луча. Пыль, паутина. Я вижу тебя... Гордая Ашад.
Ты старше любого из нас. Наверное мудрее. Но я столько глупости наблюдал за тобой, когда ты думала, что тебя никто не видит. Вот и сейчас...
- Потерпите, - шепчешь ты, - миленькие мои.
А сама орудуешь лопатой... Врезается ржавое остриё в мокрую после дождя землю. В последнее время часто идут дожди.

Когда-то давно, я слышал историю о царе Пигмалионе. Странно, что только я слышал о нём. Быть может это я сам придумал его? Не знаю. Но другие только смеются над его именем. Свинка, свинка... дураки.
А Ашад отбрасывает лопату и руками роет грязь. Вот она - свинка-свинка. Только не ради грязи копается она, а ради того, что скрыто в ней.
Грязными руками, Ашад достаёт из земли маленькое розовое тельце. И тельце кашляет, отплёвывает глину изо рта.
- Прости меня, - прижимая куклу к груди, произносит Ашад, - я думала ты никогда не вернёшься.
- Не плач, - пищит кукла, обнимая её своими маленькими ручками, - главное мы снова вместе.
Трогательно. Если не считать того, что кукла косится на меня. Она меня видит, но никогда не скажет обо мне своей хозяйке - Ашад. Правда, если я видимым пройду мимо, она на меня зашипит. Страшно зашипит.
Ашад несёт свою куклу к ближайшей луже, отмыть от грязи. А за ней идут ещё четыре маленьких фигурки. Три из них голые. Та что в одежде - Яся. Я запомнил её, потому что она была той самой куклой, которая последней осталась в те дни перед возвращением Авалса.
- Аша, - пищит кукла в руках Ашад, - нас так мало. А где остальные?
- Мы скоро пойдём и за ними, - ласково улыбается Ашад и окунает её в грязную лужу. Впрочем, лужа чище чем кукла.

Я наблюдал за ними несколько дней. Ашад раскопала ещё несколько кукол. В двух могилах было пусто. Быть может Ашад ошиблась? Но она копала там, где были воткнуты деревянные палочки, на которых развевались яркие ленточки. Она не могла ошибиться. Может куклы сами выбрались? Но тогда в земле должны были остаться дыры, а их не было.
Ашад долго сидела на корточках возле тех могил, в которых никого не нашла. А куклы дёргали её за рукава и жалобно пищали.

А на следующее утро Ашад нашла ответ на загадку пустых могил. Более того, ответа была два и их звали Авалс и Скам.
Они вышли из-за угла и не сразу заметили Ашад. Меня они само собой заметить не могли. В руках они несли палку с яркой ленточкой.
Ашад и не подумала прятаться, она быстрым шагом направилась к ним.
- Зачем вы вырвали палку? - грозно спросила она.
- А? - удивился Авалс. Он никак не ожидал, такой наглости.
- А тебе какое дело? - вмешался Скам.
- Где вы взяли эту палку? - жёстким, как железный прут голосом спросила Ашад.
- Где взяли, там, уже нету, - ухмыльнулся Авалс. А сам поигрывал палкой, крутил его в руках. Дразнился. Понял, что это важно для Ашад, а раз так, то это значит можно развлечься.
- Скам, - обратилась Ашад к младшему из братьев, - где вы взяли эту палку?
- В земле, - осклабился тот, - но ты не бойся, мы сейчас снова воткнём её обратно. Вот так.
И Скам взял палку из рук Авалса и воткнул её в землю перед собой. Авалс дико заржал. Но через мгновение он осёкся. Из-за спины Ашад вышли её куклы. Семь пластмассовых фигурок, с искажёнными ненавистью лицами.
- Хе-хе, - хихикнул Авалс, но его смешок прозвучал как-то нервно, - ты собираешься натравить на меня своих пупсов?
- Нет, - сказала Ашад, - они сами.
И куклы кинулись на Авалса. Огромный круглый, он не мог за ними даже уследить, не то что поймать. Одни вцепились ему в волосы, другие забрались под одежду, кто-то зубами (откуда зубы у пластмассовой куклы?) вцепился ему в палец руки.
А Скам с ужасом и оцепенением наблюдал за этим. Но тут он опомнился и начал сбивать кукол со своего брата. И зря, те принялись и за него.
Два огромных, круглых здоровяка, танцуют безумный танец. А на них с презрением и ненавистью смотрит Ашад. И я, невидимый, наблюдаю за всеми ними.
- Отзови их, - кричит Авалс, - я расскажу!
- И о всех других местах? - спросила Ашад.
- Да, да, да!
Тут же куклы сам, без какого-либо приказа со стороны Ашад, оставили братьев. Они быстро спрыгнули с них и бросились за спину своей хозяйки.
Авалсу и Сками это было уже не видно, а я видел, что для кукол бой не прошёл без потерь. У одной куклы была сплюснута голова. У другой не хватало руки. Кто-то лишился глаза и моргал пустой глазницей. Но братья этого не видели и не знали.

