Перейти к содержимому


Информация о статье

  • Добавлено:
  • Обновлено:
  • Просмотры: 1073
  • |

 


* * * * *
1 Рейтинг

2920, Последнего Года Первой Эры

2920, Последнего Года Первой Эры

Написано в Мар 16 2013 21:01

2920, Последнего Года Первой Эры

Карловак Градопут 

 

Том 1: Месяц Утренней Звезды

 

1-й день Месяца Утренней Звезды, 2920

Морнхолд, Морроувинд


Альмалексия лежала на мехах в своей кровати и грезила. Она не открыла глаза, пока солнечный свет, пробившийся в комнату, не погрузил светлые деревянные и молочные оттенки ее комнаты в молочное сияние. Было тихо и безмятежно, завораживающий контраст с атмосферой ее видений, полных крови и празднеств. Несколько мгновений она просто смотрела в потолок, пытаясь разобраться в своих видениях.


Во внутреннем дворе ее замка находился бурлящий пруд, от которого сейчас, в прохладное зимнее утро, шел пар. Она махнула рукой, пруд очистился, и она увидела лицо своего возлюбленного, Вивека, который находился в своем рабочем кабинете на севере. Некоторое время ей не хотелось ничего ему говорить: он был так красив в своем красном одеянии, и он писал стихи, как и каждое утро.


"Вивек," сказала она, он поднял голову и улыбнулся, глядя на ее лицо, находившееся за тысячу миль. "У меня было видение, насчет конца войны."


"Не думаю, что через восемьдесят лет хоть кто-то может представить себе этот самый конец," сказал Вивек улыбнувшись, но тут же стал серьезным, он всегда доверял пророчествам Альмалексии. "Кто победит? Морроувинд или Империя Киродиила?"


"Если Сот Сила не будет в Морроувинде, мы проиграем," ответила она.


"Разведка доложила мне, что Империя собирается нападать с севера, ранней весной, самое позднее, в месяц Первоцвета. Ты сможешь отправиться в Артум и убедить его вернуться?"


"Я выезжаю сегодня," просто ответила она.


4 Утренней Звезды, 2920

Гидеон, Чернотопье


Императрица мерила шагами свою камеру. Зима давала ей массу бесполезной энергии, летом она скорее всего будет сидеть у окна и благодарить богов за каждое дуновение затхлого ветра с болот. В другом углу комнаты лежал незаконченный гобелен, на котором был изображен танец в Имперском Дворе. Ей показалось, что гобелен издевается над ней. Она сняла его с рамы, порвала на кусочки и разбросала по всей комнате.


Потом она рассмеялась над собственным безнадежным актом сопротивления. У нее будет достаточно времени, чтобы восстановить этот гобелен и сделать еще сотню других. Император заточил ее в Замке Джиовез семь лет назад, и вряд ли он выпустит ее отсюда до самой смерти.


Вздохнув, она дернула за шнур, чтобы позвать своего рыцаря, Зуука. Он появился в дверях в считанные минуты, в полной униформе, как и подобает Имперскому Стражу. Большинство мужчин в племени Котринги, которое населяло Чернотопье, предпочитало ходить совсем без одежды, так что у Зуука был хороший шанс отличиться. Его серебристая, отражающая свет кожа была практически не видна, только лицо, шея и руки.


"Ваше Императорское Величество," сказал он, поклонившись.


"Зуук," сказала Императрица Тавия. "Мне скучно. Давай сегодня обсудим с тобой способы убийства моего мужа."


14 Утренней Звезды, 2920

Имперский Город, Киродиил


Колокольный звон, провозглашающий Молитву Южного Ветра, пронесся эхом по широким бульварам и садам Имперского Города, созывая всех в храмы. Император Риман III всегда посещал службы в Храме Единого, а его сын Принц Джуилек считал политически более грамотным на каждый религиозный праздник отправляться в другой храм. В этом году он выбрал собор Щедрости Мары.


Службы в этом соборе были обычно милосердно короткими, но в тот день Император смог вернуться во дворец только после полудня. К тому времени сражающиеся на арене уже с нетерпением ожидали начала церемонии. Толпа поумерила свой пыл, когда Распорядитель Версидью-Шайе вызвал на арену труппу акробатов-Хаджитов.


"Ваша религия куда более удобна, чем моя," сказал император своему Распорядителю, как бы извиняясь. "Какова сегодня первая игра?"


"Битва один на один между двумя умелыми воинами," сказал Распорядитель, его чешуйчатая кожа поблескивала на солнце, когда он вставал. "Вооруженные в соответствии со своей культурой."


"Звучит хорошо," сказал Император и захлопал в ладоши. "Путь начнется спорт!"


Как только он увидел двух воинов, выходящих на арену под рев толпы, Император Риман III вспомнил, что дал согласие на этот поединок несколько месяцев назад, но совершенно забыл об этом. Одним из состязающихся был сын Распорядителя, Савириен-Чорак, блестящий и скользкий, как угорь, сжимающий катану в обманчиво слабых руках. Другим бойцом был сын Императора Джуилек, в эбонитовой броне с варварским Оркским шлемом на голове, щитом и длинным мечом на боку.


"Это будет захватывающее зрелище," прошипел Распорядитель, у него на лице была широкая ухмылка. "Я не знаю, видел ли я такие битвы в Киродииле. Обычно армия против армии. В конечном итоге, мы сможем выяснить, что лучше - создавать броню, чтобы сражаться на мечах, как делаете вы, люди, или создавать мечи, чтобы сражаться, как делаем мы."


Никто в толпе, не считая нескольких советников из Акавира и самого Распорядителя, не хотел, чтобы Савириен-Чорак выиграл, но все затаили дыхание, глядя на его грациозные движения. Его мечи, казалось, являются частью его самого, вторым хвостом, растущим из рук. Противовес позволил молодой рептилии свернуться в клубок и перекатиться в центр круга, где он и занял наступательную позицию. Принцу пришлось тащиться вперед традиционно и куда менее впечатляюще.


Когда они набросили друг на друга, толпа заревела от восторга. Акавири был подобен луне на орбите Принца, он без усилий оказывался у него за плечом, пытаясь нанести удар сзади, но Принц молниеносно разворачивался в сторону противника и блокировал удар щитом. Но и его контрудары попадали исключительно по воздуху, а его противник падал на землю и проскальзывал у него между ног, от чего Принц начинал спотыкаться. В итоге Принц все-таки упал на землю с оглушительным грохотом.


Метал и воздух сплелись воедино, когда Савириен-Чорак начал наносить удар за ударом, а Принц по-прежнему блокировал их своим щитом.


"В нашей культуре нет щитов," пробормотал Версидью-Шайе Императору. "Моему мальчику это кажется очень странным, могу себе представить. В нашей стране, если ты не хочешь, чтобы тебя ударили, ты убираешься с пути."


Когда Савириен-Чорак наклонился назад, чтобы нанести очередную серию ударов, Принц вдруг ударил его по хвосту, от чего тот немедленно упал. Он тут же поднялся, но к тому времени Принц уже встал на ноги. Они начали кружить на месте, и занимались этим до тех пор, пока не рванулся вперед, вытащив катану. Принц увидел, что собирается сделать его противник и блокировал катану мечом, а вакидзаси - щитом. Короткое лезвие застряло в металле, и Савириен-Чорак потерял равновесие.


Клинок Принца чиркнул по груди Акавири, и неожиданная острая боль заставила его бросить оружие. Через мгновение все было кончено. Савириен-Чорак распластался в пыли, а клинок Принца находился у его горла.


"Игра окончена!" провозгласил Император, голос которого тут же заглушили аплодисменты.


Принц усмехнулся и помог Савириен-Чораку встать и дойти до целителя. Император снисходительно похлопал своего Распорядителя по спине, чувствуя невероятное облегчение. Когда битва началась, он не понял, какие мизерные шансы на победу были у его сына.


"Он будет хорошим воином," сказал Версидью-Шайе. "И великим Императором."


"Помни об одном," рассмеялся Император. "У Акавири много красивых движений, но если хоть один наш удар достигнет цели, вам придет конец."


"О, я запомню это," закивал Распорядитель.


Риман думал об этом комментарии все время, пока продолжались игры, и почему-то не мог в полной мере насладиться собственным остроумием. Мог ли Распорядитель оказаться еще одним врагом, таким же, как Императрица? На это стоит обратить внимание.


21 Утренней Звезды, 2920

Морнхолд, Морроувинд


"Почему ты не носишь зеленое платье, которое я тебе подарил?" спросил Герцог Морнхолда, глядя, как одевается молодая женщина.


"Оно мне не подходит," улыбнулась Турала. "К тому же, я люблю красный цвет, ты же знаешь."


"Оно тебе не подходит, потому что ты толстеешь," засмеялся Герцог, повалив ее на кровать и покрывая поцелуями ее грудь и живот. Она тоже рассмеялась, но потом встала и натянула свое красное платье.


"Я пухленькая, как и положено быть женщине," сказала Турала. "Я увижу тебя завтра?"


"Нет," сказал Герцог. "Завтра мне надо развлекать Вивека, а на следующий день приезжает Герцог Эбенгарда. Ты знаешь, я не особо любил Альмалексию и ее методы правления до тех пор, пока она не уехала."


"И со мной тоже самое," улыбнулась Турала. "Я тебе понравлюсь только, когда уйду."


"Это неправда," фыркнул Герцог. "Ты и сейчас мне очень нравишься."


Турала позволила Герцогу один поцелуй на прощание и выскользнула за дверь. Она продолжала думать о его словах. Понравится ли ему, что она толстеет потому, что носит его ребенка? Понравится ли это ему настолько, что он захочется жениться на ней?


Год Продолжается в Месяце Восхода

 

Том 2: Месяц Восхода
 

3 Месяца Восхода, 2920

Остров Артеум, Саммерсет


Сота Сил наблюдал, как послушники по одному доплывали до дерева оассом, срывали плод или цветок с его высоких ветвей прежде, чем упасть на землю с различной степенью изящества. Он улучил момент и одобрительно покачал головой, выражая восхищение днем. Побеленная статуя Сирабана, для которой, по слухам, великий маг сам позировал в незапамятные времена, высилась на краю утеса, словно обозревая бухту. Бледно-лиловые цветы проскато покачивались в такт мягкому ветерку. А внизу - океан и задернутая дымкой граница между Артеумом и главным островом Саммерсет.


"В целом, приемлемо," - объявил он, когда последняя ученица бросила ему добытый плод. Взмах руки - и плоды с цветами вновь очутились на дереве. Еще один взмах - и ученики образовали вокруг чародея полукруг. Он достал из-под своих белых одеяний небольшой волокнистый шар, около фута в диаметре.


"Что это?"


Ученики поняли его задание. Им предстояло применить чары определения на этом загадочном предмете. Каждый послушник приблизил взор и вообразил этот шар в стихии вселенской Истины. Его энергия имела уникальные резонанс, как и у всех физических и духовных сущностей, отрицательный аспект, двойника, относительные пути, истинное значение, песнь в космосе, текстуру ткани пространства, грань бытия, которые всегда существовали и будут существовать.


