Перейти к содержимому

Купить Dark Souls 3 в Gameray всего за 1699 рублей

Фотография
- - - - -

Амбразура Амброзии


  • Авторизуйтесь для ответа в теме

#61 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

Часть I

Амид



1

Ясав



Шаги. Я могу поспорить с кем угодно и на что угодно, что это Его шаги. И я буду прав, даже если это не он. Но это всё равно он. Его рука опустилась мне на плечо, а голос прозвучал тихим эхом:

- Счастья тебе, Амид!

Амид - это я. Тот Амид, кто ответил Ясаву-двуликому, чьи шаги я узнаю даже не споря ни с кем:

- И вам счастья, Ясав.

- Было бы счастье, - вздохнул один Ясав, а второй подхватил: одна тоска.
У Ясава два лица, и ему очень сложно не говорить обоими ртами одновременно. Обычно они говорят в унисон, и звучит это странным эхом. Вы скажете - эхо запаздывает, а говорить в унисон - значить говорит одновременно, без задержек? И я соглашусь. И Ясав согласится, а его второе лицо (или всё-таки первое?) подтвердит. В один голос оба лица это скажут и подтвердят, и эхом подхватят.

- Опять грустишь? - спрашиваю я.

- Угу, - сказал он и одновременно: грущу.

- К нам, кстати, - вдруг вспомнил я, - снова Анирам пришла.

- К дождю, - вздыхают Ясав.

- И к радуге, - улыбаюсь я. Грустно улыбаюсь. Вроде и смешно, а в то же время...

Анирам воплощение красоты и всего прекрасного. Кожа её всегда источает нежный цветочный запах. Питается она радугой. И в пору бы смеяться, но как-то всё уже высмеяли - в туалет она ходит бабочками.

- Давай не будем о ней? - одним голосом в два рта, без единой примеси эха, вдруг предлагают Ясав.

- Чей сегодня черёд выбирать, - согласившись, меняю я тему разговора.

- Кажется твой.

- В шашки?

- Да, - говорит Ясав, спустя несколько долгих мгновений обдумывая моё предложение.

- Чур, я белыми!





* * *



Звон! Мерзкий надоедливый звон будильника кричит тебе - восстань! И ты восстаёшь, почти. Первой восстаёт твоя рука. Восстаёт против злого будильника и его командного тона в лице его противного звона. Рука бьёт наотмашь по макушке злого командира и тот умирает, напоследок издав свой последний предсмертный дзынь. Честь герою и медаль посмертно. До следующей ночи, где ему возрождённому держать следующее дежурство до самого утра, предвещающего неминуемую гибель от моей карающей длани.

Ещё полежать минут пять? Нет! Ты знаешь - уснёшь и проспишь всё на свете. Откидываешь одеяло, что бы мороз не дал тебе уснуть. Надо прийти в себя. Откуда? Ты где-то был, что бы приходить обратно? Дурная странная мысль.

Скидываешь ноги с кровати и нашариваешь ими тапки, которые вечно куда-то прячутся, как тараканы. Включишь свет и они бежат со всех своих многих ног в любые щели. Вот и сейчас тапки-тараканы убежали под кровать!

Ты встаёшь, и рукой шаришь в пыли, нащупывая подлое насекомое. Ругаешься невесть на кого и клянёшься забить эту нору для тапок доской! Вечная клятва каждого утра. Клятва, которую ты забудешь буквально через несколько минут.

Шаркая тапками, покорно принявших в себя твои босые ноги, ты направляешься в ванную. Чистишь зубы, моешь лицо. Смотришь в зеркало, не забыв скорчить противную рожу под стать своей причёске.

Завтрак. Яичница и хлеб с сыром. Кто сказал, что хлеб с сыром не бутерброд? Чай из позавчерашней заварки и свежего кипятка.



Час утра уплывает незаметно. Опять опаздываешь? В спешке натягиваешь джинсы, рубашку, ищешь носки, которые ведут себя хуже тапок-тараканов, прячутся в такие места, о которых знают только дети, когда играют в прятки. Ботинки, шнурки, куртка, дверь. Лифт. Дорога. Работа.



* * *



- Какой банальный ход, - смеются Ясав.

Смеются и двигают свою шашку.



* * *



- Я люблю тебя!

- Ну и дура! - резко отвечаешь ты. А она в слёзы.

- Я не могу без тебя!

- Можешь! - режешь ты.

- Прости меня, - плачет она.

- Дура! - вскипаешь ты, - это ты должна требовать от меня прощения, хотя всё равно ты его не дождёшься!

- Не оставляй меня, пожалуйста...

- И не собираюсь. Я буду здесь до тех пор, пока я этого хочу.



* * *



- Ты сдвинул свою шашку вперёд и убрал обратно, - говорю я, - это два хода.

- Но и нас двое, - ухмыляются Ясав.

- Значит, я буду играть за двоих, - отвечаю я, - я буду делать по два хода, как и ты.



И я делаю свой ход.



* * *



Сегодня на обед подавали щи, картошку и рыбу. Ту рыбу, которую не распознает ни один рыбак. Просто рыба, без названия и какого-то особенного присущего только ей вкуса. Ту картошку, которая является гарниром. Её просто можно назвать "гарнир" и это опишет её гораздо лучше, чем слово "картошка". Те щи, которые безмерны, как океан - не имеют в себе ни островка капусты, не говоря уже о таких редких материках, как мясо.

У нас всё это называется просто - щи, картошка, рыба. И компот. С выжившими из ума ворчливыми старыми ветеранами - сухофруктами. Все в орденах, как на параде. А если не с орденами, то с лычками. Жуют сморщенными губами слова, обычно бранные. Лишь иногда, в минуты воспоминаний - добрые.

А вы сидите за одним столиком. Ты и он, напротив друг друга. И рады бы были сесть подальше, да мест в столовой больше нет. Вот и приходится обедать вместе.

И слова, призванные сгладить обстановку, сами прыгают на язык, как брызги из газировки, прыгают что бы в итоге сделать только хуже:

- Давно не виделись, - уж лучше бы молчал.

- Давно, - бурчишь ты в ответ.

- Сегодня на удивление безвкусный обед, - ты бы ещё о погоде заговорил!

- Вот с этим я согласен, - уже не бурча отвечаешь ты. Неужели интерес к разговору?

- Вот взять хотя бы эту картошку, - на радостях тема сама бежит впереди языка, - она как...

- Не надо! - резко перебиваешь ты, - Я голоден, и мне ещё надо всё это съесть!

Неловкое молчание. Уж лучше бы и впрямь о погоде.

- Соль не передашь? - ведь не нужна тебе соль! Щи и так полны соли, как тот самый океан - бескрайний и безбрежный.

Ты молча передаёшь соль. Не глядя. Не отрываясь от тарелки.

Так проходит обед. В неловком молчании.

И кусок в горло не лезет, а всё равно пихаешь его сквозь силу.

А когда тарелки опустели вы встаёте. Одновременно? Всё ещё одновременно, как когда-то? И уносите поднос с грязной посудой. А после, выйдя из столовой, расходитесь в разные стороны.



* * *



- Я только одной фишкой сходил, - протестуют Ясав, - а ты двумя!

- Правила никто не объявлял, - хитро подмигиваю я... почему-то мне показалось, что я это сделал как-то не в кассу. Не место тут подмигиванию.

- Ну, - хором затянули Ясав, - раз так, тогда это дамка!

И, перевернув шашку вверх дном, он двигает её сразу не несколько клеток вперёд.



* * *



Ты бежишь по дороге. Впереди цель и она Горизонт. По бокам пробегают деревья, они спешат туда, откуда ты пришёл. Куда? Ты знаешь, а им это ещё предстоит узнать - это их участь. Твоя участь - то, откуда пришли они. Твоё прошлое - их будущее, а их будущее - твоё прошлое.

Твой попутчик - время, давно уже свернул на другую развилку и ты движешься один. Туда, где горизонт. Где небо встречается с землёй, а дома подпирают собой тяжёлые тучи.



* * *



- Ну, - начинаю я, - раз так...

И вдруг останавливаюсь. Жуткий ужас пронизывает меня. Я смотрю в глаза Ясаву и вижу в них отражение своего страха. Поставь два зеркала друг напротив друга - и в них увидишь бесконечность. Так и мы видим бесконечность кошмара.

Вскочив на ноги, опрокинув клетчатую доску и рассыпав по траве шашки, мы сломя голову бежим куда глаза глядят - лишь бы подальше. Хотя нет, глаза глядят в землю, впрочем, именно туда и хочется провалиться.

В груди от живота поднимается мерзкий холодок. Противня мокрица ищет выход, заполняя собой всю грудь, в которой бешено колотится сердце, будто узник в темнице - выпустите меня! Дайте и мне убежать! Страшно. И имя этому страху - Ашим.





2



Ашим



Когда приходит Ашим - все убегают. Любого, к кому он приблизится ближе, чем на дальность его подслеповатого взгляда, охватывает непреодолимый ужас. А уж если Ашим посмотрит на тебя, ты провалишься в глубокий обморок. Или, как у нас шутят: об-мрак.

К тем, кто впал в об-мрак, Ашим подходит и играет ими, как тряпичными куклами. Иногда как с солдатиками, иногда как с пупсами. А потом ему надоедает и он уходит прочь. И лишь к утру третьего дня ты просыпаешься. Приходишь в себя. Возвращаешься из об-мрака.

Жуткий вой Ашима огласил окрестности и этот вой вселил в нас не только страх, но и панику. Ясав кинулся куда-то в сторону, а я, рванув через ограду помчался к пустырю. Пустырь, надо сказать, давно уже не пустовал и был завален всяким строительным хламом. В этой свалке, я заметил огромную бетонную трубу. Из таких труб делают колодцы. Эта труба, видимо, предназначалась для очень большого колодца - я мог стоять в ней в полной рост. Вот только стоять я не мог, ноги меня не держали, и я скатился по бетонным стенкам.



И вновь раздался вой Ашима. Совсем близко. Во мне вдруг проснулось неудержимое любопытство, которое в какой-то момент пересилило страх и заставило меня выглянуть наружу.