В течении дня они смогли найти только две могилы. Ту могилу, палку с которой они совсем недавно держали в руках, и предыдущую до неё. Третью они найти не смогли.
День подходил к концу, солнце уже коснулось своим диском крыш домов. Ашад вынуждена была прекратить поиски. А Авалс и Скам были только рады избавиться от повелительницы злобных кукол.
Они сильны, но что бык может сделать против роя озверевших ос?

#57 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

5
Лил

Выгибает спину, тянется длинной чёрной полосой. За ней сложно уследить. Один раз моргнёшь и она уже совершенно не там, где только что была. Кажется она только и ждёт, что бы ты моргнул, что бы молнией метнуться на добрые десятки метров в сторону. А пока ты смотришь на неё пристально, не мигая, она плавно перетекает, дразня своей гибкостью изяществом и обманчивой медлительностью.
Её чёрное лоснящееся тело, бесконечно длинное и уходящее далеко за горизонт, отбрасывает блики от заходящего солнца. Длинная лента обвивает твою ногу и тянется выше. Ты не чувствуешь её. Ни прикосновения, ни холода, ни тепла. Тень? Нет, от тени становится чуть прохладнее, а тут ничего. Лишь чёрная лента на белой ноге. Белой? Да, чистой белой ноге. Хотя нет, вон там жёлтое пятнышко, а там отколот кусочек. Отколот? Каменная нога.
А лента уже обвивает торс и тянется к рукам. Твоих ног уже не видно. Ни кусочка белизны. А она уже аккуратно обвивает каждый палец на твоей левой руке. И когда она закрывает собой ноготь на последнем из них, она возвращается обратно, что бы перекинуться на правую руку. И движения её идеальны и плавны. Она никогда не пересекает саму себя, она движется непрерывной лентой лишь по белым участкам твоей каменной кожи.
Тело ленты, чья мордочка не шире мизинца, постепенно становится шире, если проследить взглядом вдоль неё. Сейчас у твоей ноги её ширина в целую ладонь.
А мордочка ленты уже лижет подбородок, успев обернуться удавкой вокруг шеи. Пробегает лицо наискосок, но вдруг поворачивает и, прочертив переносицу, поворачивает обратно.
И вот уже нетронутыми остаётся только белая полоса глаз, переходящая полумесяцем к подбородку. Лента резко закрывает тебе чёрной повязкой глаза, а затем стремительно падает к губам, что бы проникнуть внутрь.



* * *

Я резко просыпаюсь. Нет, вылетаю из сна! Сердце колотится как сумасшедшее. Приснится же такое.
Подхожу к окну и смотрю на улицу. Там, посреди широкой улицы, клумб с репейником и одуванчиками, на мраморном кубе стоит бронзовый памятник. Чёрный, блестящий в лучах невидимого из моего окна солнца. Странно, я уверен, вчера он был каменным. И тут я замечаю, Авалса и Скама, проходящих мимо памятника.
Я тут же бегу вниз, сбрасывая свою непрозрачность. Нельзя упустить их из виду.