"Это шар," - сказал молодой Нордлинг по имени Веллег, что вызвало смешки у некоторых послушников помоложе, но большинство, и сам Сота Сил, нахмурились.


"Если уж ты дурак, то будь хоть забавным дураком, - проворчал чародей, а затем посмотрел на юную темноволосую Альтмерийскую девчушку, казавшуюся смущенной. - Лилата, а ты знаешь?"


"Это гроум, - неуверенно предположила Лилата. - То, что дреуг меффуют, когда им настает к-к-кр-кревиназим."


"Карвиназим, но все равно очень неплохо, - похвалил Сота Сил. - А теперь скажи мне, что это значит?"


"Не знаю," - призналась Лилата. Остальные ученики тоже покачали головами.


"Есть несколько уровней понимания всего сущего, - сказал Сота Сил. - Простой смертный смотрит на предмет и находит для него место в соответствии со своим образом мышления. Те, кто искушен в Древней Школе, в пути Псиджиков, Мистицизме, способны видеть предмет и определять его надлежащее предназначение. Но чтобы достичь понимания и отделить зерна от плевел требуется еще более глубокий уровень. Вы должны определить предмет по его роли и по истине в нем и истолковать его значение. В данном случае, этот предмет действительно гроум, что представляет собой субстанцию, образуемую дреуг, подводной расой, обитающей в северной и западной частях континента. Один год в жизни они претерпевают карвиназим, и в это время они выбираются на сушу и ходят по ней. А потом они возвращаются в воду и совершают мефф, то есть, переваривают кожу и органы, необходимые для жизни на суше. А потом они отрыгивают все это шарами, наподобие этого. Гроум. Отрыжка дреуг."


Ученики смотрели на шар, борясь с тошнотой. Сота Сил всегда любил этот урок.


4 Месяца Восхода, 2920

Имперский Град, Киродиил


"Шпионы, - пробормотал Император, сидя в ванной и уставившись на свои мозоли на ногах. - Кругом одни предатели да шпионы."


Его служанка Риджа мыла ему спину, обхватив ногами за талию. После стольких лет она знала, когда нужно быть просто чувственной, а когда страстной. Когда император пребывал в настроении, подобном нынешнему, требовалось успокоительная, умиротворяющая чувственность. И не говорить, пока он не задаст прямого вопроса.


Что он и сделал: "Как тебе это нравится: какой-то олух наступает на ногу нашему Императорскому Величеству и бормочет: "Сожалею, Ваше Императорское Величество" ? Не думаешь ли ты, что "Простите меня, Ваше Императорское Величество" было бы более уместно? "Сожалею!" - да это прозвучало почти так, словно этот аргонийский выродок сожалеет, что я до сих пор Императорское Величество. Будто надеется на наше поражение в войне с Морроувиндом - вот как это прозвучало."


"Что бы вас утешило? - спросила Риджа. - Почему бы вам не приказать его высечь? Он всего лишь, как вы говорите, Воевода Саулреста. Это научило бы его смотреть, куда ступает."


"Мой отец выпорол бы его. А мой дед убил бы, - проворчал Император. - Мне же все равно: пусть хоть все ноги оттопчут, только бы уважали. И не плели против меня заговоров."


"Вам нужно кому-то доверять."


"Тебе одной, - Император улыбнулся, слегка обернувшись, чтобы поцеловать Риджу. - Да, полагаю, моему сыну Джуилеку, хотя ему не помешало бы чуть больше осмотрительности."


"А ваш совет, а Владыка?" - спросила Риджа.


"Шайка соглядатаев и гадюк, - засмеялся Император, снова поцеловав служанку. Когда они предались любовным утехам, он прошептал: - Пока ты мне верна, я совладаю с целым миром."


13 Месяца Восхода, 2920

Морнхолд, Морроувинд


Турала стояла перед черными, украшенными драгоценными камнями воротами. Ледяной ветер завывал вокруг, но она ничего не чувствовала.


Герцог пришел в ярость, узнав, что его любимая служанка понесла, и прогнал ее с глаз долой. Она вновь и вновь пыталась встретиться с ним, но его стражи прогоняли ее. Наконец, она вернулась в семью и поведала им правду. Если бы только она солгала и сказала, будто не знает, кто отец ребенка! Солдат, бродячий актер - да кто угодно. Но она призналась, что отец - Герцог, член Дома Индорил. И они поступили так, как и полагалось гордым членам Дома Редоранов.


На ее руке был выжжен знак Изгнания - родной отец заклеймил ее, проливая слезы. Но гораздо больше ее ранила жестокость Герцога. Она смотрела то на ворота, то на обширные зимние равнины. Корявые, спящие деревья да небо без птиц. Никто теперь не возьмет ее во всем Морроувинде. Нужно уходить отсюда подальше.


И она отправилась в свой путь - медленной, скорбной поступью.


16 Месяца Восхода, 2920

Сеншаль, Анекина (в наши дни Эльсвейр)


"Что тебя беспокоит?" - спросила Королева Хасаама, заметив кислую мину супруга. В конце Дней Влюбленных он пребывал в отличном настроении, танцевал на балу со всеми гостьями, но сегодня ушел необычно рано. Когда она его нашла, он лежал, свернувшись, в постели, насупленный.


"Этот проклятая песнь барда, про Полидора и Элоизу, совершенно расстроила меня, - пожаловался он. - Зачем сочинять такие печальные песни?"


"Но разве она не правдива? Разве они не были обречены в силу жестокой природы этого мира?"


"Да неважно, в чем правда - он напакостил мне своей пакостной песней, и я не хочу, чтобы он делал это и впредь, - Король Дро-Зел соскочил с кровати. Его глаза слезились. - Так откуда, говорят, он заявился?"


"Кажется, из Гильвердейла, что на самом востоке Валленвуда, - сказала Королева, растерявшись. - Муж мой, что ты собираешься сделать?"


Дро-Зел выскочил из комнаты одним прыжком и побежал по ступеням наверх, в свою башню. Если бы Королева Хасаама знала, что собирается сделать ее муж, то не пыталась бы его остановить. В последнее время его настроение сделалось переменчивым, он стал подвержен вспышкам гнева и даже припадкам. Однако она не представляла себе всей глубины его безумия, равно как и ненависти к этому барду и его песне о злокозненности и порочности смертных.


19 Месяца Восхода, 2920

Гильвердейл, Валленвуд


"Послушай меня еще раз, - сказал старый плотник. - Если в ячейке три лежит никчемная медь, то в ячейке два - золотой ключ. Если в ячейке один лежит золотой ключ, то в ячейке три - никчемная медь. Если в ячейке два никчемная медь, то в ячейке один - золотой ключ."


"Я поняла, - сказал дама. - Вы мне объяснили. Итак, золотой ключ в ячейке один, верно?"


"Нет, - ответил плотник. - Начнем сначала."


"Мама?" - позвал маленький мальчик, дергая мать за рукав.


"Потерпи минутку, дорогой. Мама разговаривает, - сказала она, поглощенная головоломкой. - Вы сказали, что в ячейке три золотой ключ, если в ячейке два никчемная медь, верно?"


"Нет, - терпеливо возразил плотник. - В ячейке три никчемная медь, если в ячейке два --"


"Мама!" закричал мальчик. Его мать, наконец, оглянулась.


Яркая красная дымка накатывала на город волной, поглощая дом за домом. А перед ней шагал краснокожий великан. Даэдра Молаг Бал. Он улыбался.


29 Месяца Восхода, 2920

Гильвердейл, Валленвуд


Альмалексия остановила своего скакуна посреди огромного болота, чтобы дать ему напиться из реки. Тот отказался, даже будто отшатнулся от воды. Это показалось ей странным: они скакали от самого Морнхолда, и его наверняка мучила жажда. Она спешилась и присоединилась к своей свите.


"Где мы сейчас?" - спросила она.


Одна из дам ткнула в карту: "Думаю, мы приближаемся к городу под названием Гильвердейл."


Альмалексия закрыла глаза, но тут же вновь открыла их. Видение было невыносимо ярким. На глазах у спутников, она подобрала осколки кирпича и обломки кости и прижала их к сердцу.


"Скачем дальше на Артеум," - тихо приказала она.


Год перешел в Месяц Первоцвета.

 

Том 3: Месяц Первоцвета
 

15 Месяца Первоцвета, 2920

Каэр Сувио, Киродиил


С отличной позиции высоко в горах Император Риман III все еще мог видеть шпили Столицы, но он знал, что находится уже далеко от домашнего очага. Лорд Главиус обладал роскошнейшей виллой, но все же недостаточной для того, чтобы целая армия нашла приют в ее стенах. Палатки располагались по холмам, и солдаты теснились толпой, чтобы насладиться знаменитыми горячими источниками. Немного чудно - ведь в воздухе еще витал зимний морозец.


"Принц Джуилек, Ваш сын, чувствует себя нехорошо."


Когда Его Владычество Версидью-Шайе заговорил, Император подпрыгнул от неожиданности. Как этот Акавир мог ходить сквозь траву абсолютно бесшумно - Императору было непонятно.


"Могу поспорить, что он отравлен," - проворчал Риман. "Пошлите к нему целителя. Я говорил ему, чтобы завел себе дегустатора, вроде того, что есть у меня, но этот мальчишка так своеволен. Кругом сплошные лазутчики, я ведь знаю".


"Я полагаю, что Вы правы, Ваше Императорское Величество" - сказал Версидью-Шайе. "Времена, когда предательство царит вокруг, и обязательно нужно не допустить победы Морроувинда в войне, ни на поле битвы, ни более подлыми способами. Вот почему я крайне не советую Вам вести авангард в битву. Я понимаю, что Вам этого хотелось бы, подобно Вашему знаменитому предку и тезке Риману I, или Бразоллусу Дору, или Риману II, но я боюсь, что это будет безрассудством. Надеюсь, Вы не разгневаетесь на меня за прямоту".


"Нет" - кивнул Риман. "Я полагаю, что вы правы. Но кто в таком случае поведет авангард?"


"Я бы предложил Принца Джуилека, чувствуй он себя получше" - ответил Акавир. "Но раз так не получится, то предложу Сторига из Фарруна, Нагея Риверхолдская на левом фланге, а на правом - Воевода Улагт из Лилмота."


"Хаджиты на левом фланге и Аргониане на правом" - улыбнулся Император. "Никогда не доверял зверолюдям".


Его Владычество не обиделся. Он знал, что выражение "зверолюди" относится к исконно Тамриэльским расам, но не к Цаэски или Акавирам, подобным ему. "Я вполне согласен с Вашим Величеством, но и вы должны согласиться, что они ненавидят Данмеров. Улагт затаил на них злобу с тех пор, как начались эти рейды за рабами, инициированные Герцогом Морнхолда."


Император признал, что это так, и Его Владычество ушел. Странно, подумал Риман, но этот Владыка вызывает доверие. Хорошо, что он избрал правильную сторону.