По пустырю бежал Ясав, а за ним издавая ужасный вой шёл Ашим. Нет, мне повезло, меня Ашим не увидел - он был ещё слишком далеко. А вот Ясаву не повезло. Точнее не повезло наполовину. Ашим, видимо, увидел одно из его лиц и Ясав наполовину впал в об-мрак. Из своего бетонного укрытия, я наблюдал за тем, как Ясав, хромая и постоянно падая, убегал от Ашима. Второе лицо Ясава безвольно трепыхалось, как тряпка на ветру. Руки висели плетьми, а ноги волочились по земле. Такое ощущение, что один человек несёт на себе другого. Вот только не было двоих - был только один Ясав.

Зато Ашим... я впервые смог рассмотреть Ашима. Он был достаточно далеко и его подслеповатый ужас до меня не дотягивался, зато я его хорошо разглядел. Ашим был маленьким мальчиком в очках с очень толстыми стёклами. Стёклами, которые пересекали разломы трещин. Ашим шёл и плакал навзрыд. Плакал задыхаясь. Именно его плачь, рёв и был тем самым воем. Руки его тянулись к Ясаву, который всё ещё пытался убежать от него.

Ясав оказался намного выше Ашима и, даже ковыляя и спотыкаясь, умудрялся держать дистанцию. Но долго так продолжаться не могло - ужас сильно изматывает нас, тем более от Ясава сейчас осталась лишь половина. К его счастью и моему ужасу, Ясав ковылял в моём направлении. Я знал, что мне нужно сделать, но я знал, насколько сложно это будет... я ждал.

По мере приближения Ясава и Ашима, в меня волнами вливался ужас. Сердце колотилось как псих - разрывая в клочья смирительную рубашку и в кровь разбивая лицо о мягкие стены палаты для буйных. Я вцепился руками в бетон трубы. Содрал ногти, пытаясь не отпустить щербатую поверхность, потому что если я отпущу - я кинусь бежать сломя голову и теряя рассудок.

Когда Ясав проходил совсем рядом, я, разодрав пальцы в кровь, одними руками, потому что ноги наотрез отказывались слушаться меня, кинул своё тело наружу и, схватив Ясава за шиворот, дал волю своему ужасу - кинулся в спасительную трубу.

Я тащил Ясава волоком по ставшей вдруг неимоверно длинной трубе. Сбоку внезапно обнаружилось тёмное ответвление, и я потащил свою, даже не пытающуюся сопротивляться или помочь, ношу туда. В темноте я ещё долго бежал и, находя повороты, несколько раз сворачивал. Я бежал и тащил за собой Ясава, пока не выбился из сил. А когда сил не осталось, я упал.



* * *



Сухой песок сыпется меж пальцев. Из такого песка не получится ни куличика, ни пирамиды. В таком песке не сделать туннелей. Но если глубоко капнуть, то можно найти сырой песок. И я начинаю капать. Сыпучий сухой песок всё время пытается засыпать мой котлован и мне приходится отбрасывать его подальше. Вскоре я добираюсь до заветной сырости. Теперь можно лепить куличики, строить пирамиды и рыть туннели...



* * *



Туннель. Уходит далеко вдаль и где-то там далеко виднеется свет.

- Проснулся? - спрашивает Ясав, и, не дожидаясь ответа, - ну тогда счастья тебе, Амид.

- И тебе счастья, Ясав, - отвечаю я.

Постепенно я осознаю где нахожусь и что со мной... с нами, происходило. Вместе с памятью приходит и боль в пальцах. На некоторых не хватает ногтей.

- Ты мне всю спину изодрал, когда волочил по этой трубе, - жалуются Ясав, - больно.

- Я... - уж не знаю, хотел ли я извиниться или обидеться, только Ясав перебил меня:

- Спасибо.

- Да чего уж там, - замялся я.



- Странно это, - спустя какое-то время начал Ясав, - говорить одному.

И вправду, всё это время Ясав говорил только одним лицом, второе всё ещё было в об-мраке. Всё также сквозь одно лицо Ясава просвечивало его второе, только одно было без сознания и даже как-то оплыло, а второе задумчиво смотрело в пол.

- Подожди, - хмурю я брови, - если одна твоя половина ещё в отключке... сколько прошло времени?

- Немного. Минут пять или десять.

- Значит, Ашим нас не поймал?

- Нет, - со смешком в голосе отвечает Ясав, - ты сам отрубился.

- Да, - усмехаюсь я в ответ, - давно мне так бегать не приходилось.

- Тем более меня ещё тащил, - хихикает Ясав.

- Обратно ты уж сам, - прыснул я.

И мы с Ясавом разразились хохотом. Долго смеялись и никак не могли остановиться. Животы аж начали болеть. А потом вдруг резко одновременно замолчали. Нет, нас не обуял ужас или что-то ещё. Просто высмеялись и всё.



- Ты знаешь, - сказал я, - я видел Ашима. Я его разглядел.

- И как он выглядит? - в глазах Ясава зажёгся интерес.

- Ростом он примерно с два этажа, у него из живота растут щупальца, а на голове у него паучьи жвала. А ещё у него четыре глаза.

- Жуть! Хорошо, что он нас не поймал.

- Это да, - киваю я, - нам повезло.



- Амид, - спустя несколько минут, вдруг серьёзно произнёс Ясав.

- Да?

- Давай выбираться отсюда, а то скоро стемнеет.

- Давай, - согласился я.

- Ну так помоги мне! - обиженно воскликнул Ясав, - я же только наполовину в сознании.

- Ты в этом состоянии достаточно хорошо удирал от Ашима.

- Ну, тогда мне страх помогал, а теперь мне не помешает твоя помощь.

- Уговорил, - сказал я и подал Ясаву руку, - но в следующей игре ты мне дашь фору.

- Договорились, вымогатель! - смеётся он. Хорошая шутка.



И мы направились к выходу.



3



Анирам



Мы добрались до выхода из туннеля, однако выйти не смогли - на улице вовсю лил дождь. И, хотя он был грибным, суше от этого он не становился. Мы прождали около четверти часа, пока он не прошёл, и лишь затем вышли наружу.

- Смотри, - указывая вверх, воскликнул Ясав, - радуга!

Я посмотрел в указанном направлении, там в небе, огромной дугой, прямо как на глупых рисунках, раскинулась яркая пёстрая радуга. Вы скажете, не бывает таких? Да, не бывает. Такая радуга долго не живёт - она слишком заметна издалека. Вот и сейчас, она вдруг стала трястись и очень быстро сокращаться подобно огромной макаронине, которую кто-то жадно всасывает ртом.

- А вот и Анирам, - произнёс я.

- Пойдём, найдём её? - предложил Ясав.

- Ты предлагаешь мне таскать тебя по всему городу? Или твоё второе лицо уже проснулось?

- Блин, я и забыл, - глупо улыбаясь, смутился Ясав, - жаль, я давно её уже не видел.

- Если хочешь, я могу сбегать и привести её сюда, - предложил я.

- Твоя отзывчивость когда-нибудь погубить тебя, а пока она может погубить меня. Ты что хочешь оставить меня одного?



- Счастья вам, мальчики!



Голубые глаза на улыбающемся лице. Светлые волосы развиваются, как-будто она плавает в воде, а не стоит перед нами. А её платье... куча бабочек окутывает её тело, своими крыльями образуя яркое платье. И это платье будто развивается не ветру, хотя ветра нет. Это бабочки машут крыльями.

- И тебе счастья, Анирам, - хором говорим мы с Ясавом.

Уж не стал ли я ему вторым лицом, вдруг проскользнула глупая мысль. Проскользнула и убежала, устыдившись своей глупости.

- Ой, - смеясь, восклицает Анирам, - я счастлива! Вы даже не представляете, какая это редкость найти такую, - при этом слове она закатывает глаза, - радугу!

Не говорит - поёт.

- Приятного... - начал было Ясав, но я тут же наступил ему на ногу, - в смысле, ты к нам надолго?

- Наверное только на пару деньков, - вздыхает Анирам, - а то потом мне не угнаться за этим дождиком.

И на её лице почти проступила грусть. Почти. Наверное нам с Ясавом это только показалось.



Всё это время я поддерживал Ясава и, видимо, только сейчас Анирам обратила на это внимание, потому что с весёлой улыбкой на лице и беззаботностью в голосе спросила:

- А с вами что приключилось?

Нет, она на самом деле переживает, но она не умеет иначе. Беззаботная Анирам.

- Да так, - ухмыльнулся Ясав, - с Ашимом поиграли в догонялки.

- Как видишь, - это уже я, - счёт 2-1 в нашу пользу.

- Не совсем, - скривился Ясав, - после той бетонной трубы у меня вся спина горит.

- Да и мои руки тоже пострадали, - вспомнил я, - пусть тогда будет 2-2.



Анирам подплыла к нам поближе, и до нас донёсся её восхитительный запах. Не запах духов, от которых только нос чешется, а запах настоящих цветов.

- Можно я посмотрю? - на распев произносит Анирам.

И под её взглядом, содранная спина Ясава, и мои ободранные руки моментально зажили. Как-будто и не было ничего. Так под светом фонарика исчезает темнота.

- Обманываете меня? - смеётся она.

- Ничуть, - отрицательно мотает головой Ясав.

- Просто шутим, - улыбаюсь я, а сам подмигиваю Ясаву.

- Смешные вы, - пропела Анирам, - жаль мне пора - скоро стемнеет. Счастья вам, мальчики.

- Счастья и тебе, - в один голос с Ясавом произнесли мы.

И вновь мысль про меня - второе лицо Ясава махнула хвостиком.

А Анирам, помахав нам ручкой поплыла к себе. И как только она отвернулась, наши раны вернулись обратно. Ясав зашипел от боли, а я прикусил от неожиданности губу. Боль вернулась резко.

- Может, стоило напроситься к ней в гости? - пытаясь разглядеть собственную спину спросил Ясав.

- Ага, а как только она будет отводить взгляд заново терпеть боль?

- Твоя правда.

- Моя, - киваю я.