Когда я выбежал из подъезда и собрался было обогнуть дом, я чуть не врезался в них. Авалс и Скам заходили во двор дома, в котором я ночевал. Я бросился в сторону и постарался унять своё непослушное громкое дыхание.
А братья в это время прошли до третьего подъезда сошли с асфальтовой дороги.
- Здесь, - твёрдо сказал Скам.
- Да, - кивнул Авалс.
- И что мы будем делать?
- Ну, откапывать её мы точно не будем, - усмехнулся Авалс.
- Тогда что ты предлагаешь? - Скам посмотрел на брата.
- Костёр, - ответил тот.

Кто закопан на этом месте, не сложно догадаться - одна из кукол Ашад. Я должен предупредить её.
Я уже бежал, когда последняя мысль прозвучала у меня в голове. Ноги решили раньше меня.
Я оббежал все дворы, все улицы вокруг. Когда я нашёл Ашад, солнце уже поднялось достаточно высоко и цветы раскрыли свои лепестки, радуясь новому утру.
- Ашад! - крикнул я, но после долгого бега дыхание спёрло, и я закашлялся.
Она посмотрела в мою сторону, но куда-то мимо меня. А я всё ещё пытался отдышаться. Её куклы, выглядывая из-за её ног, корчили мне рожи. А когда Ашад посмотрела на них, они моментально прекратили это. Даже раньше, за миг до того, как Ашад начала поворачивать голову в их сторону. Они даже стали смотреть каждый в свою сторону. В разные стороны, в другие, только не в мою.
Ну конечно! Какой же я дурак, я же невидим!
Вернув себе свою непрозрачность, я вновь окликнул Ашад, хотя это уже было не нужно. Она заметила меня.
- Не смешно, - бросила она и повернулась, явно намереваясь уйти.
- Подожди, - выкрикнул я. Меня всё ещё терзала тяжёлая отдышка.
- Чего тебе? - надменно спросила она. Она всё ещё стояла ко мне спиной, лишь чуть-чуть повернув голову.
- Авалс и Скам хотят сжечь ту куклу, которую вы вчера не нашли! - выпалил я, на одном дыхании.

Когда мы добежали до того двора, огонь уже полыхал, жадно облизывая доски с ржавыми гвоздями.

- Вы! - в ярости выкрикнула Ашад. Больше она ничего им не сказала. Она бросилась к костру и стала раскидывать горящие доски голыми руками. А Авалс и Скам пятились от неё.
Заметив меня, Скам ткнул локтем своего брата. Тот остановился, посмотрел в м сторону, затем осмотрелся вокруг и придержал рукой Скама. И вот они уже направляются к Ашад. Но тут во двор вбежали куклы. Они отстали от нас, и только сейчас смогли догнать.
При виде кукол Авалс и Скам, кинулись прочь со двора. Но куклы не пытались гнаться за ними. Они только обступили меня и смотрели, как их хозяйка топчет остатки костра.
- Мы тебе это ещё припомним, Норд, - крикнул один из братьев. Кто именно я, не понял.

* * *

Кукла, как ни странно, не пострадала. Видимо костёр горел не долго. Зато пострадали руки Ашад. Её ладони были покрыты жуткими волдырями ожогов. Но Ашад не обращала на них никакого внимания. Она прижимала к себе куклу.
- Всё хорошо, Лил, - шептала Ашад.
А я наблюдал за ней. И даже её куклы не корчили мне рожи и не шипели на меня, хотя их хозяйка сейчас не смотрела в нашу сторону. Куклы, как и я наблюдали за Ашад обнимающую Лил.