18 Первоцвета, 2920

Альд Эрфуд, Морроувинд


"Как далеко находится имперская армия?" - спросил Вивек.


"В двух днях пути" - ответил Лейтенант. "Если мы будем идти всю ночь, то достигнем доминирующей позиции у Приай завтра с утра. Наша разведка докладывает, что Император командует арьергардом, Сториг из Фарруна руководит авангардом, Нагея Риверхолдская на левом фланге, а на правом - Воевода Улагт из Лилмота."


"Улагт" - прошептал Вивек, думая о чем-то. "Разведка надежна? Кто принес новость?"


"Человек из Бретона - наш шпион в стане врага" - сказал лейтенант и показал рукой на моложавого человека с песочными волосами, который тут же вышел и поклонился Вивеку.


"Как твое имя, и почему ты, бретонец, шпионишь против Киродиильцев?" - спросил Вивек с улыбкой.


"Кассир Уитни из Двиннена зовут меня" - ответил человек. "Я работаю на вас потому, что не каждый сможет похвастаться, что шпионил для бога. И я еще полагаю, что это выгодное предприятие".


Вивек рассмеялся - "Да, это так, твои сведения верны".


19 Первоцвета, 2920

Бодрумс, Морроувинд


Тихое сельцо Бодрумс склонилось над извилистой рекой Приай. Это было пасторальное местечко, слегка заросшее деревцами там, где вода образовывала водоворот за крутым обрывом на востоке и перед зеленым лугом на западе. Странные растения Морроувинда встречались здесь со странными растениями Киродиила, притом и те и другие росли пышно.


"Будет время поспать, как только закончишь!"


Солдаты слышали это уже все утро. Не хватало того, что они маршировали всю ночь, теперь они рубили деревья на обрыве, проклиная внезапный разлив реки. Многие из них пришли уже в то состояние, когда слишком устаешь, чтобы жаловаться.


"Позвольте мне объяснить то, что я понял, милорд" - произнес лейтенант Вивека. "Мы займем обрыв, и будем стрелять в них сверху вниз подожженными стрелами. Вот почему нужно, чтобы деревья были расчищены. Плотина на реке нужна для того, чтобы они шли по грязи, и это замедлит их продвижение."


"Ровно половина плана" - одобрительно произнес Вивек. Он схватил за плечо одного из солдат, который руководил перетаскиванием деревьев. "Погоди, мне нужно кое- что - берите самые большие ветви деревьев и обтачивайте их наподобие копий. Бери сотню в подчинение - за несколько часов должны справиться".


Солдат побежал выполнять приказ немедленно. Мужчины и женщины приступили к работе, обтачивая ветви.


"Гм, если вы не против, я спрошу, милорд" - замялся лейтенант. "Солдатам больше не нужно оружия. Они уже порядком устали таскать то, что на них".


"Эти копья не для солдат" - заметил Вивек и прошептал: "Чем больше они устанут, тем больше у них шансов хорошо выспаться сегодня ночью". После чего отправился наблюдать за работой.


Было важно, чтобы копья были остры, но еще важнее - чтобы они были правильно обточены и сбалансированы. Отлично подходила пирамидальная, но только не коническая форма острия. Он заставил солдат бросать изготовленные копья, чтобы проверить их балансировку, остроту и прочность. Те, чьи копья ломались, садились делать новые. Довольно быстро, несмотря на всеобщую усталость, они научились делать приличные деревянные копья. Как только они закончили, он показал им, что делать с копьями.


В эту ночь не было ни прощальных попоек перед битвой, ни нервных молодых солдат, куражащихся и одновременно боящихся завтрашнего дня. На восходе солнца все спали так крепко, как только могли, за исключением, конечно, часовых.


20 Первоцвета, 2920

Бодрум, Морроувнид


Мирамор устал. Последние шесть дней он играл в кости и распутничал по ночам, а днем маршировал. Он хотел, чтобы битва поскорее началась - по крайней мере, после нее можно будет передохнуть. Он находился в арьергарде, под командованием Императора, что было просто отлично, так как давало шанс выжить в бою. С другой стороны, приходилось тащиться среди грязи и отбросов, которые армия оставляла за собой.


Пересекая цветущее поле, Мирамор и его соратники начали вязнуть в холодной грязи. Было трудно просто идти вперед, не говоря уже о темпе. Далеко впереди они видели авангард, ведомый Лордом Сторигом, выходящий с луга к подножью обрыва.


Вот тогда-то все и началось.


На вершине обрыва появилась армия Данмеров, возникшая, казалось, ниоткуда, как Даэдры, и обрушила потоки горящих стрел на авангард имперцев. Внезапно, группа всадников с флагом Герцога Морнхолда проскакала по берегу реки, и скрылась в роще на востоке, через которую протекала река возле отмели. Воевода Улагт, оказавшийся неподалеку, зарычал, требуя отмщения, и устремился в погоню. Королева Нагея направила свое войско через брод, чтобы перехватить армию, стоящую на обрыве.


Император ничего не мог поделать. Его отряды слишком увязли в грязи, чтобы стремительно прорваться к месту событий. Он приказал развернуться к лесу, чтобы отразить возможную атаку людей Герцога Морнхолда из засады. Они так и не появились, но большая часть императорских войск, развернутая в оборонительный порядок, так и простояла лицом к лесу всю битву, попросту потеряв время. Взгляд Мирамора был прикован к обрыву.


Высокий Данмер, предположительно Вивек, подал знак, и боевые маги Данмерского войска обрушили свою мощь на что-то, находившееся к западу. Из того, что произошло потом, Мирамор заключил, что это была дамба. Огромный водный вал вырвался на волю, смешав авангард и левый фланг Нагеи, и унес их всех вниз по течению, к востоку.


Император помешкал, как будто ожидал, что исчезнувшая армия вдруг вернется, и отдал приказ об отступлении. Мирамору пришлось прятаться в тростниках, пока они не ушли, и тогда он тихо перебрался на сторону обрыва.


Армия Морроувинда отступала к лагерю. Он мог ясно слышать их восторженные голоса, пока пробирался вдоль берега. К востоку он видел имперскую армию. Их смыло прямо на копья, воткнутые поперек течения реки, они все оказались там, и левый фланг Нагеи, и авангард Сторига, и правый фланг Улагта, сотни тел, развешенные как бусы.


Мирамор собрал с тел все ценное, что мог найти, и пошел вниз по реке. Ему пришлось пройти несколько миль, пока он не увидел реку, чистую от крови.


29 Первоцвета, 2920

Хегаз, Хаммерфелл


"Вам письмо из Столицы"- сказала главная жрица, передавая пергамент Корде. Все молодые жрички улыбались с застывшими лицами, но правда состояла в том, что сестра Корды, Риджа, писала очень часто.


Корда вышла с письмом в сад, любимое ее место, оазис посреди одноцветно-песочного мира консерваториума. Письмо само по себе не содержало ничего необычного: дворцовые сплетни, сведения о последней моде на темно-винного цвета бархат, и рассказы об усиливающейся паранойе Императора.


"Тебе так повезло, что ты находишься вдали от этого кошмара" - писала Риджа. "Император приписал свои последние неудачи на поле брани работе шпионской сети при дворе. Он даже меня допрашивал. Руптга клянется, что не желает тебе жизни, полной подобных развлечений."


Корда прислушалась к шуму природы и пожелала себе как раз обратного.


А год продолжился - Месяцем Дождя.


Том 4: Месяц Дождя
 


3 Месяц Дождя, 2920

Холодная Гавань, Забвение


Сота Сил шел так быстро как только мог по почерневшим залам дворца, наполовину заполненным солоноватой водой. Повсюду вокруг него, мерзкие студенистые существа скрывались в тростниках, вспышки белого огня освещали верхние своды зала, прежде чем исчезнуть, и запахи нахлынули на него, вонь гнили и смерти в одно мгновенье сменялось ароматом цветов. Несколько раз он посещал принцев Даэдра в их Забвении, но всякий раз его ждало нечто другое.


Он знал свою цель, и не отвлекался ни на что.


Восемь наиболее видных принцев Даэдра ожидали его в наполовину растаявшей, куполообразной комнате. Азура, Принц Рассвета и Заката; Боэта, Принц Полей; Херма-Мора, Даэдра Знания; Хиркин, Охотник; Малакат, Бог Проклятий; Мехрун Дагон, Принц Разрушения; Молаг Бал, Принц Гнева; Шигорат, Безумный.


Небо отбрасывало измученные тени на собрание.


5 Месяц Дождя, 2920

Остров Артеум, Саммерсет


Голос Сота Сил прозвучал из пещеры, раскатываясь эхом, "Сдвиньте камень!"


Ему немедленно подчинились, откатывая огромный валун, закрывающий вход в Пещеру Грез. Сота Сил вошел, его усталое лицо было измазано пеплом. Ему казалось, что он отсутствовал месяцы, годы, но прошло только несколько дней. Лилата взяла его за руку, чтобы помочь ему идти, но он отказался от ее помощи, с доброй улыбкой покачав головой.


"У тебя ... получилось?" спросила она.


"Принцы Даэдра, с которыми я говорил, согласились на наши условия," просто сказал он. "Бедствия, подобные тем, что выпали Гильвердейлу, должны быть предотвращены. Только через некоторых посредников вроде ведьм или чародеев они ответят на зов людей и мер."


"А что ты пообещал им взамен?" спросил Веллег, мальчик из нордлингов.


"Сделки, которые мы заключаем с Даэдра," сказал Сота Сил, направляясь ко дворцу Яхезиса, чтобы встретиться с Главой Ордена Псиджик. "Не должны обсуждаться с невинными."


8 Месяц Дождя, 2920

Имперский Город, Киродиил


Гроза врывалась в окна спальни Принца, принося запах влажного воздуха, который смешивался с ароматами ладана и трав от курильниц.


"Прибыло письмо от Императрицы, вашей матушки," сказал курьер. "С тревогой расспрашивает о вашем здоровье."


"До чего же у меня беспокойные родители!" засмеялся принц Джуилек с кровати.


"Матери всегда беспокоятся, это для них обычное дело," промолвил Савириен-Чорак, сын Потентата.


"В моей семье все необычно, Акавир. Моя мать-изгнанница боится, что отец подумает, будто я - предатель, рвущийся к власти, и отравит меня," Принц в раздражении откинулся на подушки. "Император настаивает, чтобы у меня был дегустатор, как и у него."


"Повсюду интриги," согласился Акавир. "Вы были в постели уже почти три недели, а все лекари империи ходили здесь, как в бальном танце. По крайней мере, все видят, что вы становитесь сильнее."


"Надеюсь, достаточно сильным, чтобы вскоре возглавить поход армии на Морроувинд," сказал Джуилек"


11 Месяца Дождя, 2920

Остров Артеум, Саммерсет


Посвященные стояли в ряд вдоль арбор логгиа, наблюдая как длинный, глубокий, отделанный мрамором ров перед ними вспыхнул огнем. Воздух над ним колыхался жаркими волнами. Хотя каждый держал себя в руках и на их лицах не было и следа эмоций, как и должно быть у истинных Псиджиков, их ужас был почти так же осязаем, как и жара. Сота Сил закрыл глаза и пробормотал заклинание противостояния огню. Медленно, он перешел через ров, наполненный пламенем, и вскарабкался на другую сторону, невредимый. Даже его белые одежды не были обожжены.