- Пожалуй и нам пора, - глядя наверх говорит Ясав, - вон и небо уже краснеет.



Проводив Ясава, я направился к себе. Краснота неба уже перешла в сумерки и до темноты оставалось совсем не много. Я ускорил шаг. Но мысли мои были совсем не о темноте. Я думал об Ашиме и Анирам.

Девочка ангел, питающаяся радугой и маленький мальчик в разбитых очках, наводящий непреодолимый ужас на всех кто оказывается рядом с ним. Да, я, кажется, забыл сказать - они брат и сестра.



Добравшись до своего укромного уголка, я устроился удобней под одеялом, но ещё долго не мог уснуть. По ту сторону окна, в котором осталось только одно из двух стекол, то что снаружи было разбито ещё до того, как я сюда пришёл, раскинулся город. Чёрные силуэты домов на быстро темнеющем небе.

Сквозь сумрак показалась первая звёздочка. Загадать желание? Если видишь на небе первую звезду - можно загадать желание, оно обязательно сбудется. Не успел - вторая звезда зажглась совсем рядом с первой. Да и что мне загадывать? Руки самостоятельно заживут до завтра. Пробудить второе лицо Ясава, что бы ему не ждать ещё трёх дней? Не буду - так даже забавнее.

Надо было пожелать новую радугу для Анирам, что бы она побыла с нами подольше! Жаль я не подумал об этом до того, как появилась вторая звёздочка.



Под эти мысли я медленно погружался в сон...



* * *



- Как ваш секундант, - начал высокий человек в неуместно высоком цилиндре, - перед тем как начать бой, я бы предложил вам решить конфликт иными способами.

- Не может быть и речи, - с порога отрезаю я подобное предложение.

- Ни в коем случае, - гордо подняв подбородок вторит мне мой оппонент, - это дело чести.

- В таком случае, - продолжает наш секундант, - выбирайте оружие.

- Шпага, - заявляю я.

- Револьвер, - в то же время кричит мой противник.

- Выбор сделан, господа...



Разве по правилам мы не должны биться одним и тем же видом оружия? Хотя всё верно, правила никто не объявлял. Дурак - кляну я себя! Надо было выбирать револьвер. Хотя... у него будет один выстрел, а у меня будет столько ударов, сколько я смогу нанести. Впрочем, если он попадёт с первого раза... Однако, по правилам боя на шпагах я имею право уворачиваться. Это будет интересная дуэль.



А вокруг осень. Опавшие листья шуршат под ногами, которые отмеряют заветные двадцать шагов. Только что мы стояли спиной к спине и теперь расходимся в разные стороны, что бы затем, по команде нашего секунданта начать бой.

Шаги отсчитаны и мы разворачиваемся друг к другу. Я бы сказал лицом к лицу, если бы расстояние между нами не было таким большим. Впрочем, я могу так сказать, ведь для наших взглядов расстояние ничего не значит. Мы стоим лицом к лицу, смотрим друг другу в глаза и ждём команды.

- К бою, господа! - кричит долговязый.



И я тут же ныряю в сторону. А мой противник не спеша поднимает револьвер и направляет его в мою сторону. Я бегу со всех ног, выгибая свой путь широкой дугой. А его рука преследует меня. Я даже вижу себя его глазами. Как он смотрит вдоль дула пистолета и ведёт руку, медленно провожая мой бег.



Выстрел!

Мимо!

Вот теперь ты мой - ликую я. И вдруг меня разворачивает и кидает в сторону. Лишь затем я слышу невозможное - второй выстрел! Я перекатываюсь и прячусь за укрытие ствола ближайшего дерева.

- Осталось четыре, а ты уже ранен, - кричит мой противник.

Дурак! - вновь кляну я себя. У него шестизарядный револьвер, такой, как на диком западе. Дерево, за которым я прячусь, вдруг оказывается кактусом, а осенние листья - песком.

Перемены затронули и меня с моим оппонентом. Его голову теперь покрывает ковбойская шляпа. Моя валяется где-то в стороне. Одежда - джинсы, кожа, всё как полагается.

А наш секундант остался прежним. Тот же строгий костюм и несуразно высокий цилиндр.



- Ты там живой? - кричит мой соперник.

- Живой, живой, - кричу я ему в ответ.

И тут же выстрел разбрызгивает мякоть кактуса. Нет, сегодня я определённо дурак из дураков. Эта перемена сбила и его с толку и он лишь пытался найти меня на новой местности, а я своим криком только помог ему. Дурак.



Осматриваю себя - пуля попала в левую руку. Затягиваю руку шейным платком, что бы остановить кровь. Теперь надо осмотреться и решить, как действовать дальше.

Здесь достаточно пологая местность, особо не спрячешься. Хотя, кажется чуть дальше виднеется овраг. Как же я сразу его не заметил? Впрочем, с этими переменами это не мудрено. Но до оврага мне так просто не добраться.

Я немного высовываю гарду шпаги из-за кактуса и в её отражении пытаюсь определить, где находится стрелок. Изгиб гарды жутко искажает отражение, но, кажется, мой противник совсем не далеко и судя по его виду, он ещё не уверен что я нахожусь именно здесь. Проползти к оврагу прячась по ту сторону кактуса? Глупая мысль. Вряд ли он будет стоять на месте. А попробую-ка я эффект неожиданности!

Встаю на ноги, стараясь не высовываться из-за кактуса, затем срезаю один из его отростков, насаживаю его на кончик шпаги, размахиваюсь и швыряю его вверх и за спину. Описав высокую дугу, зелёный отросток летит через мой кактус. Я же, низко присев к земле кидаюсь в сторону врага.

Мой расчёт оказался верен - противник отвлёкся на брошенный кусок кактуса и поднял голову. Когда он меня заметил было слишком поздно, моя шпага пронзила его...



- Туше!





* * *



Дурацкий сон.


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 88

#62 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

ух бррр) что же дальше будет!

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#63 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 786 сообщений
  •    

Отправлено

Меня удивляет - почему того случая на крыше, Авалу и Скаму не хватило, чтобы поумнеть?

#64 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

Поумнеть - в смысле на нападать на других?

#65 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 786 сообщений
  •    

Отправлено

Ну да, а то они какими были, такими и остались, хотя то, что их наказали за их издевательства, должно было бы вбить в их головы, что хоть они и сильнее всех остальных, но тем не менее, такое их поведение чревато последствиями.

#66 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

Скажи это зэкам.
К тому же, разве они не должны чувствовать себя неуязвимыми? Ведь их же вернули назад и вряд ли осмелятся убрать их снова.

#67 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Алекс, свойства каждого, особенности, вернулись. Необязательно Авалс и Скам от них откажутся. Посмотри на гопоту. Когда на него навалятся обстоятельства, он будет закрываться, орать, или какое-то время вести себя тихо, но как только появится возможность, вернется к своему обезьяньему образу жизни. Ведь это их сила, то, что по их мнения в жизни главное и чего они больше всего хотели)))

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#68 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 786 сообщений
  •    

Отправлено

Скажи это зэкам.
К тому же, разве они не должны чувствовать себя неуязвимыми? Ведь их же вернули назад и вряд ли осмелятся убрать их снова.

*пошел общаться с зэками*
"Убрать" не осмелятся, но могут устроить им что-нибудь такое, что эти ребята горько пожалеют. Один раз наказали, могут и еще чего загнуть.

Алекс, свойства каждого, особенности, вернулись. Необязательно Авалс и Скам от них откажутся. Посмотри на гопоту. Когда на него навалятся обстоятельства, он будет закрываться, орать, или какое-то время вести себя тихо, но как только появится возможность, вернется к своему обезьяньему образу жизни. Ведь это их сила, то, что по их мнения в жизни главное и чего они больше всего хотели)))

Конечно, но ведь один раз на них нашли управу, мало ли что... Для меня само собой разумеющееся то, что если их тогда оставили на крыше на ночь, то шутки с героями рассказа плохи, и какими бы моральными уродами Авалс и Скам не были, они не посмели бы так рисковать.

Вот поставьте себя не место Авалса и Скама. Они всегда творили, что хотели, издевались над остальными, заставляли страдать. Но потом их жертвы, не желая терпеть подобных выходок, спровоцировали их залезть на крышу, и это закончилось страшной смертью одного, и травмированной психикой другого. После того, как всё пришлось вернуть на круги своя, неужели бы вы продолжили бесчинствовать, как ни в чем не бывало? Вы ведь понимали бы, что убивать вас обоих не станут, но ваши жертвы всегда могут придумать что-то еще.

Впрочем, это всего лишь субъективное мнение. Ладно, посмотрим, что там дальше будет.

#69 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

9
Путь

Их шёпот длился всю ночь. И мы боялись пошевелиться. Казалось, сделаешь даже одно маленькое еле-заметное движение и всё, конец. Мы старались даже не дышать. И вот, спустя бесконечно-долгое ожидание в неподвижности, шёпот умолк. А мы лежали и боялись пошевелиться. В кромешной тьме, в духоте, а нас охватил озноб страха. И уже когда мы совсем было успокоились и уже вот-вот пошевелились, шёпот возник вновь:
- Босво сваап, - над самым ухом прошелестел он, - вми шему басад...
И так продолжалось бесконечно долго.
А сейчас?... уже бесконечно долго шёпот молчит. Ждёт нашего наивного движения? Или там, за толстой тканью занавесок давно уже утро, а то и день?
- Ашад? - выдохнул я без голоса и шёпота.
- Норд, - выдохнула она в ответ.
- Давай спать, - предложил я всё так же беззвучно.
- Давай, - согласилась она.