Мы вышли на улицу, где на мраморном кубе стоял бронзовый памятник. Сейчас, когда солнце поднялось достаточно высоко, к нему тянулась длинная тонкая тень. Она дотягивалась до его ног и исчезала, сливаясь с его бронзовой темнотой. Тень от шпиля здания. Правда шпиль был сломан и тени от него не могло быть. Вот он полукруг крыши, как тени, так и здания. А вот тень шпиля, а самого его нет.
Что-то напомнила мне эта тень и этот памятник, но я никак не мог вспомнить. Но тут, меня из моих мыслей вывела Ашад:
- Спасибо тебе, - сказала она, глядя на меня, - я у тебя в долгу.
- Ты можешь отдать долг прямо сейчас, - немного подумав, сказал я.
Ашад непонимающе посмотрела на меня. Но потом кивнула.
- Ты же недавно была в гостях у Лирика, - утвердительно спросил я, - а я там не был уже очень давно... Расскажи, что там сейчас твориться?

#58 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

6
Чудовище

Ашад долго смотрела на меня. Вглядывалась в глаза, стараясь что-то прочесть в них.
- Как давно ты не был там? - спросила наконец она.
- Я ушёл на второй день после возвращения Авалса, - ответил я.
- Значит ты не в курсе об Амиде? - почти спросила, а скорее даже ответила за меня Ашад.
- А что с ним?
- Главное, что тебе нужно знать, - положив руку мне на плечо сказала она, - если увидишь его - беги. Беги быстрее, чем ты бегал когда-либо от Ашима. И не пытайся стать невидимым.

* * *

Уже несколько дней никто не видел Амида. Ясав каждое утро приходил к его дому и сидел там до вечера. Почему-то он не решался подняться наверх, а только ждал его у подъезда. Через неделю Ясав всё-таки решился и вошёл в подъезд.
Дверь Амида была не заперта. И его тут точно давно не было. Без хозяина всё в его доме стало быстро ветшать. Из крана уже не лилась вода, даже ржавая. Обивка дивана и бельё на кровати истлели. Дерево крошилось от одного прикосновения. Его дом стал таким же призраком, как и все остальные. Амид бросил его.
И тогда Ясав попросил Гело помочь найти Амида. Зря...

Спустя два дня, Гело с высоты своего полёта увидел Амида, он начал спускаться и тут... Амид заметил его и одного его взгляда было достаточно, что бы крылья Гело превратились в руки, а его хвост в обычные ноги. Гело ещё повезло, что Амид заметил его, когда тот был уже не слишком высоко. Но его падение было всё же не самым удачным. Он сломал себе запястье. И ещё три дня его раны не исчезали. Они затягивались, покрывались твёрдой корочкой, но не исчезали. Даже взгляд Анирам не мог ему помочь. А на третье утро после встречи с Амидом, переломы и раны Гело исчезли, как будто их и не было.
Но это ещё не всё. Когда Гело упал, Амид довёл его до его дома и сам нашёл Ясава. Он оставил Ясава следить за Гело и ушёл. Но более того, Ясав остался без своего второго лица на те же три дня, что и раны Гело.
А потом, спустя пару дней, после выздоровления Гело и возвращения лица Ясава, Амид встретил Анирам. Она лишь две недели назад сумела восстановить своё прекрасное платье из бабочек. А под взглядом Амида, её платье превратилось в засохшие зловонные испражнения.

Амид стал чудовищем. Ему достаточно взглянуть в твою сторону, что бы у тебя на три дня исчезла твоя особенность.
Единственный, кого он не лишил его особенности был Ашим. Сам Амид спокойно с ним общается, ходит рядом с ним, разговаривает. А мы всё так же боимся его. Но с другой стороны, если мы чувствуем ужас Ашима, значит рядом и Амид, это помогает нам избегать его.

И ещё...
Там где ходит Амид, появляются тени. Днём. Не те тени, что уничтожили Авалса, а совсем другие. Тени несуществующих людей и вещей. Смотришь на развалившиеся, погнутые качели, а тень от них такая, как будто они целые и невредимые...