"Заклинание усиливается энергией, которая зависит от уровня ваших знаний, как и все остальные заклинания," сказал он. "Все зависит от вашего воображения и вашей воли. Вам не нужны заклинания противостояния воздуху, или цветам, и после того, как вы использовали это заклинание, вы должны забыть о том, что вам вообще нужно заклинание, чтобы огонь не причинил вам вреда. Но не думайте: противостояние не значит игнорирование реальности огня. Вы почувствуете пламя, его природу, его голод, и даже его жар, но будете знать, что оно не может вам повредить."


Ученики один за другим читали заклинание и проходили сквозь огонь. Некоторые даже брали пламя в руки и давали ему воздуха, и оно увеличивалось как пузырь, а потом стекало по их пальцам. Сота Сил улыбнулся. Они замечательно боролись со своим страхом.


Главный Инспектор Таргаллит выбежал из арки, "Сота Сил! Альмалексия прибыла на Артеум. Яхезис послал меня за тобой."


Сота Сил повернулся к Таргаллиту только на мгновенье, но немедленно понял что случилось, услышав крики. Нордлинг Веллег неправильно прочел заклинание и загорелся. Запах паленой плоти напугал остальных учеников, которые старались выбраться из рва, и тащили его с собой, но склон был слишком крутым, чтобы вылезти. Взмахом руки Сота Сил погасил пламя.


Веллег и несколько других учеников были обожжены, но не слишком сильно. Чародей прочитал исцеляющее заклинание, прежде чем повернуться к Таргаллиту.


"Я скоро приду, а пока у Альмалексии будет время привести себя в порядок с дороги," Сота Сил повернулся к ученикам и ровным голосом сказал: "Страх не разбивает заклинание, но сомнения и неловкость - величайшие враги любого волшебника. Мастер Веллег, упакуйте свои вещи. Я договорюсь, чтобы вас отвезли на материк завтра утром."


Чародей нашел Альмалексию и Яхезиса в кабинете, они пили горячий чай и смеялись. Она была еще красивее, чем он помнил, хотя никогда прежде он не видел ее такой растрепанной; завернувшись в одеяло, она сушила свои длинные черные локоны перед огнем. Когда Сота Сил подошел, она вскочила на ноги и обняла его.


"Ты проплыла весь путь от Морроувинда?" улыбнулся он.


"От Скайуотча на всем побережье идет ужасный ливень," объяснила она, улыбнувшись в ответ.


"Только пол-лиги пути, и здесь никакого дождя," гордо заявил Яхезис. "Конечно, я порой скучаю по Саммерсету, и даже по материку. Все же, я восхищаюсь теми, кто что-то может сделать там. Там слишком много отвлекающего. Кстати об отвлекающем, что это за вести о войне?"


"Вы имеете в виду ту, которая заливает кровью континент уже последние восемьдесят лет, Учитель?" спросил Сота Сил с усмешкой.


"Полагаю, именно о ней я и говорил," сказал Яхезис, пожав плечами. "Как идет война?"


"Мы проиграем ее, если я не смогу убедить Сота Сил покинуть Артеум," сказала Альмалексия, сбрасывая улыбку. Она хотела подождать и поговорить со своим другом наедине, но старик Альтмер подтолкнул ее к началу разговора. "У меня были видения, я знаю что так и случится."


Сота Сил помолчал немного, и посмотрел на Яхезиса. "Я должен вернуться в Морроувинд."


"Если уж ты должен что-то сделать, ты так и сделаешь," вздохнул старый Учитель. "Псиджики не должны отвлекаться. Бушуют войны, Империи появляются и исчезают. Ты должен идти, и мы тоже."


"О чем вы, Яхезис? Вы покидаете остров?"


"Нет, остров покидает море," проговорил Яхезис с мечтательными интонациями. "Через несколько лет, туманы нахлынут на Артеум и мы исчезнем. Мы по природе советники, а в Тамриэле много советников. Нет, мы уйдем, и вернемся, когда снова понадобимся земле, быть может в следующей эпохе."


Старый Альтмер с трудом поднялся на ноги и допил свое питье, прежде чем оставил Сота Сил и Альмалексию одних: "Не пропусти последний корабль."


А год продолжается Месяцем Сева.


Том 5: Месяц Сева
 


10 Месяца Сева, 2920

Столица, Киродиил


"Ваше императорское Величество" - начал Его Владычество Версидью-Шайе, открывая дверь в свою комнату с улыбкой на устах. "Я Вас в последнее время не видел. Я полагал, что вы... вероятно, занемогли, вместе с прекрасной Риджей."


"Она принимает грязевые ванны в Мир Корруп" - с тоской ответил Император Риман III.


"Входите же."


"Я уже дошел до того, что могу доверять только трем людям на свете: тебе, моему Принцу и Риджа" - несчастным голосом заметил Император. "Весь мой совет - это просто шпион на шпионе."


"А в чем состоит дело, приведшее Вас сюда?" - спросил Его Владычество Версидью-Шайе с сочувствием, задергивая толстую портьеру. Все звуки, доносившиеся снаружи, немедленно исчезли, как шаги по мраморному полу, так и пение птиц в садах.


"Мне удалось узнать, что знаменитая отравительница, Ормийская женщина из Чернотопья, по имени Катчика была вместе с армией в Каэр Сувио, где мы стояли лагерем, когда мой сын был отравлен, до битвы при Бодруме. Я уверен полностью, что она собиралась убить меня, но, вероятно, возможность ей не представилась" - Император был вне себя. "А совет требует доказательств ее участия в этом деле, до того, как мы вынесем приговор".


"Конечно же, именно так" - задумчиво произнес Его Владычество. "Если кто-то из них замешан, так это вполне естественно. У меня идея, Ваше Императорское Величество".


"Да?" - нетерпеливо прервал его Риман. "Излагай!"


"Скажите Совету, что Вы закрываете это дело, и я вышлю гвардейца, чтобы проводить Катчику, а заодно и проследить за ней. Так мы сможем понять, кто ее союзники, и быть может, осознаем истинные масштабы заговора против Вашего Величества".


"Да" - довольно рыкнул Риман. "Таков и будет общий план. Мы проследим за всей сетью, к кому бы она ни вела".


"Несомненно, Ваше Императорское Величество" - улыбнулся Владыка, освобождая портьеру, чтобы Император мог выйти. В холле снаружи оказался сын Версидью-Шайе, Савириен-Чорак. Мальчик поклонился Императору, перед тем, как войти в покои отца.


"У вас неприятности, отец?" прошептал мальчик- Акавири. "Я слышал, что Императору стало известно про эту, забыл, как зовут, отравительницу".


"Величие ораторского искусства, мальчик мой" - сказал Версидью-Шайе сыну, "...состоит в том, чтобы говорить людям то, что они хотят слышать, и тогда они будут исполнять точно то, что им полагается делать. Я хочу, чтобы ты отнес письмо Катчике, и довел до ее сведения то, что если она в точности не последует инструкциям, она будет рисковать своей жизнью, значительно больше, чем мы".


13 Месяца Сева 2920

Мир Корруп, Киродиил


Риджа роскошно опустилась в горячий, пузырящийся источник, чувствуя, как ее кожа горит, как будто ее каждую секунду касаются тысячи маленьких угольков. Каменный уступ над головой укрывал ее от моросящего дождя, но солнечный свет, падающий под углом, свободно проникал через ветви и листья деревьев. Это был идиллический момент в идиллической жизни, и когда она закончила, она точно знала, что ее красота полностью восстановится. Все, что ей было нужно - это несколько глотков воды. Вода из купальни, хоть пахла превосходно, на вкус отдавала мелом.


"Воды!" - закричала она своим слугам. "Воды, прошу вас!"


Мрачная женщина с повязкой на глазах подбежала к ней и протянула бурдюк с водой. Риджа чуть не расхохоталась от осознания преувеличенной добродетельности этой женщины - сама она нисколько не стеснялась своей наготы... но потом заметила через щель в повязке, что у женщины вовсе нет глаз. Она, должно быть, была из племени Орма, о котором Ридже рассказывали, но раньше она с ними не встречалась. Рожденные без глаз, они превосходили прочих остротой других своих чувств. Она подумала, что Владыка Мир Коррупа держит при себе очень экзотических слуг.


Но через минуту женщина уже скрылась из виду и была забыта. Риджа обнаружила, что ей очень сложно концентрировать свое внимание на чем-либо, кроме воды и солнца. Она вскрыла пробку, но почуяла, что жидкость внутри имеет очень странный, металлический запах. Внезапно, она почувствовала, что она не одна.


"Леди Риджа" - сказал капитан Имперской Гвардии. "Я вижу, вы уже познакомились с Катчикой?"


"Никогда о ней раньше не слышала" - пробормотала Риджа, еще до того, как начала негодовать. "Что вы делаете здесь? Мое тело не предназначено, чтобы на него плотоядно пялились."


"Никогда не слышали о ней, и тем не менее виделись с ней несколько минут назад..." - произнес капитан, поднимая бурдюк, и нюхая содержимое. "Она принесла вам белесый ихор, не так ли? Чтобы отравить Императора?"


"Капитан" - сказал подбежавший гвардеец. "Мы не смогли найти Аргонианку. Она как будто растворилась в лесу".


"Да, это им неплохо удается" - заметил капитан. "Но это уже неважно. Мы узнали, с кем она связана при дворе. Его Императорское Величество будет доволен. Взять ее".


Когда стражники поволокли извивающееся голое тело из бассейна, она закричала: "Я невинна! Я не знаю о чем вы, но я ничего не сделала! Император отрубит вам головы!"


"Да, наверное" - улыбнулся капитан. "Но только в том случае, если он вам поверит".


21, Месяц Сева 2920

Гидеон, Чернотопье


Таверна Свинья и Стервятник была одним из тех удаленных местечек, которые Зуук обожал за атмосферу. Кроме него и его напарника, в таверне были только несколько старых морских волков в затененном кабинете, и они уже почти отключились, перепившись, естественно, не обращая ни на что внимания. Грязь, въевшуюся в пол, можно было ощутить при ходьбе, даже без единого взгляда. Облака пыли повисли в воздухе, неподвижно выделяя солнечные лучи.


"Ты опытен в бою?" спросил Зуук. "Награда хороша для этого предприятия, но риск также высок".


"Конечно, у меня есть практика" - надменно ответил Мирамор. "Я дрался в битве при Бодруме всего два месяца назад. Если вы сделаете все как надо, и Император поедет через Перевал Дожза в назначенный день и при минимальном эскорте, я сделаю то, что нужно. Только нужно быть уверенным, что он не маскируется ни под кого. Я не собираюсь убивать всех караванщиков в округе просто на тот случай, что один из них окажется Императором Риманом".