* * *

Когда я проснулся, наше укрытие - занавеска была раскрыта. Ашад уже не спала, она смотрела в окно, за которым уже во всю светило яркое солнце.
- С добрым днём, - не оборачиваясь сказала Ашад.
- Как ты узнала, что я проснулся? - спросил я.
- Ты перестал глубоко дышать, - коротко ответила она.
- Ты давно не спишь?
- Давно.
- А когда ты вышла наружу?
- Недавно.
- И даже меня не разбудила? - в моём голосе не было обиды или огорчения, скорее удивление.
- Я решила, что если они там, то ты хотя бы уйдёшь во сне, не зная об этом.
А я промолчал в ответ. Что я мог ей сказать? Сказать - зря, - будет слишком самонадеянно, похвалить - будет глупостью; сказать, что я поступил бы так же - будет ложью. И я просто промолчал.
- Нам пора, - сказала Ашад, - сейчас давно уже за полдень, а нам идти и идти.
Мы свернули занавески в два куля, один из которых понёс я, второй Ашад. Когда мы вышли из подъезда, прямо напротив нас оказалась вытоптанная поляна, где вчера Авалс и Скам рвали кукол на части. Ашад сразу отвела взгляд в сторону, а я смотрел. И я видел куски рваной пластмассы в грязи. Клочья волос. Розовая рука торчащая из грязи, лишённая нескольких пальцев.
Я прижал Ашад к себе и повёл её в сторону от поля казни. И тут под моими ногами что-то хрустнуло. Когда я поднял ногу, я обнаружил глаза на асфальте. Маленькие расколотые голубые глаза. Ашад оттолкнула меня и быстрым шагом направилась прочь. Я догнал её, и схватив за руку остановил её.
- Подожди... - начал было я, но что говорить дальше не знал. Слова пропали, мысли метались от одного глупого утешения к другому и отбрасывая их в стороны искали другие.
- Я не плачу, - не оборачиваясь, вдруг сказала Ашад.
Я молча стоял и держал её за локоть.
- Но если вдруг, - её голос звучал тихо, но твёрдо, - то что случилось тогда - повторится, я не стану их возвращать, чем бы это ни грозило.

* * *

Наш путь лежал почти через половину города. Пустые дома, пустые магазины. И страх увидеть тени несуществующих вещей...

11
Возвращение

Первым нас увидел Гело. Он шёл по улице пешком.
- Счастья вам, - поприветствовал он нас и тут же осёкся, когда разглядел нас.
Ашад исхудала за эти два дня, щёки её ввалились, кожа плотно облегала скелет, опухшие красные глаза резко выделялись на бледном лице. Судя по отражению в луже, которое я разглядывал этим утром, несколько часов назад, я выглядел не лучше.
- Амид? - коротко спросил Гело.
Мы с Ашад молча кивнули.
- Как давно это было?
- Два дня назад, - ответил я.
- Скоро пройдёт.
- Амид не самое худшее, - сказала Ашад, - его можно простить. Но Авалса и Скама - никогда!
- О них уже не стоит беспокоиться, - грустно сказал Гело.
- Что ты имеешь в виду? - спросил я.
- Вчера, недалеко отсюда, они встретились с Амидом, - делая долгие паузы между словами ответил Гело и замолчал.
- И? - не выдержав долгой паузы, поторопил его я.
- Авалс тут же растворился в воздухе, а Скам стал таким же, каким был до костра.
- Он здесь? - без тени эмоций спросила Ашад.
- Да, - ответил Гело.
- Я хочу его видеть.
- Ты уверена?
- Я должна его видеть, - с нажимом повторила Ашад.
- Что ж, - вздохнул Гело, - пошли, он у Лирика.

* * *

Проходя по родным, знакомым дворам, почему-то не замечаешь их, не видишь. Ноги сами ведут тебя, а перед глазами проплывают совсем другие картины...

Обрывок пропавшей 10й главы...

- Уже темнеет, нам надо искать укрытие, - сказала Ашад, глядя на небо, которое и впрямь угасало прямо на глазах.
- Нам снова придётся кутаться в эти занавески, - отстранённо пробормотал Норд.
- Это уже не занавески, - тихо сказала Ашад, - это уже постель. Наша постель и наша крепость.


Сквозь марево других картин проступили голоса:
- Почему ты не летаешь? Ты тоже попался Амиду?
- Нет, я просо боюсь попасться ему в полёте. Поэтому и не летаю. Уж лучше встретить его стоя на земле, чем падая с неба.

Отрывок 10й главы

- Живот болит! - скорчившись в углу простонала Ашад.
С утра на них обрушился страшный голод. Норд нашёл яблоню растущую в соседнем дворе. Сбить зелёные яблоки палкой не удалось, и тогда он полез по искривлённым ветвям вверх.
Тонкая ветка под ним начала трещать, когда он уже почти дотянулся до заветного зелёного плода.
- Слезай обратно, - крикнула ему Ашад, - обойдёмся без...
Договорить она не успела, ветка не выдержала веса Норда и обломилась. Норд упал на жёсткую землю сильно ударившись спиной. Удар был настолько сильным, что у него перехватило дыхание. Он никак не мог вздохнуть и безуспешно открывая рот всё силился сделать вдох.
А рядом стояла Ашад не зная что делать и у её ног лежал задыхающийся Норд.
Когда Норд всё-таки смог заставить себя дышать и наконец пришёл в себя, он наперекор Ашад и всему на свете, упрямо полез на дерево. И на этот раз он достал эти мелкие зелёные яблочки.
А ближе к вечеру у обоих сильно заболел живот.


Обратно меня вернул стук. Это Гело стучал в дверь Лирика. Мы пришли...

#70 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

12
Допельгангер

Скам сидел в углу одной из комнат. Сидел прямо на полу, прижав ноги к груди и обхватив их руками. Молча, отстранив нас в сторону, к нему подошла Ашад. Она долго смотрела на него. Её правая рука еле заметно подёргивалась, пальцы сжимались и разжимались. И вдруг она подняла руку и прижала её к груди другой, левой рукой. Так баюкают куклу или больную руку.
Ашад развернулась и, не говоря ни слова, ушла на кухню.
- Что это с ней? - спросил Лирик.
- Два дня назад он, - я кивнул в сторону Скама, - и Авалс уничтожили всех её кукол.
Я произнёс это тихо, надеясь, что с кухни мой голос не слышен.
- Понятно, - вздохнул Лирик. А Гело тихо вышел из комнаты.

Отголосок 10й главы

Мучаясь острой болью в животе, они лежали с головы до ног укутанные в плотную ткань. И по ту сторону ткани были слышны шаги. Шёпота не было, только шаги. Скрип не существующих дверей и чавкающий звук липкого линолеума, когда по нему ходят в старых тапках. Что-то навалилось сверху, подёргало ткань и ушло.


- А что это за мешки? - внезапно спросил меня Лирик. Или не внезапно, может он говорил уже давно, а я только сейчас услышал.
- Это постель, - коротко ответил я. Сейчас оба наших куля лежали в коридоре.
- Постель? - не понял Лирик.
- Два дня назад я и Анирам встретили Амида. И всё это время мы шли сюда. Спички отсырели и мы прятались от ночи закутавшись в эти занавески. Помогало.
- Два дня? - как-то странно, удивлённо, спросил Лирик.
- Два дня, - подтвердил я.
- Но ты был тут вчера, - удивляясь своим же словам произнёс Лирик, - именно ты рассказал мне об Авалсе и Скаме, встретивших Амида. И именно ты привёл сюда Скама.
В глазах у Лирика боролись между собой три армии - Удивление, Страх и Недоверие.
- Я не мог, - наконец сказал я, - мы с Ашад только недавно пришли сюда и первым, кого увидели, был Гело.
- Но это точно был ты. Ты привёл Скама ко мне таким, какой он сейчас. Сказал, что видел как всё происходило своими собственными глазами. А когда Амид ушёл, ты смог подойти к плачущему Скаму. А потом, после того, как ты всё мне рассказал, ты ушёл, становясь невидимым.
- Бред, - не весело усмехнулся я, - даже если бы это был я, я не могу становиться невидимым уже два дня. Не веришь? Спроси у Ашад.
- Верю, - ответил Лирик, - хотя и не хочу, но верю.
- Кстати, Ашад, - сказал я и поспешил на кухню.

Ашад сидела на табуретке и смотрела в окно. Гело стоял за её спиной и так же смотрел на небо сквозь пыльное стекло окна.
- Ты как? - спросил я.
- Не знаю, - не оборачиваясь ответила Ашад, и помолчав немного продолжила, - я хотела ударить его, дать ему хотя бы пощёчину, и в то же время не хотела.
А после долгой паузы, она как-то невпопад добавила:
- Завтра попробую снова.
После этих слов она поднялась с табурета и вышла из кухни. Гело пошёл вслед за ней.
- Она решила переночевать у меня, - почему-то извиняющимся тоном сказал он мне, когда проходил мимо.

Вспышка 10й главы

В ту ночь мы уснули быстро. И мне снился сон...
Белый памятник стоит по середине площади. И тень его крадётся со устрашающей скоростью. Не крадётся, а бежит. Хотя солнце стоит на месте и все остальные тени стоят на месте, где им и положено. И тогда я глянул вниз, я увидел свои ноги, и у меня не было тени.
И тут я почувствовал, что сзади меня кто-то стоит. Я обернулся, это была Ашад. У неё тоже не было тени. Она смотрела мимо меня, куда-то за мою спину. Вот она, её тень, от ресниц на её щёки падает тень, от чёлки на лоб падает тень. Но почему нет тени за ней?
Ашад подняла руку и указала за мою спину, туда, куда всё это время смотрела. И я обернулся. С другой стороны площади выходил Амид. И его тень растянулась далеко вперёди него. Он сделал шаг и тень послушно продвинулась ближе к нам. Он сделал ещё шаг... А тень памятника крутилась вокруг него как стрелка на часах.
Амид шёл, делая отрывистые шаги, приближаясь к нам всё ближе и ближе. И ни я, ни Ашад, хотя я не мог её видеть, не могли сдвинуться с места. Мы заворожено наблюдали, как Амид приближается к нам.
И тут его тень дотянулась до постамента белого памятника. Она отрывисто в такт шагам Амида поползла вверх. И когда она дотянулась до белых ног памятника, его тень резко прекратила свой бег. Она затрепыхалась, покрылась рябью и исчезла. А сам памятник, как в давешнем сне окутала чернота и он стал бронзовым. И когда последний белый лоскут исчез, под ним стала проявляться обычная тень. Такая же как и у всего остального города.
А мы с Ашад стояли и смотрели на всё это. И у нас всё ещё не было тени под ногами.
Амид какое-то время стоял не двигаясь и смотрел на бронзовый памятник. А затем развернулся и ушёл, оставив нас с Ашад одних.