* * *

- Тень? - перебил я Ашад.
- Да, - сказала она.
- Такая же тень, как от того шпиля? - и я показал на длинную тень тянущуюся к ногам бронзового памятника.
Глаза Ашад расширились и она, резко обернувшись, проследила за моей рукой.
- Бежим! - выдавила она из себя, и одновременно с этим схватила мою руку, и помчалась со всех ног, сильно и больно дёрнув её. А её куклы бежали за нами, безнадёжно отставая.

Вот только бежали мы совсем не в ту сторону, к нам навстречу из-за угла дома вышел Амид. Ашад попыталась остановиться, но споткнулась и упала, потянув и меня за собой. А когда Амид взглянул на нас... Позади нас попадали куклы Ашад.

- Привет, - сказал Амид.

- Прочь, - закричала Ашад. Сквозь слёзы, лёжа на асфальте. С ненавистью снизу вверх глядя на Амида.
- Я, - начал было Амид, но Ашад вновь, срывая голос закричала:
- Прочь! Не подходи к нам! Убирайся прочь!
И Амид развернулся и ушёл.

Ашад ещё какое-то время лежала на асфальте и плакала. А я в это время собирал её неживые куклы, в беспорядке валяющиеся на дороге.

#59 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Ух. Интересно, почему так с ним)) зато можно про Ашима узнаем чего то)))

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#60 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 762 сообщений
  •    

Отправлено

Этот рассказ уже в хоррор превращается, вроде.

#61 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

7
Грязь

С полудня начался дождь. Ливень. Буквально за несколько минут вся земля вдруг превратилась в липкую грязь, утяжеляющую ноги с каждым шагом. Я с Ашад пробираюсь через самую топь, а за нами, упрямо топча ногами вязкую землю, гонятся Авалс и Скам.

* * *

После ухода Амида, Ашад долго не могла успокоиться. А я решил вернуться. Вернуться туда, где боялся появиться уже много дней. Я молча собрал её куклы и положил рядом с ней, а сам направился туда, где когда-то жил Амид. Но пройдя до середины двора, меня вдруг окликнула Ашад:
- Подожди, я с тобой.
Я вернулся, взял в охапку половину её кукол (вторую половину, взяла Ашад), и мы отправились в путь. Куда мы идём - Ашад не спрашивала, она и без моих слов всё знала.
Мимо нас проплывали дома, вместо окон которых на нас глядела пустота. Ржавые остовы редких машин на обочине. Потрескавшийся асфальт. Рассыпавшиеся в труху скамейки у подъездов. И в окне одного из домов занавески. Они развивались на ветру, выпустив свои крылья на улицу. Ни в одном окне дома нет целого стекла, да что там целого, даже осколка не видно. А тут, занавески...
- Норд! - окликнула меня Ашад.
Но слишком поздно окликнула. Я засмотрелся на окно и не заметил, как перед нами появились Авалс и Скам. И я только что врезался в Авалса.
- Это что за детский сад на колёсах? - подняв брови наигранно удивился Авалс. Он смотрел на меня сверху вниз.
- Почему на колёсах, - усмехнулся Скам, - на ногах.
И оба заржали. А я медленно пятясь отступал от них, всё так же держа в руках куклы.
- Не нарывайтесь, - тихо, но достаточно чётко сказала Ашад.
- А не то что? - ехидно спросил старший из братьев.
- Вспомни вчерашний день, Авалс, - всё так же тихо и так же чётко, но при этом смотря куда-то в сторону, ответила Ашад, - или напомнить?
При этих словах, оба брата вновь заржали. Они долго смеялись.
- Напомни, напомни, дорогуша, - выдавил наконец из себя Авалс, всё ещё смеясь и утирая слёзы, - а то память моя, что-то короткая.
Ашад посмотрела на него взглядом полным ненависти, презрения... и, кажется, страха.
- А заодно напомни мне, - продолжил Авалс, резко став серьёзным и опасным, - когда в последний раз ты носила своих кукол на руках. Когда КТО-ТО ДРУГОЙ носил твоих кукол на руках.
И оба брата двинулись на нас. Бежать? Как тут убежишь, когда в кольце рук огромная орава мёртвых кукол. Бросить их? Я не мог... нет, я даже не подумал об этом. Само-собой мы с Ашад попытались убежать, но они догнали нас на столько быстро, что назвать это погоней было бы кощунством. Нет, они не стали избивать нас... пока. Они выбили из наших рук кукол и долго топтали их, а потом рвали руками. А я и Ашад просто лежали на земле, сбитые с ног когда-то давно, и наблюдали за тем, как убивают неживых кукол.
И вдруг что-то обожгло мне руку. Совсем чуть-чуть, точкой на коже. Затем ещё раз, затем на другой руке. Потом чаще. Это начинался дождь, чьё обжигающее касание на самом деле было прохладой. Это и привело нас в чувство, от завораживающего страшного зрелища.
- Бежим, - прошептала Ашад, положив горячую ладонь мне на плечо.
Я глянул на неё, и без кивка или слова согласился. Мы тихо, незаметно встали и побежали прочь от беснующихся братьев.
- Ей, - вдруг из-за спины послышался голос Скама, - они удирают!
- Ааааа, - заревел Авалс. И судя по его приближающемуся рёву, он уже бросился в погоню.
И мы с Ашад бежали от них не жалея сил. Завтра для нас не наступит. И после завтра. Мы будем все эти дни такими же, какими останемся после Авала и Скама. И лишь на третий день мы станем такими как прежде... разве что Ашад будет без своих кукол.