Зуук улыбнулся, и Мирамор увидел отражение самого себя в широком лице Котринги. Он выглядел точно так, как и должен был выглядеть сам Мирамор: полностью уверенным в себе профессионалом.


"Пойдет" - коротко сказал Зуук. "И тогда ты получишь остальное золото."


Зуук поставил большую шкатулку на стол. И встал.


"Подожди несколько минут перед выходом" - произнес он. "Я не хочу, чтобы ты пошел за мной. Твои наниматели хотят сохранить анонимность, на тот случай, если ты попадешься, и тебя станут пытать".


"Прекрасно" - сказал Мирамор, заказывая еще грога.


Зуук проскакал по искривленным и узеньким улочкам Гидеона, и был рад выбраться за город - как и его лошадь. Главная дорога в замок Гиовез была запружена народом, как и всегда весной, но Зуук знал, как срезать путь по холмам. Быстро проскакав под деревьями, с веток которых свисал мох, и миновав предательские скользкие камни, он прибыл в замок всего через два часа. Не теряя времени, он взлетел по ступенькам в комнату Тавии, на самый верх высокой башни.


"Каково твое впечатление?" спросила Императрица.


"Он дурак" - ответил Зуук. "Но для этого поручения он как раз подойдет".


30 Месяца Сева, 2920

Крепость Тюрзо, Киродиил


Риджа кричала, и кричала, и кричала вновь. В ее камере у нее не было большой аудитории - только тяжелые каменные глыбы, поросшие мхом, но еще вполне крепкие. Стража снаружи была глуха к ее мольбам, как глуха она бывает ко всем заключенным. Император, находившийся за много миль в Столице, был тоже глух к ее заверениям в собственной невиновности.


Но она все равно кричала, будучи даже в уверенности, что ее никто не услышит.


31 Месяца Сева, 2920

Перевал Кавас Рим, Киродиил


Уже прошло много дней, если не недель, с тех пор, как Турала видела лицо человека - Киродиила или же Данмера. Пока она шла по дороге, она размышляла - как странно, что такое необжитое место, как Киродиил, стало самым сердцем Империи - Имперской Провинцией. Даже леса Босмер в Валленвуде были более населены, чем леса в Сердце материка.


Она вспоминала. Месяц или два назад она пересекла границу Морроувинда и вошла в Киродиил? Тогда было очень холодно, холоднее, чем сейчас, но тогда она еще чувствовала ток времени. Стражи на границе были бесцеремонны, но когда при ней не нашли оружия, они согласились ее отпустить. С тех пор, она видела несколько караванов, даже несколько раз ужинала со странниками на их привалах, но не встретила никого, кто мог бы подвезти ее в город.


Турала распахнула шаль, потом закуталась поплотнее. В какой-то момент ей показалось, что кто-то есть сзади, и она обернулась. Никого. Только какая-то птица раскачивалась на ветке, производя звуки, похожие на смех.


Она прошла еще немного, потом остановилась. Что-то происходило. Ребенок в ее животе вел себя неспокойно, но спазм чем-то отличался от обычного. Со стоном она повалилась на край дороги, сжавшись на траве бесформенным комком. Ее ребенок хотел в мир.


Она лежала на спине и тужилась, но ничего не видела из-за слез боли и обиды. Как дошла она до этого? Рожает здесь, в глуши, беспомощная, рожает ребенка, отцом которого является Герцог Морнхолда? Ее крик боли и ярости согнал птиц с окрестных деревьев.


Птица, которая смеялась на ветке, слетела на дорогу. Она моргнула, и птица пропала. На ее месте стоял обнаженный эльф, не такой темный, как Данмер, но и не такой светлый, как Альтмер. Она поняла, что это - Айлейд, Дикий Эльф. Турала закричала, но он держал ее крепко. После нескольких минут борьбы она почувствовала облегчение и потеряла сознание.


Когда она проснулась, первое, что она услышала, был крик ребенка. Он оказался вымыт и лежал рядом с ней. Турала подняла новорожденную девочку, и в первый раз за этот год слезы радости побежали по ее лицу.


Она подняла глаза к деревьям и прошептала: "Спасибо", взяла ребенка на руки и побрела по дороге на запад.


А год продолжился - Месяцем Середины Года.


Том 6: Месяц Середины Года
 


2-й день месяца середины года, год 2920-й

Балмора, Морроувинд


"Императорская армия собралась на юге", - сказал Кассир. "Они на расстоянии двухнедельного перехода до Альд Ювала и озера Коронати. Они очень хорошо вооружены".


Вивек кивнул. У Альд Ювал есть город побратим на другой стороне озера Альд Малак. Эти два города были очень важными стратегическими крепостями. Он ожидал, что враг двинется на них. Его капитан развернул карту юго-западного Морроувинда и придержал ее рукой, заслоняя от порыва легкого летнего ветерка, ворвавшегося в открытое окно.


"Хорошо вооружены, говоришь?" - спросил он капитана.


"Да, сэр", - сказал Кассир. "Они разбили лагерь рядом с Бетал Греем в Хартленде, я видел там эбонитовые доспехи, гномскую броню, а также доспехи даэдр, отличное оружие и осадные орудия".


"А маги и корабли?" - спросил Вивек.


"Целая орда боевых магов", - ответил Кассир. "Но кораблей нет".


"Раз они так тяжело вооружены, то им потребуется примерно две недели, как ты и сказал, чтобы добраться от Бетал Грея до озера Коронати", - Вивек внимательно изучал карту. "Они утонут в болотах, если попытаются обойти Альд Марак с севера, поэтому они пройдут по проливу вот здесь и захватят Альд Ювал. Потом они обогнут озеро с восточной стороны и атакуют Альд Марак с юга".


"Они будут уязвимы в проливе", - сказал капитан. "Особенно если мы ударим, когда они пройдут уже больше половины пути и не смогут отступить в Хартленд".


"Данные разведки еще раз помогли нам", - сказал Вивек, улыбаясь Кассиру. "Мы снова отобьем нашествие Империи".


3-й день месяца середины года, год 2920-й

Бетал Грей, Киродиил


"После победы назад вы пойдете тем же путем?" - спросил лорд Бетал.


Принц Джуйлек не обратил на него внимания. Он наблюдал за сворачиванием лагеря. Сегодня утром в лесу было прохладно, но облаков не было. Все признаки того, что переход будет очень трудным, особенно в таких тяжелых доспехах.


"Если мы вернемся быстро, это будет значить, что мы проиграли", - сказал Принц. Он видел, как Командующий Версидью-Шайе расплачивается за деревенскую еду, вино и девушек. Армия требовала много денег.


"Мой принц", - сказал лорд Бетал. "Ваша армия начинает марш на восток? Таким путем вы попадете прямо к берегам озера Коронати. Чтобы попасть к проливу, вы должны пойти на юго-восток".


"Побеспокойтесь о том, чтобы с торговцами честно расплатились", - ухмыльнулся Принц. "Предоставьте мне беспокоиться о том, куда идет моя армия".


16-й день месяца середины года, год 2920-й

Озеро Коронати, Морроувинд


Вивек смотрел на голубую поверхность озера, видя в ней свое отражение и отражение своей армии. Но он не видел отражения императорской армии. Им пора уже добраться до пролива, пройдя через густые леса. Высокие тонкие деревья на озере загораживали ему вид на пролив, но армия, да и даже один отряд в тяжелых доспехах, не может двигаться тихо и незаметно.


"Дай мне еще раз взглянуть на карту", - сказал он своему капитану. "Неужели они больше нигде не могут пройти?"


"У нас посты по болотам на случай, если у них хватит глупости сунуться туда и утонуть", - сказал капитан. "Мы бы узнали об этом. Через озеро можно перейти только по проливу".


Вивек снова посмотрел на свое отражение. Оно смеялось над ним. Затем он снова посмотрел на карту.


"Шпион", - позвал Вивек Кассира. "Когда ты сказал, что с ними орда боевых магов, почему ты был уверен, что это именно боевые маги?"


"На них были белые одежды с таинственными знаками", - объяснил Кассир. "Я подумал, что это маги, а зачем еще такой ораве путешествовать с армией? Не могли же они все быть лекарями".


"Ты идиот!" - заорал Вивек. "Это же мистики из школы Изменения. Они прочитали заклинание "Дыхание под водой" на всю армию".


Вивек побежал к точке, откуда он мог посмотреть на север. На другой стороне озера, хоть и тенью на горизонте, но можно было различить огни сражения, идущего в Альд Мараке. Вивек взревел от гнева, и его капитану пришлось немедленно составлять маршрут вокруг озера, чтобы подойти на защиту крепости.


"По возвращении в Двиннен", - сказал Вивек Кассиру, прежде, чем отправиться на битву. "твои услуги уже не будут меня интересовать".


Когда армия Морроувинда подошла к Альд Мараку, было уже слишком поздно. Город был занят Императорской армией.


19-й день месяца середины года, год 2920-й

Столица, Киродиил


Главнокомандующий въехал в Столицу под звук труб, люди на улицах приветствовали его как символ взятия Альд Марака. По правде говоря, собралась бы гораздо большая толпа, если приехал Принц, и Версидью-Шайе знал это. Но все равно было очень приятно. Раньше никогда жители Тамриэля не приветствовали Акавири при въезде в город.


Император Реман III тепло приветствовал его, а затем углубился в чтение письма, которое он привез от Принца.


"Я не понимаю", - сказал император, все еще радуясь, но смущенно. "Вы прошли под озером?"


"Альд Марак - очень хорошо защищенная крепость", - объяснил Главнокомандующий. "Армии Морроувинда поняли это, так как теперь они должны ее брать. Чтобы захватить эту крепость, мы должны были атаковать внезапно и при этом быть одетыми в самую прочную броню. Наложив на армию заклинание, которое позволяет дышать под водой, мы смогли передвигаться гораздо быстрее, чем думал Вивек. Под водой веса доспехов не ощущается. Мы напали со стороны озера, с запада, именно там крепость защищена хуже всего".


"Великолепно!", - воскликнул Император. "Ты гениальный тактик, Версидью-Шайе! Если бы твои отцы были такими же, как ты, Тамриэль был бы провинцией Акавири!"


Главнокомандующий не хотел, чтобы его хвалили за план, который на самом деле придумал Принц Джуйлек, но во время речи Императора, когда он упомянул о неудачной попытке вторжения, которая состоялась двести шестьдесят лет назад, он передумал. Он скромно улыбался и принимал благодарности.


21-й день месяца середины года, год 2920-й

Альд Марак, Морроувинд


Савириен-Чорак подошел к стене и смотрел в бойницу на то, как армия Морроувинда подходит к лесам, которые находились между болотами и крепостью. Сейчас был идеальный момент для атаки. Можно было сжечь леса, а вместе с ними и всю армию. Если захватить Вивека, может быть, враг без боя сдаст и Альд Ювал. Он сказал об этом Принцу.


"Кажется, ты забываешь", - рассмеялся принц Джуйлек. "Я дал свое слово, что никто из армии противника не пострадает во время переговоров. Вы забываете о чести во время войны в Акавире?"