Мне кажется, или в том сне рядом с уходящим Амидом шла вторая тень? Моя тень... Наверное кажется. Я не стал рассказывать об этом Лирику.

#71 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Наконец то продолжение))) что-то этот Амид стал совсем странный.

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#72 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 786 сообщений
  •    

Отправлено

:read: :goodi:

#73 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

13
Прости

Я остался у Лирика. В коридоре всё так же лежали два тюка - наша с Ашад постель. Она ушла с Гело и не взяла свою половину. Впрочем, это и не удивительно...

Эхо 10й главы

Когда Норд проснулся, Ашад ещё спала. Она лежала рядом, дыхание её было глубоким и равномерным. Норд не стал её будить и просто лежал, стараясь лишний раз не двигаться. Но через некоторое время у него вдруг опять сильно заболел живот.
Аккуратно распутывая лабиринт складок, он начал пробираться наружу. И когда последняя складка плотной ткани открыла ему то, что находилось по ту сторону, вся боль в его животе мгновенно сменилась холодом. По ту сторону была Ночь.
Норд тут же захлопнул страшное окно, несущее свежий прохладный воздух и морозный ужас. Сердце его колотилось как бешенное, а лёгкие вкусившие аромат свежего воздуха, отказывались дышать духотой их с Ашад укрытия. Норд начал задыхаться. Он не видел ничего в этой кромешной тьме, но он чувствовал, как в его глазах темнеет. Ему требовался воздух, не этот душный, а тот, что снаружи. И когда больше терпеть уже не было сил, он, как можно ниже к полу и как можно незаметнее, открыл маленькое окошко в своей крепости, через которое тут же внутрь просочился морозный свежий воздух.
В глазах прояснилось, сердце успокоилось и Норд постепенно вновь погрузился в сон.
Утром, его разбудила Ашад.
- Ты всегда так ворочаешься во сне, или ты специально? - серьёзно, с осуждением в голосе, спросила она.
- Ты о чём? - ещё не проснувшись не понял Норд.
- Мы были наполовину раскутаны и эта половина была твоей. Как нас не схватили Тени, я не знаю.
- Прости, - только и смог выдавить из себя Норд.
- Прости? - переспросила Ашад, - Прости? Это всё что ты можешь сказать?
- Я виноват, - Норд судорожно пытался найти хоть какие-то правильные слова, - если хочешь я найду тебе других кукол...
Ярость Ашад вдруг стихла и застыла белым памятником на площади.
- Дурак, - глухо произнесла она, спустя долгую паузу.
- Я сделаю тебе кукол сам, - поспешно ответил Норд будто не заметил эту долгую паузу, - я умею. Я вырежу их из дерева.
- Дурак! - уже прокричала Ашад.
И тут Норд понял, что говорит совсем не те слова. Он делает только хуже.
- Прости, - пробормотал он, - я, кажется, тебя не понял.
- Да что ты вообще понимаешь! - в сердцах выкрикнула Ашад. И Норду показалось, что она выкрикнула это сквозь слёзы. Показалось ли? Он так и не понял.
Ашад встала, скомкала одну из занавесок, ни слова ни говоря, выдёргивая её конец из под Норда, и вышла за дверь. Норд второпях свернул свою половину и выбежал вслед за ней.
- Подожди, - крикнул он вслед уходящей Ашад.
Она обернулась, посмотрела в его сторону и резко развернувшись, расплескав кругом свои каштановые волосы, отправилась дальше. Норду оставалось лишь догонять её. Весь оставшийся путь они шли в молчании.


Она всё ещё злилась на меня. И здесь я виноват сам. Завтра будет новый день и завтра к нам вернутся наши особенности. Быть может она простит меня?

#74 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Интересно, почему он думает что они вернутся)) надеюсь из продолжения будет видно))

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#75 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

14
Я - Норд

Мы долго уговаривали Скама лечь в постель, он наотрез отказывался и ни в какую не желал покидать свой угол.
- Ладно, - махнул рукой Лирик, - пусть сидит тут.
Я только кивнул в ответ.
Разложив на полу постель из занавесок, я уже собрался было укутаться в них с головой, когда сообразил, что тут это лишне. Усмехнувшись своей глупости, я скомкал под голову подобие подушки и сверху накрылся занавеской Ашад.
- Спокойной ночи, - прозвучал голос Скама из угла.

* * *

Та самая площадь, но теперь на ней нет ни памятника, ни постамента. В центре лишь большой ровный круг асфальта. И я стою на краю этого круга, а на другой стороне, напротив меня, стоят Амид и я. Я сам.
- Знакомься, - кричит мне издалека улыбающийся Амид, - это ты.
И я, тот что стоит рядом с ним, машу себе рукой. И так же, как и Амид улыбаюсь.
- Ну что ты стоишь, как бледный родственник? - наигранно разводит руками Амид, - Или не рад встрече?
А я молчу, язык отнялся. Я силюсь сказать хоть слово, а во рту как-будто нет ни языка ни голоса. Да есть ли сам рот?
- Но хотя бы подойди к нам, ведь ты же с ним уже почти три дня не виделся.
И тут я понимаю, что даже если бы я и мог говорить, что мне сказать? Здравствуй? Как дела? Чушь!
- Ну тогда мы сами к тебе подойдём, - вздыхает в это время Амид, - мы не гордые.
И Амид и тот я, что рядом с ним, двинулись в моём направлении. А я не в силах пошевелиться, стою в оцепенении, как заледеневший. Памятник самому себе. Из льда, холодного и всепроникающего. Внутри лёд, снаружи лёд. Нет, не лёд - просто холод, абсолютный холод. Нет меня тут, как не может быть ничего там, где только холод.
Обратно меня возвращает рукопожатие. Горячее рукопожатие моей же собственной рукой. Тот я, что рядом с Амидом, жмёт мне руку и его горячая ладонь возвращает меня обратно.
- Вот и славно, - как-то неестественно широко улыбается Амид. Не может так никто улыбаться.
- А я тебя искал, - вдруг, впервые за всё это время, послышался голос второго я. И его голос мне не знаком, но я каким-то образом знаю, что это мой собственный голос. Почему это испугало меня больше чем всё остальное? Почему не мой двойник напротив меня, ни Амид с его жуткой улыбкой, а именно не знакомый мне голос?
Я пытаюсь выдернуть руку из его ладони и отойти назад, и моё тело повинуется мне, оно слушается меня, но его рука крепко держит меня.
- Нет, - говорит мой двойник, и его улыбка растекается так же жутко как и улыбка Амида, но и она не так страшна как его простой обычный, но такой не знакомый - Мой голос.
- Нет, - улыбается он, - мы ещё не закончили.
И не отпуская мою руку из своей, он бьёт меня по лицу с размаху кулаком. Кулаком левой руки.
Наверное, это со стороны было похоже, что тряпичную куклу просто встряхнули, как встряхивают от пыли полотенце. Так вытряхивают остатки пива из бутылок бабки, собирающие их под окнами. Вот так и я вытряхнулся и если бы не хватка моего двойника, я бы отлетел далеко, но я развиваюсь в его руке как флаг, нет, как простыня на бельевой верёвке.
- Что, - удивляется мой двойник, - уже всё?
Удивляется наигранно, смеясь. И бьёт меня вновь. А затем сразу, не дав даже мгновению проскочить между ударами, бьёт вновь.
Смеётся... И бьёт вновь.

Так выбивают пыль из ковра. Только пыль стелется по ветру и вокруг, а меня загоняют вовнутрь. Глубже и глубже... Я пыль вбиваемая внутрь...

* * *

Я долго не мог понять проснулся я или ещё нет. Вокруг было темно и душно. Я и не знал, что ночью может быть настолько темно.
- Тише, - послышался шёпот, - не шуми.
Тени! Моё дыхание стало учащаться, как бы я не старался его утихомирить.
Рядом со мной послышались шаги. Тихая глухая поступь. Совсем рядом с моим лицом. Странные Тени. Раньше они ходили совсем иначе. Да и говорили они совершенно не так... Стоп! Это же голос...
Я срываю с себя покрывало и мои глаза слепит яркие лучи дня. Я просто с головой закутался ночью в эти занавески. Глупость какая.

- О, - удивляется Лирик, стоя в дверном проёме, - ты уже проснулся?
Рядом с ним стоит Скам. Он держит Лирика за руку и переминается с ноги на ногу.
- Извини, - вдруг говорит Лирик, - мы скоро...
И с этими словами он уводит Скама в сторону кухни... или Скам уводит его?

Всё ещё лёжа, я смотрю на свою руку. Обломанные ногти, морщины ладони, овраги глубоких линий.
- Я со стороны, - мыслю я... и ладонь перед моими глазами исчезает. Я стаскиваю с себя своё одеяло и его край тянется сам собой. Я снова невидим!
Аккуратной поступью я иду вслед за Лириком и Скамом. Скам неуверенно стоит перед открытой дверью туалета.
- Там темно, - говорит он.
- Я оставлю дверь открытой, - отвечает Лирик.
- Но ты будешь смотреть!
- Я отвернусь, - устало отвечает Лирик.
- Я боюсь, - почти хнычет Скам.
- Я могу положить тебе руку на плечо, а сам смотреть в другую сторону.
- Хорошо, - неуверенно соглашается Скам.

Здесь смотреть не на что, и я решаю тихо уйти. Сегодня я - снова Я. Сегодня у меня будет снова интересный день.

15
Шутки Амида

Листья деревьев пропускают солнечный свет лучами, и эти лучи, казалось бы, осязаемыми жгутами тянутся вниз до самого асфальта. И ты лавируешь между ними, но совсем не потому, что они могут открыть тебя, проявить тебя, а потому что тебе так нравится. Тебе просто приятно избегать этих ярких падающих столбов. Это весело.
Но тут, впереди вдруг послышались голоса, и ты оставив игру с солнечными лучами, тихим неслышным, но при этом быстрым шагом, направляешься туда...