8
Очаг

- Оно где-то здесь, - упрямо повторял я, оглядывая окна вокруг.
- Скоро уже стемнеет, завтра найдём. На ночь останемся в первом попавшимся.
Ашад права. Нам нужно торопиться.
После Авалса и Скама, мы долго лежали на грязной земле не в силах подняться. Впрочем мы так же лежали и при них. Когда они догнали нас, они тут же повалили нас на землю, в грязь, и стали избивать ногами. Я не заметил когда они ушли, всё моё тело до сих пор ноет и болит так, как-будто меня всё ещё бьют. И каждый шаг отдаётся эхом ударов и пинков. Но я терплю и не говорю об этом, как и Ашад.
Сколько прошло времени после ухода Авалса и Скама, я не знаю - всё небо до сих пор затянуто тучами и непонятно, то ли это темень дождя, то ли вечер. Мы не рискуем, мы ищем ночлег. Я рассказал Ашад об окне с занавесками, из-за которого я не заметил братьев и врезался в них, уперевшись лицом в круглый живот Авалса. Но сейчас, под этим ливнем я никак не мог найти того окна с занавесками.
Вон там Авалс и Скам рвали кукол на части, мы с Ашад проходим мимо стараясь не смотреть туда. Значит окно в этом дворе, ведь мы не сделали и нескольких шагов, когда братья догнали нас. А ведь именно до этого я видел то окно. Но сейчас его нет, только одни стройные ряды чёрных квадратов.
- Мы заночуем здесь, - сказала Ашад и потянула меня за руку в один из подъездов.
Она не ошиблась, на третьем этаже мы нашли более-менее пригодную для ночлега комнату. Время лишь частично тронуло её. Окна, само-собой, не уцелели, но здесь достаточно ещё не превратившейся в труху мебели, подходящей для дров. И здесь не течёт с потолка, и ветви дерева по ту сторону окна хоть как-то защищают от дождя и ветра.
Мы собрали дрова и сложили их двумя отдельными кучами. Маленькой, на бетонном полу для костра и большой для запаса, что бы подкидывать время от времени ночью.
- Поджигай, - одними губами произнесла Ашад.
Я достал спички. У каждого из нас есть свой коробок. У моих спичек зелёные головки. Я всегда завидовал Амиду - его спички с красными головками. Ни у кого таких нет.
Но уже доставая их из кармана мокрых брюк, я понял - что-то не так. Когда я вытянул из кармана руку, в моей ладони был сморщенный размокший коробок. Спички, которые никогда не мокли, которые никогда не кончались, сейчас были лишь сморщенным куском мокрого картона.
Я попытался раскрыть коробок и он просто порвался под моими пальцами. А внутри него оказались лишь щепки палочек, без зелёных шариков на конце. Они все размокли и стёрлись.
- Давай лучше ты, - пряча коробок в кулаке и пытаясь не показывать своё беспокойство обратился я к Ашад, - мои немного отсырели.
Ашад сунула было руку в карман платья, справа не бедре, но... карман висел лоскутом ткани. Что бы в нём ни лежало, его уже нет.
- Может в другом? - с надеждой спросил я.
Ашад лишь медленно помотала головой. А через мгновение, стала проверять все свои карманы. Не нашла.