"Мой принц, я родился в Тамриэле и никогда не был у себя на родине", - ответил змеечеловек. "Но все равно, мне вас не понять. Вы не ждали от меня пощады, когда мы сражались на Арене пять месяцев назад, и я вас не щадил".


"Ну, это была игра", - ответил принц прежде чем кивнуть слуге, чтобы он пропустил военачальника данмеров.


Джуйлек никогда не видел Вивека, но слышал, что это бог во плоти. Однако перед ним появился обычный человек. Красивый, сильный, с умным лицом, но все же простой человек. Принц был доволен; с человеком он мог разговаривать, а вот с богом - вряд ли.


"Приветствую тебя, мой достойный противник", - сказал Вивек. "Похоже, мы в тупике".


"Не обязательно", - сказал Принц. "Вы не хотите отдавать нам Морроувинд, и я не могу винить вас за это. Но побережье должно быть моим, чтобы защитить Империю от нападения с моря. Также нам нужны несколько ключевых пограничных крепостей, таких как эта, а также Альд Умбейл, Тель Арун, Альд Ламбази и Тель Мотивра".


"А что взамен?" - спросил Вивек.


"Взамен?" - рассмеялся Савириен-Чорак. "Вы забываете, что мы победители, а не вы".


"Взамен", - спокойно сказал принц Джуйлек. "Империя никогда не будет нападать на Морроувинд, если только и вы в свою очередь не будете нападать на Империю. От постороннего вторжения вас будет защищать Императорский флот. Вы можете расширить свои владения, захватив несколько государств в Чернотопье, если только на них не распространяются интересы Империи".


"Разумное предложение", - сказал Вивек после небольшого раздумья. "Прошу меня простить, я не привык, когда Киродиилы предлагают что-то взамен того, что они берут. Можно мне подумать несколько дней?"


"Встретимся через неделю", - сказал Принц, улыбаясь. "А пока, если вы на нас не нападете, будем жить в мире".


Вивек покинул Принца с ощущением того, что Альмалексия была права. Война заканчивалась. Принц будет замечательным Императором.


И наступил месяц Солнцеворота.


Том 7: Месяц Солнцеворота
 


4 Солнцеворота, 2920

Имперский Град, Киродиил


Император Риман III и его Владычество Версидью-Шайе совершали прогулку в Имперских Кущах. Северные сады, украшенные изваяниями и фонтанами, услаждают дух Императора, равно как и прохладнейшее укрытие в Городе посреди летнего зноя. Незатейливые, выстроенные ярусами клумбы с серо-голубыми цветами и зеленью окружали их со всех сторон.


"Вивек принял условия мира от Принца, - сказал Риман. - Мой сын возвратится, не минет и двух недель."


"Превосходная весть, - осторожно заметил Владыка. - Надеюсь, Данмеры будут чтить условия. Мы могли бы попросить и большего. Крепость Черные Врата, к примеру. Но, полагаю, Принц знает, что разумно. Он не станет вредить Империи всего лишь ради мира."


"Намедни я думал о Ридже и о том, что побудило ее злоумышлять супротив меня, - сказал Император, остановившись, чтобы полюбоваться статуей Плененной Королевы Алезии, а затем продолжил: - И единственная причина, которая приходит мне на ум, в том, что она тоже чрезмерно обожала моего сына. Она могла любить меня за власть и силу, но все же он юн, пригож и когда-нибудь наследует мой трон. Должно, она решила, что когда смерть настигнет меня, ей достанется Император, обладающий и властью, и молодостью."


"Принц... был ли он вовлечен в этот заговор?" - спросил Версидью-Шайе. Непросто было играть в эту игру, ибо никто не знал, кто падет следующей жертвой мнительности Императора.


"О нет, не думаю, - молвил Риман с улыбкой. - Нет, его сыновняя любовь весьма крепка."


"А известно ли тебе, что Корда, сестра Раджи, состоит послушницей в консерваториуме Морвы, что в Хигате?" - спросил Владыка.


"Морва? - озадачился Император. - Я подзабыл: а что это за божество?"


"Се страстная богиня плодородия Йокуданов, - ответил Владыка. - Но не чересчур страстная, в отличие от Дибеллы. Скромна, но, безусловно, чувственна."


"Я устал от страстных женщин. И Императрица, и Риджа - все они слишком страстны, а алчущие любви взалкают власти, - Император пожал плечами. - Но жрица-послушница, коей не чужды плотские влечения, - это мне по сердцу. А что ты говорил о Черных Вратах?"


6 Солнцеворота, 2920

Крепость Турзо, Киродиил


Риджа стояла безмолвно и смотрела в холодный каменный пол, пока Император говорил. Никогда прежде не видел он ее столь бледной и безрадостной. Могла тешиться уже тем, что обрела свободу и возвращалась в родные земли. Что ж, коль она отправится в путь тотчас, то еще поспеет в Хаммерфелл к Празднику Торговли. Казалось, ничто из сказанного им не находило отклика в ее душе. Казалось, полтора месяца заточения в Крепости Турзо сломили ее дух.


"Я подумывал о том, - сказал, наконец, Император, - чтобы взять твою младшую сестру Корду во дворец на время. Полагаю, она предпочла бы двор консерваториуму в Хигате, а ты как считаешь?"


Наконец-то хоть какое-то движение души. Риджа глянула на Императора со звериной ненавистью и в ярости бросилась на него. За время заточения ее ногти отросли изрядно, и сейчас она вонзила их в его лицо, целя в глаза. Он вскричал от боли, и стражи оттащили ее, избивая рукоятями своих мечей, покуда она не лишилась чувств.


Целителя позвали немедля, но Император Риман III все же лишился правого глаза.


23 Солнцеворота, 2920

Балмора, Морроувинд


Вивек вынырнул из воды, ощутив, как влага смыла летний зной с его кожи, и принял полотенце от одного из слуг. Сота Сил наблюдал за старинным приятелем с балкона.


"Похоже, ты заработал еще несколько шрамов с тех пор, как я видел тебя в последний раз," - заметил чародей.


"Хвала Азуре, новых нет, - засмеялся Вивек. - Когда ты прибыл?"


"Чуть более часа назад, - сказал Сота Сил, спускаясь по ступенькам к краю водоема. - Я думал, что явлюсь положить конец войне, однако ты справился и без меня."


"Да, довольно и восьмидесяти лет беспрестанных битв, - ответил Вивек, обнимая Соту Сила. - Мы пошли на уступки, но и они тоже. Когда старый Император почиет, может наступить золотой век для нас. Принц Джуилек мудр не по годам. А где Альмалексия?"


"Отправилась за Герцогом Морнхолда. Они будут здесь завтра пополудни."


Тут друзей отвлекло зрелище, открывшееся за углом дворца - всадница ехала по городу, держа путь к ступеням парадного входа. Было очевидно, что женщина скакала недавно во весь опор. Они приняли ее в кабинете, куда она ворвалась, тяжело дыша.


"Нас предали, - выдохнула она. - Имперская Армия осадила Черные Врата."


24 Солнцеворота, 2920

Балмора, Морроувинд


Впервые за семнадцать лет, с тех пор, как Сота Сил отбыл в Артеум, три члена Трибунала Морроувинда встречались в одном месте. И все трое предпочли бы встретиться при иных обстоятельствах, чем нынешние.


"Насколько я знаю, когда Принц возвращался на юг, в Киродиил, вторая Имперская Армия пришла с севера, - сообщил Вивек своим соотечественникам, хранившим каменное выражение на лицах. - Разумно предположить, что Джуилек не знал о предстоящей атаке."


"Но нельзя исключать и того, что он заранее задумал отвлечь нас, пока Император готовил поход на Черные Врата, - заметил Сота Сил. - Случившееся следует считать нарушением перемирия."


"Где Герцог Морнхолда? - спросил Вивек. - Мне хотелось бы выслушать его соображения."


"Он встречается с Матерью Ночи в Тель-Аруне, - тихо молвила Альмалексия. - Я убеждала его прежде переговорить с тобой, но он сказал, что дело нельзя более откладывать."


"И он призовет Мораг Тонг? Для внешних дел? - Вивек покачал головой и обратился к Сота Силу: "Пожалуйста, сделай, что сможешь. Убийство лишь все усугубит. Это дело следует решить дипломатией или битвой."


25 Солнцеворота, 2920

Тель-Арун, Морроувинд


Мать Ночи приняла Сота Сила в своей зале, освещенной лишь луной. Она была смертоносно прекрасна в своем простом платье черного шелка, ниспадавшим на диван. Жестом она отпустила стражей в красных одеждах и предложила чародею вина.


"Ты лишь немного разминулся со своим другом, с Герцогом, - прошептала она. - Он был очень несчастен, но я думаю, что мы в силах помочь его горю."


"Он нанял Мораг Тонга для убийства Императора?" - спросил Сота Сил.


"А ты прямолинеен в речах, не так ли? Это хорошо. Люблю людей, говорящих без обиняков: они сберегают немало времени. Но, конечно, я не стану обсуждать с тобой наш разговор с Герцогом, - она улыбнулась. - Ведь это повредит моим делам."


"А что, если я предложу тебе равную мзду золотом за то, чтобы Император остался жив?"


"Мораг Тонг убивает во славу Мефалы и корысти ради, - сказала она задумчиво, словно обращаясь к своему бокалу вина. - Мы не убиваем просто так. Это было бы опошлением идеи. И коль Герцог доставит свое золото в трехдневный срок, мы доведем до конца наше дело. Боюсь, мы и помыслить не можем о принятии встречного предложения. Хотя мы и дельцы в той же мере, что и религиозный орден, мы не подчиняемся закону предложения и спроса, Сота Сил."


27 Солнцеворота, 2920

Внутреннее Море, Морроувинд


Сота Сил смотрел на воды уже два дня кряду, ожидая известного ему судна, и, наконец, увидел его. Большой корабль под флагом Морнхолда. Чародей взлетел и перехватил корабль прежде, чем тот вошел в гавань. Из пальца его вырвался сноп пламени, скрыв его голос и внешность под обличием Даэдры.


"Покиньте корабль! - проревел он. - Или вы все потонете вместе с ним!"


В действительности Сота Сил мог бы спалить судно единым огненным шаром, но он предпочел выждать, покуда моряки не попрыгают с палубы в теплую воду. Когда он удостоверился, что на борту не осталось ни души, он собрал свою силу в разрушительную волну, сотрясшую воздух и воду. Корабль вместе с герцогской платой Мораг Тонгу пошел ко дну Внутреннего Моря.


"Ночная Мать, - подумал Сота Сил, направляясь к берегу, чтобы известить начальника порта о моряках, требующих спасения. - Все подчиняются предложению и спросу - такова правда жизни!"


Год перешел в Месяц Урожая.


Том 8: Месяц Урожая
 


1 Месяца Урожая, 2920

Морнхолд, Морроувинд


Они собрались на дворе Герцога в сумерках, наслаждаясь запахом и теплом от огня, в котором сгорали сухие ветви с листьями горчичного цвета. Искорки взлетали в небо, на мгновение замирая, перед тем как потухнуть.