* * *
- ...не знаю, - это сказала Ашад.
Она уже не выглядит худой и изголодавшей. И в руке она вертит коробок спичек. Я, сам того не замечая, сую руку в карман и нащупываю там прямоугольник картона. Мои спички тоже вернулись.
- Но ты ведь восстановилась, - с убеждением в голосе, говорит Гело.
- Да, - отстранённо отвечает Ашад.
Рядом с ними сидит Ясав, он молчит и просто наблюдает за ними, а сейчас и все трое молчат. Не сложно догадаться, что они обсуждали Ашад и её особенность. Вернулась ли она к ней?

Окрик 10 главы

- Я сделаю тебе кукол сам, я умею. Я вырежу их из дерева...


Мои руки сами тянутся к кусту растущему рядом, и ломают их тонкие ломкие ветви. Спустя какое-то время, в моих руках уже небольшая охапка прутьев. Я скручиваю их в один стебель. Выдираю нить из своей рубашки, пусть она расходится по швам, мне плевать. Этой нитью я перевязываю сплетённые стебли, и переплетаю отростки - тонкие ручки.
Вскоре в моих руках уже лежит кукла - прямое туловище переплетённое косичкой мягких деревянных струн, руки-ветви, отходят в радостном приветствии. И лишь тонкая нить сковывает разрывающееся тело этой куклы.
- Ашад, - говорю я, делаясь видимым, - я принёс тебе куклу, как и обещал.
В моих протянутых руках моя плетёная человеческая фигурка. Ясав, Гело смотрят на меня с непониманием и, кажется, ужасом. А Ашад смотрит безразлично.
Я вижу её взгляд и он хуже взгляда Амида, он убивает всё во мне. Кукла в моих руках уже не кажется куклой, а просто комком мягких прутьев, перевязанных тонкой нитью. Бесформенным комком мягких прутьев.
- Её зовут Иви, - говори я, на последнем издыхании под её взглядом, - потому что она сделана из Ивы.
И Ашад протягивает руку, и в тот момент, когда она берёт бесформенный комок в руки, её взгляд изменяется. И вместе с её взглядом меняется и бесформенный комок. Он обретает не столько форму, сколько очертания. Так в темноте можно узнать друга, когда даже лица нельзя разглядеть.
- Мама, - писклявым голосом произносит Иви, и тянет свои витиеватые ручки к Ашад.
Она долго смотрит на куклу в своих руках. Очень долго.
- Спасибо, - наконец, одними губами, без голоса, без единого звука произносит Ашад.
Она поворачивается и уходит. Но даже со спины видно - она прижимает Иви к груди.

Прости, если я что-то сказал тогда не так. Надеюсь, это хоть как-то исправит мою сонную глупость...

* * *

- Спасибо, - сказал Ясав.
- Я обещал, - пожав плечами ответил я.
Мы, неспешным шагом, шли по растрескавшимся асфальтовым тропинкам парка. Не то, что бы это был настоящий парк, скорее это было просто небольшое лесонасаждение, между домами и заводами, но в нём были проложены асфальтовые дороги и это уже делало его парком.
Ашад ушла, прижав к груди Иви и никто из нас не окликнул её и даже не подумал не то что догнать её, а даже пойти за ней.
Мы молча шли втроём по парку. Я, Гело и Ясав.
Нави мы увидели ещё издалека. Он шёл со стороны заводов. Солнце светило ему в спину и мы могли различить только его силуэт. Но когда он к нам подошёл достаточно близко... Он был полностью зелёного цвета. И одежда и волосы и кожа.
- Смешно? - выкрикнул он, - вот и Амиду было смешно. А мне нет.
Он обвёл нас взглядом, и протянув руку тихо добавил:
- И Мидаву не смешно.
В его протянутой руке сидел, скрестив под себя ноги, маленький Мидав.
Нам смеяться тоже не хотелось.

* * *
- Мы увидели Амида и Ашима слишком поздно, - рассказывал Нави, - Почему-то мы не почувствовали страха при их приближении. А когда они заметили нас, Амид сказал: Ашим, хочешь посмеяться? Смотри.
Мидав начал уменьшаться прямо на глазах. Всего за несколько мгновений, он уменьшился до такого размера, что если бы я не видел, где он стоял, то мог его и не найти. И тогда Ашим начал смеяться. Он смеялся заливисто и всё не мог остановиться. Его смех вскоре подхватил и Амид. А я схватил Мидава и бросился наутёк. Я бежал и за моей спиной раздавался их смех. Они никак и не могли остановиться, наверное именно поэтому я и смог убежать.
Я бежал до тех пор, пока их смех не остался далеко позади, пока я не перестал его слышать. А когда я посмотрел на Мидава в своей руке... Только тогда я обнаружил, что моя рука стала зелёной. Я посмотрел на другую руку и она так же была зелёной. Я стал полностью таким.
Амид изменился и я не знаю что будет дальше.

#76 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Амид окончательно стал плохим парнемю Посмотрим чем дело кончится.

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#77 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 786 сообщений
  •    

Отправлено

Да, что ни глава, то новые сюрпризы.

#78 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

17
Вернуть

Сейчас вновь собрались все. И многих из нас коснулось новая игра Амида. Нави стал зелёного цвета, Мидав уменьшился до размеров таракана, у Гело вырос длинный клюв, а у Атевс на лице красовался свиной пятак. Остальные - я, Ясав, Атикин, Налсур, Анирам, Лирик и Ашад сумели избежать Амида. Кто как. Когда-то мы были жертвами его предыдущего террора. Я, Ашад, Ясав, Налсур, Атикин и Анирам, на три дня были лишены своих особенностей. Это если не считать Гело и Атевс, которым пришлось пережить обе его игры. И если не считать Скама...
И сейчас, мы все вместе идём к Запретному Началу.

* * *
Призрак 16й главы

- Так не может дальше продолжаться! - сжав руку в кулак, угрюмо произнёс Налсур. Ту самую руку, сквозь которую проходил металлический штырь.
- И что ты предлагаешь? - спросила Атевс. Её лицо закрывает блекло-синий платок. Из-за него она похожа на ковбоя. Она глупо выглядит, но без платка, она будет выглядеть ещё хуже.
- Я не знаю, - вдыхает Налсур. И с его выдохом, кажется, его покидает и уверенность и сила и сам он как-будто сдувается.
И я обвожу взглядом всех присутствующих. Нави уже более трёх дней остаётся зелёным, а вместе с ним, так же более трёх дней, Мидав остаётся ростом с мизинец.
Гело старается постоянно смотреть в другую сторону, он не любит встречаться взглядами. Да и другие не любят этого. Все стараются не смотреть в его сторону, но глаза сами поворачиваются. Назло. Вопреки. Наперекор. Как ни борись с ними. Глаза сами смотрят в его сторону. На его клюв. Почерневшая кость раздирает лицо и стремится вперёд, разрывая кожу, разрывая мясо, вырывая зубы...
Анирам уже не носит тряпьё. Её платье из живых бабочек ещё не восстановилось, но оно уже прикрывает её тело наподобие купальника. Ещё не платье, но уже одежда.
Атикин, стоит возвышаясь над всеми нами, хотя он ниже ростом любого из нас... разве что кроме Скама, но он не в счёт.
Ещё совсем недавно, Атикин мог только ползать цепляясь руками за потрескавшийся асфальт. Именно таким его нашёл Ясав четыре дня назад. Амид встретил Атикина далеко отсюда. Он отобрал у него его особенность, но, тем не менее, сам принёс его к дому Ясава. Он нёс его почти два дня. Наверное, из-за этого Атикин оставался таким гораздо больше трёх дней. Вернулся он спустя три дня, только после того, как Амид оставил его у дома Ясава.
- Я знаю, - вдруг разорвал круг моего взгляда и вместе с ним, разорвал и застоявшуюся тишину Ясав, - я знаю что делать.

* * *

Мы идём к Запретному Началу. Так же, как когда-то, мы вернули Авалса, Ясав предлагал исправить последствия игры Амида.
* * *
Призраки 16й главы

- Но тогда мы собрались все, - возразила Атевс, - не считая Авалса... но именно его мы возвращали.
- Да? - ехидно и вместе с тем как-то серьёзно, чуть ли не угрожающе, усмехнулся Ясав, - а Ашим? Его ведь среди нас тогда не было!
Атевс что-то хотела сказать, даже пискнула, но потом вдруг замолчала. Отвела глаза, задумалась.
- Для того, что бы что-то сделать, - продолжил Ясав, обращаясь уже не к Атевс, а ко всем нам, - не обязательно нужны все, главное, что бы нас было много.
- И мы должны быть в Запретном Начале, - глухо закончил Налсур.

* * *

Мы идём к Запретному Началу. Мы идём исправлять шутки Амида. Сделать Нави обычным - не зелёным. Вернуть Мидаву его рост. Вернуть всё.

- День добрый, - весело махает нам рукой Амид, сидя на лавке... На лавке Запретного Начала. А рядом с ним, свернувшись клубком, спит Ашим.

18
День добрый


- День добрый, - махая рукой, произносит Амид.
И рядом с ним, протирая глаза кулачками, просыпается Ашим. Его меленькие кулачки трут глаза, пробираясь под треснутые стёкла очков.
- Хотя, - почему-то извиняющимся тоном, продолжает Амид, - уже вечер.
Амид... вряд ли кто-либо из нас ожидал его увидеть его здесь - в Запретном Начале. Но вот он, сидит на лавке и рядом с ним просыпается Кошмар Ашим.
- Пожалуйста, - вдруг умоляюще кричит Амид и своим криком окончательно будут Ашима, - не убегайте, я обещаю, всё будет хорошо!
Будет Ашима, который не повергает нас в дикий ужас. Всё будет хорошо.
- Простите меня, - уже тихим, сиплым голосом извиняется Амид, - я не хотел всего этого.
И с его словами Нави возвращает себе свой прежний цвет. Мидав, разрывая карман на рубашке Нави, становится прежнего роста, а Гело и Атевс обретают свои лица.
- Тогда зачем? - выходит вперёд Ашад.
- Прости, - искренне, на самом деле искренне, извиняется Амид, - ты та, кого я задел чуть ли не больше всех. Хотя больше всех, я должен извиниться перед тобой.
И Амид посмотрел на Атикина.
- Прости меня и ты, - спустя долгий пронзительный взгляд, под который я ни за что не хотел бы попасть, Амид посмотрел на Анирам, - прости меня. И спасибо тебе.
Спасибо?
- Если бы ни ты, я бы никогда не вспомнил.