- Что мы будем делать? - спросила она.
- Не знаю, - ответил я.

А за окном уже кончался дождь, но темнота оставалась и даже напротив становилась отчётливей и ярче.

* * *

- Как ты думаешь, - спросила меня Ашад, - к тем кто потерял свою особенность они тоже приходят?
Мы прижались друг к другу, что бы хоть как-то согреться. Из окна жутко дуло, холодная мокрая одежда прилипла к телу и пила наше тепло. И лишь наша обоюдная мелкая постоянная дрожь согревала нас.
- Не знаю, - ответил я, - надеюсь, что нет.
Ашад спрашивала о Тенях. Она не сказала это прямо, но о ком она говорила было понятно и без этого. О тех же Тенях, что пришли к Авалсу и Сками, запертых на крыше.
Нет, сам я этого не видел, но достаточно наслушался рассказов. И тут меня осенило:
- Подожди, - вскочил я, - Скам выжил без всякого огня!
- Точно, - Ашад смотрела на меня широко расширив глаза, - он спрятался от них за куском рубероида.
- Всё что нам надо, это найти что-то за чем мы сможем спрятаться!

Но поди найди хоть что-то в этом обветшалом доме, в котором лишь немного полусгнивших досок и сплошной бетон. А за окном уже видно лишь силуэты домов на фоне тёмно-синего неба.
Мы обошли все квартиры в этом подъезде и ни в одной из них не нашли ничего подходящего. Хотя бы линолеум с пола - и того не было. Под ногами лишь белая пыль бетона. Бетон, бетон, бетон и ничего кроме бетона.
Мы вернулись в ту комнату, в квартире на третьем этаже.
- Смотри, - удивлённо и восторженно прошептала Ашад, схватив меня за предплечье.
Больно, там у меня синяк. Но я забыл об этом, когда увидел окно с плотными занавесками. Именно в нашей комнате оно и находилось. Но я готов поклясться всем чем угодно, что когда мы сюда пришли в первый раз - их не было.
Сдёрнув занавески мы с головой закутались в них, создав нечто вроде палатки. Мы не видели друг друга в темноте плотной ткани, только чувствовали тепло друг друга и ещё дыхание. Душное дыхание пахнущее жаром и терпким живым запахом.
Мы прижимались друг к другу, хотя дрожь давно уже прошла и под плотной тканью было тепло и даже немного жарко. Наши ноги сплелись, живот прижат к животу. Жар к жару. И её лицо напротив моего. Пусть я не вижу её лица, но я чувствую её жаркое дыхание. И она прижалась своей щекой к моей щеке...

- Локот-ша, - вдруг прошептал ветер.
Ветер? Если бы.
- Вду сва сониб, - более угрожающе прошептал он, - босво свап.
- Вабва селим думм веммуле саним хомма, - добавил он другим более грубым шёпотом.

И мы уже не чувствовали тепла. Нас била дрожь приносящая холод.




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 скрытых