"Я был неосторожен" - признал Герцог с горечью в голосе. "Но Лорхан смеется и все хорошо. Мораг Тонги не убьют Императора, ведь плата для них теперь покоится на дне Внутреннего моря. Я полагал, что вы заключили что-то вроде пакта с принцами Даэдра."


"То, что ваши моряки называют Даэдрой, могло им и не являться" - заметил Сота Сил. "Может статься, это был странствующий боевой маг, или же молния уничтожила корабль."


"Принц и Император находятся в пути, чтобы взять Алд Ламбази, в духе заключенного пакта. Для Киродиилов характерно полагать, что их уступки можно обговаривать, тогда как наши -нет". Вивек вытащил карту. "Мы можем встретиться с ними тут, в этой деревне, к северо-западу от Алд Ламбази, в Фервинтиле."


"Но мы встретимся с ними для переговоров?" - спросила Альмалексия. "Или для войны?"


На этот вопрос ни у кого не было ответа.


15 Месяца Урожая, 2920

Фервинтил, Морроувинд


Буря, обычная для позднего лета, налетела на маленькую деревню, затемняя небеса, и местность освещалась только редкими сполохами молний, которые летали от облака к облаку, подобно акробатам. На узких улочках налило воды по лодыжку - ручьи струились везде, а Принцу приходилось кричать, чтобы капитаны, стоявшие в паре шагов, слышали его.


"Там впереди - гостиница! Мы переждем, пока погода переменится, чтобы двинуться дальше, в Алд Ламбази!"


В гостинице было сухо и тепло, и потому царила страшная суматоха. Служанки сбивались с ног, бегая туда-сюда, таская закуски и вина, страшно возбужденные присутствием известной личности. Кого-то, кто привлекал даже больше внимания, чем простой наследник Трона Тамриэльской Империи. С изумлением прислушиваясь к голосам, Джуилек услышал имя: "Вивек".


"Владыка Вивек," - заговорил он, врываясь в комнату. "Вы должны поверить мне, я ничего не знал об атаке на Черные Врата, пока она не началась. Мы, конечно же, будем в вашем распоряжении. Я написал вам письмо обо всем этом, адресовав его в ваш дворец в Балморе, но очевидно, что вас там нет" - он прервался, заметив, что в комнате есть люди, которые ему незнакомы. "О, простите невежливость - я не представился. Я - Джуилек Киродиил."


"Меня зовут Альмалексия" - сказала самая потрясающая женщина, которую Принц когда-либо видел. "Вы присоединитесь к нам?"


"Сота Сил" - представился Данмер в белом плаще с серьезным выражением лица, пожимая руку Принца и указывая ему на свободное место.


"Индорил Бриндизи Дорум, Герцог-Принц Морнхолда" - произнес коренастый человек, сидящий рядом, как только Принц присел.


"Я так понимаю исходя из событий последнего месяца, что Имперская Армия в лучшем случае неподконтрольна мне" - заметил принц, попросив принести вина. "Увы, это так. Армия принадлежит отцу."


"Я так поняла, что Император тоже намерен прибыть в Аль Ламбази," - сказала Альмалексия.


"Официально - да" - осторожно согласился Принц. "Если неофициально рассмотреть вопрос - то он все еще находится в Столице. У него произошел один неприятный инцидент..."


Вивек быстро взглянул на Герцога, потом на Принца: "Инцидент?"


"О, с ним все в порядке" - быстро сказал Принц. "Он будет жить, но похоже, что потеряет глаз. Просто небольшая потасовка, никак с войной не связанная. Единственная хорошая новость - пока он поправляется, я могу пользоваться его печатью. Любые соглашения, которые мы здесь заключим, будут законом для всей империи, как во время его правления, так и во время моего".


"Тогда - стоит приступить к переговорам" - улыбнулась Альмалексия.


16 Месяца Урожая, 2920

Вроз Нага, Киродиил


Маленькое сельцо Вроз Нага встретило Кассира прекрасным видом на разноцветные домики, разбросанные там и сям по большому утесу, глядящему на отрог горы Ротгариан, и каменистое плато, за которым располагался Хай Рок. Будь он в лучшем настроении, от открывающейся перспективы захватило бы дыхание. Но в его состоянии он не мог думать об этом селе иначе как о пункте, где он и его лошадь получат шанс скромно поесть и отдохнуть.


Он выехал на главную площадь, на которой стояла небольшая гостиница, называемая Клекот Орла. Отдав распоряжение мальчику-груму насчет стойла и корма для лошади, Кассир прошел в гостиницу и был поражен царившей там атмосферой. Менестрель, которого он как-то раз слышал в Гильдердейле, наигрывал лихую старую мелодию под прихлопывание горцев. Такие разудалые развлечения не входили в планы Кассира. Данмерская женщина с мрачным лицом сидела за единственным столом, который стоял подальше от источника шума. Он взял свой стакан и присел за тот же стол без приглашения. И сразу же заметил, что она держит на руках новорожденного ребенка.


"Я только что прибыл из Морроувинда" - заметил он, и понял, что это не лучшее начало для разговора. "Я сражался за Вивека и Герцога Морнхолда против армии Императора. Я предатель своего народа, как вы, несомненно, уже подумали."


"Я тоже предала свой народ" - заметила женщина, поднимая руку, но которой красовалось уродливое клеймо. "Это означает, что я никогда не смогу вернуться на родину."


"Ну ведь вы не подумываете о том, чтобы остаться здесь?" - рассмеялся Кассир. "Это старомодное местечко и довольно милое, но зимой здесь птицы падают на лету от холода. Определенно неподходящее место для того, чтобы растить ребенка, Как ее зовут?"


"Босриэль. "Красота леса" - вот что это значит. Куда вы идете?"


"В Двиннен, в гавань Хай Рока. Можете присоединиться ко мне, я не против путешествий в компании". Он протянул ей руку для пожатия. "Кассир Уитни."


"Турала" - произнесла женщина после неловкой паузы. Она собиралась сперва назвать имя своего рода, как велит традиция, но внезапно поняла, что это больше не ее имя. "Я была бы рада составить вам компанию, благодарю вас".


19 Месяца Урожая, 2920

Алд Ламбази, Морровинд


Пять мужчин и две женщины стояли в давящий тишине Большого Зала замка, единственные звуки - только скрип пера да нежное постукивание капель дождя за огромным витражным окном. Как только Принц поставил печать Киродиилов на документе, мирный договор обрел силу. Герцог Морнхолда довольно рыкнул, приказывая принести вина, чтобы выпить на поминках восьмидесятилетней войны.


Только Сота Сил стоял поодаль от остальных. Его лицо не выдавало ни одной эмоции. Те, кто знал его хорошо, могли догадаться, что он не верит ни в начала ни в концы, а сейчас размышляет о великом цикле, малой частью которого стали произошедшие события.


"Мой Принц" - произнес дворецкий замка, неохотно прерывая празднование. "Вас ожидает посланник от Вашей матушки, Императрицы. Он хотел видеть Вашего отца, но коль скоро он не прибыл...."


Джуилек извинился и вышел переговорить с посланником.


"Императрица что, не живет в Столице?" - осведомился Вивек.


"Нет" - заметила Альмалексия, грустно качая головой. "Ее муж заточил ее в Чернотопье, боясь, что она поднимет восстание против него. Она очень богата и у нее есть могущественные союзники в западных Коловианских Землях, так что он не мог жениться на другой женщине, или предать ее казни. Это безвыходное положение сохраняется уже лет семнадцать, с тех пор, как Джуилек был еще ребенком."


Принц вернулся через несколько минут. На его лице ясно выражалось беспокойство, хотя он и прилагал усилия, чтобы скрыть его.


"Я нужен своей матери" - просто заметил он. "Боюсь, что буду вынужден покинуть вас немедленно. Ели у меня будет копия нашего мирного договора, то я смогу показать ее Императрице, чтобы она увидела благо, совершенное нами сегодня, а уже потом я привезу бумагу в Столицу, чтобы она обрела официальное значение."


Принц Джуилек уехал, получив сердечные прощания от Троицы из Морроувинда. Когда они увидели его, вскакивающего на лошадь, чтобы унестись в дождливую ночь, на юг, к Чернотопью, Вивек сказал: "Благословен будет Тамриэль, когда он взойдет на трон".


31 Месяца Урожая, 2920

Проход Дорзия, Чернотопье


Луна поднималась над отдаленным ущельем, которое дымилось болотным газом этой жаркой летней ночью, когда Принц и его двое телохранителей въехали в лес. Огромные кучи земли и перегноя были набросаны в давние времена примитивным племенем Чернотопья, пытавшимся оградить себя от угрозы с севера. Ясно было, что зло все же прошло через Проход Дорзия, большую трещину в оборонительном вале, протянувшемся на большое расстояние в обе стороны.


Искривленные деревья росли на преграде, отбрасывая странные тени, похожие на плетение паука. Мысль Принца была сосредоточена на таинственном письме его матери, намекавшем на возможное вторжение. Конечно, он не мог поведать об этом Данмерам, до того, как он поймет больше о происходящем и доложится отцу. В конце концов, письмо предназначалось ему. Оно было срочное, и именно оно заставило направиться его прямо в Гидеон.


Императрица также предупредила его о банде беглых рабов, которая нападала на караваны, входящие в Проход Дорзия. Она посоветовала ему сделать так, чтобы Герб Империи был хорошо виден, чтобы они не приняли его за одного из Данмерских рабов. Как только они въехали в бурьян, заполнивший проход, как отравленная река, вышедшая из берегов, Принц приказал, чтобы обнажили его щит.


"Ясно, почему этим рабам тут нравится" сказал Капитан Принца. "Превосходное место для засад."


Джуилек покивал головой, но его мысли были направлены не на это. Какого рода готовящееся вторжение обнаружила Императрица? Неужели Акавири снова вышли в море? Если даже так - как мать, сидящая в Замке Джиовез, обнаружила это? Треск бурьяна и человеческий крик прервали его размышления.


Повернувшись, Принц понял, что остался один. Его эскорт исчез.


Принц приподнялся над морем травы, которое колыхалось в магнетическом ритме, покоряясь порывам ветра, дувшего через проход. Невозможно было определить, где в этой траве может находиться солдат, отчаянно борющийся за свою жизнь, или лошадь, бьющаяся в конвульсиях. Сильный свистящий ветер скрыл любые намеки на то, где могли бы располагаться жертвы, попавшие в засаду.


Джуилек обнажил свой меч, и задумался над тем, что делать, изо всех сил стараясь не паниковать. Он был уже ближе к выходу из Прохода, чем к входу. Что бы ни напало на его спутников, оно должно было находиться позади. Если ехать быстро, есть шанс оторваться. Пустив лошадь в галоп, он устремился к холмам впереди, холмам, которые на самом деле были всего лишь кучам грязи.


Когда он слетел на землю, все произошло так неожиданно, что он еще стремился вперед, не осознавая происходящего. Он приземлился в нескольких ярдах позади своей павшей кобылы, повредив спину и плечо. Он тупо смотрел на то, как умирает его бедная лошадь, с брюхом, разодранным кольями, торчащими из травы.