* * *
Откровение

Кто-нибудь из вас... ты Ясав, ты Лирик, все вы!? Хоть кто-нибудь из вас хотя бы раз задумывался над тем кто такая "Анирам"!?
Анирам - та, при взгляде которой, исчезает зло и боль. Заживают раны и пропадают любые невзгоды.
Анирам кушает радугу и, ха-ха (и в этом "ха-ха" слышится ирония вперемешку со слезами ярости, с иронией глупости. И вместе с тем слышатся слова:
"смешно, правда?"), какает бабочками.
А из чего у неё платье?
Из бабочек!
* * *

- Ясав, - вдруг сказал Амид, - помнишь ту "решку" про отца, который убил собаку?
- Да, - глухо просипел Ясав.
И Амид закатал левую штанину. На его ноге расположился уродливый кривой шрам. Яркий, не естественный. Так дети лепят из пластилина себе ненастоящие раны. И в тоже время он был настоящим настолько, насколько это возможно.
- А ты, - спустя долгую паузу, продолжает Амид, - Норд, - он обращается ко мне!, - что ты услышал?
- Я, - почему я начал говорит? Лучше бы я промолчал! Но раз я начал говорит, то нужно закончить, - я услышал "решку" про отца, который бил жену и бил сына, но при этом был хуже...
И меня захлестнуло!...
* * *

- Падла!
Удар кулаком.
- Скотина!
Ещё удар!
Кого бьют, меня? Маму?

* * *
- Теперь вы понимаете? - кричит Амид.
Он, кажется, что-то говорил до этого, но я не слышал. Я только что вернулся назад.
- Я помню, - хриплым, уставшим голосом произношу я...
- Что ты помнишь? - мягко, уставши, спрашивает Амид.
- Это меня били, и мою маму били, - почему-то заикаясь говорю я.
И Амид, грустно улыбаясь, кивает.
- Подожди! - резко прерывает его Лирик, - А что на счёт нас всех?
Амид непонимающе смотрит нанего.
- Зачем ты издевался над нами? Зачем отнимал наши особенности, а затем... затем изменял нас?
Амид надолго замолчал... и спустя бесконечно долгие мгновения, ответил:
- Однажды, я вспомнил себя...

* * *
Правда несуществующей главы

- Ну что, - осклабился хозяин мёртвого добермана, - без топора ты уже не крутой, да?
- Твоя собака покусала моего сына, - тихо произнёс он.
Наверное, это слово "покусала", прозвучало глупо. Казалось, что не собака, а комарик покусал, но никак ни собака.
А в лицо уже летит чей-то кулак. Потом били ногами. Всей толпой. Кто-то побежал за монтировкой.
Это и были последние мысли. Бита... монтировка...

Помнишь это? Я - нет, но я знаю. Я знаю это. Это мой папа умер под их ударами. Мой папа убил ты собаку...
И тогда я вспомнил всё остальное.
Мама пропадающая на двух работах, я даже не помню её лица. За мной следила всё это время соседка. Старая злобная бабка, которой мама платила, что бы она наблюдала за мной. Я убегал от неё как только предоставлялась такая возможность и гулял пока на улице не становилось темно. Я знал, когда темнеет - мама возвращается домой. При маме, злобная бабка, становилась ласковой и липкой. Гибкой как змея. Она обвивала маму своим гибким змеиным телом и показывала мне свой раздвоенный язык.

Меня испугало это откровение. Я не хотел его. Я убежал от него. А когда я устал, выбился из сил, оно догнало меня и я вынужден был принять его. Именно тогда я понял. Именно тогда я вспомнил.

* * *

- Потом, - продолжал Амид, - я понял что творилось с Анирам. Что творилось со всеми нами. С каждым из нас. Но прежде всего, я понял что творилось с Ашимом...



* * *
Крик несуществующей главы
- А я, - кричал самый младший из нас, - хочу что бы все меня боялись!

* * *

Я нашёл его. Я смог подойти к нему. И он плакал от счастья. Ашим плакал и плакал не от бессильной злобы, обиды, одиночества. Он плакал от счастья.
Теперь Ашим стал не один.
Я был с ним.
Я играл с ним.

Но когда я попытался привести его к вам... Первым, кого я увидел, был Гело. И он рухнул на землю при одном моём взгляде. Я попытался помочь ему. Я отвёл его Ясову... Прости. И под моим взглядом, Ясав потерял своё второе лицо.
Я захотел видеть Ашима не ужасом. И вместе с тем, я стал видеть других без их особенностей. Ведь особенность Ашима - ужас.
Сначала я испугался этого, но потом...

* * *
Отрывок несуществующей главы
- Почему ты здесь? - спросил Ашим.
Голос его звучал странно. Он звучал отрывисто, резко. Скорее гавкающие выбросы звуков, чем членораздельная речь. Ашим давно ни с кем не говорил.
- Я здесь, - ответил я, - для того, что бы тебе было не одиноко.
- А остальные? - спросил меня Ашим...
* * *

Его глаза, смотрели на меня с мольбой и надеждой. Так смотрит тот, кто загнан в угол. Кто не надеется ни на что, но кто увидел шанс.
И тогда я попытался вернуть вас...

#79 Ссылка на это сообщение Siegrun

Siegrun
  • Бяка Зюка

  • 17 614 сообщений
  •    
Наш автор

Отправлено

Дело идет к развязке))) подпрыгиваю от нетерпения)))

Да я тоже тебя люблю (пока его тут нет). © Монгол
Я трудный человек, но если вы рядом со мной, то и вы не простые люди.
Заказать перевод мода

LoveFlower002.png


#80 Ссылка на это сообщение AlexNerevarin

AlexNerevarin
  • Здравствуйте, нафиг.

  • 7 786 сообщений
  •    

Отправлено

Кажется, это была самая важная часть повествования. За исключением развязки, конечно. Самая серьезная.

#81 Ссылка на это сообщение Rederick Asher

Rederick Asher
  • Талант
  • 203 сообщений

Отправлено

19
Ашим

- Ты так и не ответил, - угрюмо сказал Лирик, - зачем ты издевался над нами.
- Если бы об этом меня спросили в тот момент, когда это происходило..., - начал Амид, но вдруг запнулся и замолчал на какое-то время...
- Впрочем, - наконец продолжил он, - я не знаю, смог бы я ответить тогда. Но дайте мне рассказать всё по порядку и, возможно, вы хоть немного поймёте меня...

* * *

По какой-то причине, вы все, всё ещё боялись Ашима. Иногда, правда этот пропадал, но по большей части, его ужас действовал на вас. И вы знали о моём приближении. Я видел Ашима. И я хотел... нет, я должен был любой ценой отменить его ужас и привести вас к нему.
И тогда я начал уходить в те минуты, когда он засыпал и искать хоть кого-нибудь из вас. Ашим быстро устаёт и часто спит днём, мне это сыграло на руку.
Многих из вас я поймал таким образом, но никто из вас не захотел меня слушать. Вы кричали на меня. Вы гнали меня прочь. Я помню, как ты, Атикин, раздирая колени в кровь, полз от меня по асфальту.
И в эти минуты, когда вы кричали на меня, всячески стараясь уйти, я не мог пошевелиться. Я просто не мог. Я видел что я творю и сам себе удивлялся.
А когда я возвращался к Ашиму, я удивлялся себе, почему я не мог, пусть даже силой, но притащить вас к нему. Я разрывался между мной и самим собой.
Последней каплей стала моя встреча с Авалсом и Скамом. Когда все мы, собрались здесь в прошлый раз, мы воссоздали Авалса. А когда, несколько дней назад, я увидел его, я один перечеркнул то, что было сделано здесь. Авалс исчез.
Что-то переломилось во мне в тот момент. Я не мог больше так. И я не мог оставить кричащего Скама одного. Так же я не мог взять его с собой. Мне отчаянно нужен был кто-то, кто смог бы отвести его к вам. Я этого сделать не мог, иначе бы я вновь задел бы кого-нибудь из вас. Да, это звучит, наверное, смешно, но с того момента, я не мог себе это позволить, хотя делал это уже множество раз.
И тогда появился Некто. Некто, кого создал я сам. Когда это произошло я удивился. Честно скажу, сначала, я попытался воссоздать Авалса, но не смог. Я всё ещё его не простил. И тогда я сделал из него Норда, что бы он отвёл Скама к Лирику. Почему к нему? Просто Лирик уже знает что делать, он проходил через это. Он поймёт.

После этого я старался избегать любого из вас. Я просто оставался с Ашимом. Я играл с ним, я старался не давать ему скучать. Но ему становилось мало этого. Он требовал чего-то большего. Нет, он не требовал это словами, я просто чувствовал это. Я видел, что одного меня мало. Здесь нужны все мы.
Тогда, я и Ашим жили на заводе. Огромные цеха, куча лестниц. Ему нравилось там. Но вот однажды, мы встретили Нави и Мидава... В тот день Ашиму окончательно наскучил наш завод и мы уходили искать новое место. Он был хмур, грустен. Он замыкался в себе. Он реже говорил со мной. И сложнее было ввести его в хоть какую-нибудь игру. Он не улыбался уже два дня. И когда я увидел Нави и Мидава...
- Хочешь, я тебя развеселю?
Ашим только лениво повёл плечом.
- Смотри.
И тогда я сделал то, что сделал. Я сделал отчаянный шаг. Потому что я терял его. Он отдалялся. И когда он увидел зелёного Нави и как Мидав уменьшается, становясь ростом с букашку, он засмеялся. Ашим снова засмеялся. Если до этого он не улыбался два дня, то не смеялся он уже две недели. И тогда меня понесло... простите за это. Но я не мог остановиться. Ашим смеялся и я должен быть продолжать. Я не мог иначе.
Я даже не обратил внимание на то, что его ужас уже больше не действует на вас. Я был поглощён его смехом, его весельем.

* * *

- У меня была сестра, - грустно сказал однажды невпопад Ашим.
И эти слова вдруг вернули меня обратно. Я осознал всё что натворил. И тогда... я стал ждать вас здесь. Вы должны были сюда прийти все вместе. Рано или поздно. И я жду вас здесь уже два дня.


20
Выбор

- Так не может дальше продолжаться, - сказал Амид, - мы должны прекратить это. Мы должны вернуться.
- Куда? - спросил кто-то из нас. Кто? Я не знаю, может быть даже я.
- Обратно, - ответил Амид, будто это разъясняло всё.
Все смотрели на него. И тогда Амид, продолжил:
- Вы так и не вспомнили? Что ж, - вздохнул он, - тогда...

* * *
Вспомни

Первым из нас был Атикин и вслед за ним пошли все остальные. Ашад самая старшая из нас и ей было сложнее всех. Но и она стала одной из нас. Последним был Ашим...
- А я, - кричал он, - хочу что бы все меня боялись!
И мы испугались. Все дружно. Мы поддержали его. И когда это случилось, все мы в ужасе кинулись прочь.
До него была Анирам - его сестра. Она лишь на год старше него. И она никак не могла придумать кем ей стать, но она очень хотела кем-то быть. Хоть кем-то, лишь бы не своей мамой. Не такой, как её мама.
- А что ты хочешь больше всего? - спросила тогда её Ашад.
- Я хочу, что бы все были счастливы! - твёрдо, уверенно, ответила Анирам.
И тогда, кто-то из нас пошутил:
- Ага, кушать радугу и какать бабочками.
Все засмеялись. А Анирам вдруг сказала:
- И это тоже хорошо!
Твёрдо сказала, с уверенностью...
* * *


Все стояли молча. Каждый из нас был погружён в свои мысли. В свои и, в тоже время, в общие воспоминания. Мы все были там.
- Кем стала Анирам? - требовательно спросил Амид, - кем стал каждый из нас?
И все молчали ему в ответ.
- Я ухожу обратно, - сказал он, - и если кто-то хочет пойти со мной - я буду рад. Но как бы то ни было, Анирам я забираю с собой в любом случае. Ей здесь не место. Так же как и её брату - Ашиму. Они идут со мной.
- А остальные? - спросил кто-то из нас.
- Те кто останутся?
- Да.
- Они просто воссоздадут нас - тех кто уйдут, так же, как когда-то мы воссоздали Авалса. И тогда всё вернётся на свои места. У каждого вновь окажутся его особенности.
- А мы сможем?
- Вы сможете. Всё что вам нужно, это только играть и делать вид, что это на самом деле. И тогда так оно и будет. Ведь это не Ашим пугал нас, а мы его боялись. Это не он играл чудовище, он давно уже не играл его. Он давно уже отказался от игры. А мы - нет. Мы играли, что боимся его, и мы его боялись.
Так же и с любым из нас. Это не я всегда выигрывал, это вы проигрывали. И это не Норд становился невидимым, это мы отказывались видеть его. И Авалса не было на самом деле, мы только делали вид, что он есть...

Последние слова, Амид произнёс шёпотом, который казался громче любого крика. И Всё молча стояли стараясь не смотреть друг другу в глаза. Стараясь вообще не смотреть на других, как-будто нашкодившие дети... Как-будто?

- Итак? - разорвал молчание Амид, - Кто пойдёт со мной? Ну, Атикин, я полагаю, останется...
- Нет, - хрипло сказал Атикин, но затем он откашлялся и повторил уже громко и чётко, - Нет!
- Нет? - удивился Амид.
- Я пойду с тобой, Амид, - твёрдо сказал Атикин.
И Амид долго смотрел ему в глаза. И желваки играли на его лице.
- Прежде, чем ты пойдёшь, - наконец произнёс он, - я обязан тебе напомнить, кто ты на самом деле...
- Я помню, - перебил его Атикин, - я вспомнил. И всё равно я пойду. Что бы наконец отдохнуть. Я устал ходить. Я снова хочу вернуться в своё инвалидное кресло.

* * *
Первым из нас был Атикин...
- Я не хочу быть шафёром, не хочу быть танкистом!
- А кем ты хочешь быть?
- Я хочу быть... Хочу... Хочу быть почтальоном!
- Но почтальон ходит... прости...
- Тогда давайте играть, что я хожу!!!

А потом?
Потом мы играли, что он пехотинец... спортсмен... бродяга...

* * *


- А я не пойду, - вдруг угрюмо сказал Скам.
- Но ты же будешь помнить и знать, что Авалс ненастоящий, - сказала и тут же осёклась Атевс.
- Зато он будет! - резко ответил Скам, а затем тише продолжил:
- Мне почему-то кажется, что там, куда вернётся Амид, его не будет. А тут, пусть и ненастоящий, но живой Авалс.

* * *
- А я хочу быть сильнее всех!
- И я хочу быть сильнее всех, - вслед за ним закричал и его младший брат.
- Я первый, значит ты сильнее всех, но не сильнее меня!
- Хорошо, - насупился младший брат...

* * *


- Налсур? - тихо спросил Амид.
- Я остаюсь, - ответил тот, - Кто его знает, во что превратится мой штырь в руке.
И Налсур показал свою руку, сквозь которую проходила ржавая, ребристая арматура.

* * *
- Я хочу проходить сквозь любые двери... нет, сквозь любые стены. - и шёпотом добавил: - И тогда никто не сможет меня запереть...
* * *


- Гело?
- И я остаюсь. Я ни за что не откажусь от крыльев. Если бы вы умели летать, вы бы меня поняли.

* * *
- Ты где пропадал!? - огромная фигура надвигалась на нас.
- Я был тут, - тихий заикающийся ответ.
- Ты же знаешь что тебе нельзя!?... удар. Нет только размах. Но огромная фигура сдержалась в самый последний момент. Спустя долгие мгновения, фигура подхватывает его и уносит, утаскивает прочь.
* * *

- Лирик?
- Я остаюсь. Не знаю что здесь будет после вашего ухода, но если что, я пригляжу за Скамом.

- Нави?
- И я остаюсь, там меня обманет любой. А вы не представляете, как мне это больно.

- Мидав?
- Боюсь, если, там я по привычке выйду из окна, то это будет последнее, что я сделаю. Очень сложно отказаться от привычек. Я остаюсь.

- Норд? - обратился он ко мне.


* * *
- А я хочу стать невидимым. Что бы никто меня не мог заметить. Так будет лучше для всех...
* * *



- Я пойду, - сказал я. Я уже решил это ещё почти в самом начале, когда понял о чём говорит Амид, - тут слишком мало разнообразия. А если оно и наступает, то мне совсем не весело. Да и без меня поддельный Норд, даже если он будет халтурить, вполне сможет разносить сплетни.

- Атевс?
- Я остаюсь, я не самая обаятельная, если честно. И вряд ли там я буду счастлива.

- Ашад?
- Я с вами. Здесь нет моих кукол... кроме одной. Но я её сохраню. Ведь она останется по ту сторону?
- Не знаю, - ответил Амид.
- Если нет, я сделаю для тебя её снова, - сказал я, - и я сделаю именно её, а не какую-нибудь другую.
- Хорошо, - улыбнулась Ашад, - Я с вами. Я не хочу возвращать здесь своих кукол, как будут возвращать нас, после нашего ухода.

- А ты Ясав?
- Я пойду. Я уже давно привык быть с одним лицом, и мне не так уж и страшно с ним остаться.

* * *
Он пришёл хмурый, грустный и, кажется, злой.
- Давно тебя не было!
- Где ты пропадал?
Он подошёл к нам, прихрамывая на одну ногу. Постоял, долго смотрел на нас, а затем, ничего не ответив, сел на край песочницы.
- А где Петя?
Резкий взгляд, не взгляд, а бросок камня. Но вдруг взгляд быстро затухает и даже со стороны видно, как на него опускается невероятная усталость.
- Нет его...

- Я слышал, - зачем-то говорю я, наверное, для того, что бы хоть чем-то заполнить тишину, - что если один близнец погибает, то второй долго не живёт.
Зачем я это сказал? Дурак! Нужно лучше следить за своим языком.

* * *


- Итак, - обвёл всех нас глазами Амид, - все определились с выбором?
- Да, - на разные голоса нестройным хором ответили мы.
- И никто не пожалеет об этом, - не спросил, а сказал Амид.
Ответом ему было молчание.

- Прощайте, и пусть "Счастья вам", скажут новые - Ваши Мы.

И за Амидом ушли все кто решился вернуться. Но для того, что бы вернуться, нужно разрушить самих себя. Тех себя, кем мы привыкли быть. Тех себя, кого мы так долго и упорно строили в чужих глазах. И это было намного сложнее, страшнее и больнее, чем всё что произошло с того дня, как Авалс и Скам напали на Анирам...

Эпилог

Дети играют в песочнице, но в какой-то момент, когда никто не смотрит, несколько из них исчезают. А те, что остались, внезапно стали серьёзными. Минуту назад слышались их восторженные крики, голоса, а сейчас лишь тишина. Не бывают дети такими серьёзными, не умеют. Так умеют только взрослые.
И один из мальчиков, отряхивая песок с колен, идёт к ближайшему кусту, выламывает несколько длинных гибких веток. Очищает с них листья. Долго ищет что-то на своей одежде, а затем вытаскивает шнурок из ботинка. Мальчик начинает делать человеческую фигурку из гибких прутьев, перевязывая их шнурком. И всё это он делает молча, сосредоточенно.
А за его спиной стоит девочка. Она старше него, может быть года на два, а то и на три. И она смотрит за его работой. С интересом и грустью.


Постскриптум
Дети играют во взрослых и когда они вырастают, они забывают, что это всего лишь игра. Но если дети не хотят играть во взрослых...


2011 © Rederick Asher




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 скрытых