Принц Джуилек не смог даже повернуться и увидеть фигуру, встающую рядом из травы, а уж тем более защититься. Горло его было моментально рассечено надвое.


Мирамор начал свирепо ругаться, когда ясно разглядел лицо своей жертвы при лунном свете. Он видел Императора в битве при Бодруме, где сражался под командованием Его Императорского Величества, и это был точно не Император. Обшаривая тело, он нашел пакт, подписанный Вивеком, Альмалексией, Сота Силом и Герцогом Морнхолда со стороны Морроувинда, и Принцем со стороны Империи Киродиилов.


"Эх, что за неудачный день" - пробормотал про себя Мирамор по звук шепчущейся травы. "Я убил Принца. Только лишь принца. И где награда?"


Мирамор сжег письмо, как научил его Зуук, и прибрал себе договор. В конце концов, такая вещь должна что-то стоить. Он разобрал свои ловушки, обдумывая, что же делать дальше. Вернуться в Гиденон и просить у нанимателя меньшей награды за жизнь Принца? Скрыться в другом месте? Да, в конце концов, Битва при Бодруме научила его двум полезным вещам. У Данмеров он научился делать западни из кольев. А когда он дезертировал из армии, ему пришлось научиться прятаться в траве.


А год продолжился - Месяцем Огня.


Том 9: Месяц Огня
 


2 Месяца Огня, 2920

Гидеон, Чернотопье


Императрица Тавия лежала на кровати, теплый ветер, которого она не чувствовала, бился о ставни ее камеры, прикрывающие железные прутья. В горле у нее горело, но она все еще плакала, неостановимо, сжимая в руках свой последний гобелен. Ее рыдания эхом разносились по залам замка Гиовез, заставляя горничных перестать вытирать пыль, а стражников болтать. Одна из ее женщин спустилась по прямой лестнице, чтобы зайти к своей госпоже, но глава стражи Зуук, стоявший в дверях, покачал головой.


"Она только что узнала о смерти сына," тихо произнес он.


5 Месяца Огня, 2920

Имперский Город, Киродиил


"Ваше Императорское Величество," сказал Владыка Версидью-Шайе через дверь. "Вы можете открыть дверь. Уверяю вас. Вы в полной безопасности. Никто не собирается убивать вас."


"Кровь Мары!" это был голос императора Римана III, приглушенный, истерический, с безумными нотками. "Кто-то убил принца, а у него был мой щит! Они наверняка думали, что это я!"


"Вы безусловно правы, Ваше Императорское Величество," ответил Владыка, старательно изгоняя из голоса всякую иронию, хотя его черные блестящие глаза были полны презрения. "И мы должны найти и покарать негодяя, ответственного за смерть вашего сына. Но мы не можем сделать это без вас. Вы должны сохранять присутствие духа ради Империи."


Ответа не последовало.


"В конце концов, вы должны подписать приказ о казни леди Риджи," крикнул Владыка. "Давайте покончим с изменницей и убийцей, о которой мы все знаем."


Короткая пауза, потом звук отодвигаемой от двери мебели. Риман открыл лишь узенькую щелку, но Владыка видел его испуганное, сердитое лицо, и ужасную красную опухоль, которая когда-то была его правым глазом. Несмотря на усилия лучших лекарей Империи, она оставалась напоминанием о работе леди Риджи в крепости Турзо.


"Дайте мне приказ," прорычал Император. "Я с удовольствием подпишу его."


6 Месяца Огня, 2920

Гидеон, Киродиил


Странное голубое сияние, как ей говорили, комбинация болотного газа и спиритической энергии, всегда пугало Тавию, когда она выглядывала из своего окна. Сейчас оно казалось странно успокаивающим. За болотом был город Гидеон. Как смешно, подумала она, что ей никогда не приходилось бродить по его улицам, хотя она видит их каждый день вот уже семнадцать лет.


"Может быть я о чем-то забыла?" спросила она, поворачиваясь, чтобы взглянуть на преданного Котринги Зуука.


"Я точно знаю, что делать," просто сказал он. Казалось, стражник улыбнулся, но Императрица понимала, что это лишь ее лицо отразилось на его серебристой коже. Она улыбалась, даже не осознавая этого.


"Убедись в том, что за тобой нет слежки," предупредила она. "Я не хочу, чтобы мой муж узнал, где все эти годы хранились мои деньги. И возьми свою долю. Ты хороший друг."


Императрица Тавия шагнула вперед и упала в туман. Зуук вставил на место прутья в окне башни, и укрыл одеялом несколько подушек на ее кровати. Если ему повезет, они не найдут ее тела до утра, а к тому времени он уже будет на полпути в Морроувинд.


9 Месяца Огня, 2920

Фригиас, Хай Рок


Странные деревья всех размеров были похожи на погребальные костры, увенчанные вспышками красного, желтого и оранжевого. На Ротгарианские горы спустился туманный вечер. Турала дивилась этому зрелищу, такому чужому, такому непохожему на Морроувинд, направляя лошадь вперед, к открытому лугу. У нее за спиной, свесив голову на грудь, спал Кассир. На мгновение Турале захотелось заставить лошадь перепрыгнуть через низкую крашеную ограду, пересекавшую поле, но она удержалась. Пусть Кассир поспит еще несколько часов, прежде чем править.


Пока лошадь шла через поле, Турала увидела маленький зеленый домик у следующего холма, наполовину спрятавшийся в лесу. Вид был такой живописный, она чувствовала, что сама почти спит. Звук рога вывел ее из сонного забытья. Кассир открыл глаза.


"Где мы?" выдохнул он.


"Я не знаю," - запиналась Турала, широко раскрыв глаза. "Что это за звук?"


"Орки," прошептал он. "Охотничий отряд. Быстрее в укрытие."


Турала направила лошадь к небольшой группе деревьев. Кассир передал ей ребенка и спешился. Потом начал снимать седельные сумки и бросать их в кусты. Звук раздался снова, далекий топот шагов, становящийся все ближе и все громче. Турала осторожно подошла и помогла Кассиру разгрузить лошадь. Все это время Босриэль следил за ними широко раскрытыми глазами. Иногда Туралу беспокоило то, что ее малыш никогда не плачет. Сейчас она была благодарна за это. Сняв последнюю сумку, Кассир шлепнул лошадь по крупу, и она галопом вылетела на поле. Он взял Туралу за руку и потянул в кусты.


"Если повезет," прошептал он. "Они подумают, что она дикая или сбежала с фермы, и не станут искать седока."


Пока он говорил, под громкие звуки рога на поле появилась толпа орков. Турале уже случалось видеть их, но никогда в таких количествах, и так уверенных в своих силах. Заорав от радости при виде удивленной лошади, они промчались мимо зарослей, где притаились Кассир, Турала и Босриэль. Из под ног у них разлетались семена диких цветов. Турала изо всех сил старалась не чихнуть и думала, что ей это удалось. Однако один из орков что-то услышал, и позвал еще одного выяснить, в чем дело.


Кассир тихо вытащим меч, стараясь выглядеть как можно увереннее. Он был разведчиком, не бойцом, но он поклялся защищать Туралу и ее ребенка до последней капли крови. Возможно, ему удастся убить этих двоих, но вряд ли он сделает это настолько бесшумно, чтобы не привлечь внимание остальных.


Внезапно что-то невидимое словно ветер пронеслось через заросли. Орки бросились назад, многие упали мертвыми. Турала повернулась и увидела морщинистую старуху с ярко рыжими волосами, выглядывающую из ближайшего куста.


"Я думала, вы собираетесь привести их прямо ко мне," прошептала она, улыбаясь. "Лучше пойдемте со мной."


Троица последовала за старой женщиной по проходу в кустах, который вел через поле прямо к дому на холме. Когда они оказались на другой стороне, женщина повернулась, чтобы взглянуть на орков, пирующих над останками лошади, кровавая оргия под звуки охотничьих рогов.


"Это ваша лошадь?" спросила она. Когда Кассир кивнул, она громко рассмеялась. "Мяса в ней много, что есть то есть. Утром у этих тварей здорово животы разболятся. Хорошую службу она им сослужит."


"Может, мы пойдем дальше?" прошептала Турала, испуганная смехом старухи.


"Они наверх не пойдут," улыбнулась она, взглянув на Босриэль, а та улыбнулась ей в ответ. "Они слишком боятся нас."


Турала повернулась к Кассиру, он покачал головой. "Ведьмы. Если я не ошибаюсь, это ферма старой Барбин, место Скеффингтонского Шабаша?"


"Точно, цыпленочек," старая женщина хихикнула, радуясь своей известности. "Я Министа Скеффингтон."


"Что вы сделали с этими орками?" спросила Турала. "Там, в зарослях?"


"Призрачный кулак прямо по башке," ответила Министа, продолжая взбираться вверх по холму. Перед ними был двор фермы, колодец, курятник, пруд. Женщины всех возрастов работали по хозяйству, смеялись играющие дети. Старая женщина повернулась и заметила недоумение Туралы. "Разве там, откуда вы приехали, нет ведьм, детка?"


"По крайней мере, я о них не слышала," сказала она.


"В Тамриэле множество людей, владеющих магией," объяснила старуха. "Псиджики изучают магию, как будто это их неприятная обязанность. Боевые маги в армии стреляют заклятьями. Как стрелами. Мы, ведьмы, объединяемся, колдуем и празднуем. Чтобы справиться с орками, я просто воззвала к духам воздуха, Амаро, Пине, Таллате, пальцам Кинарета и дыханию мира, с которыми я близко знакома, чтобы они убили этих ублюдков. Видишь ли, колдовство не похоже на власть, или разгадывание загадок, или возню со старыми пыльными свитками. Это просто связи. Главное быть дружелюбным, можно сказать."


"Что ж, по отношению к нам вы очень дружелюбны," сказал Кассир.


"Вы тоже," согласилась Министа. "Ваш род уничтожил родину орков две тысячи лет назад. До того они никогда нас не беспокоили. А сейчас вам надо помыться и поесть."


С этими словами Министа отвела их на ферму, где Турала познакомилась с семьей Скеффингтонского Шабаша.


11 Месяца Огня, 2920

Имперский Город, Киродиил


Риджа даже не пыталась спать в прошедшую ночь, и мрачная музыка, игравшая во время ее казни, усыпляла ее. Было похоже, что она потеряет сознание еще до удара топора. Глаза ей завязали, так что она не могла видеть своего бывшего любовника, Императора, сидевшего перед ней и пожиравшего ее здоровым глазом. Она не могла видеть Владыку Версидью-Шайе, завернувшегося в мантию, и выражение триумфа на его золотом лице. Она почувствовала, как рука палача коснулась ее спины, она вздрогнула, словно человек, пытающийся проснуться.


Первый удар пришелся по затылку и она закричала. Второй разрубил шею. Она была мертва.


Император устало повернулся к Владыке, "Итак, с этим покончено. Вы говорили, что у нее есть хорошенькая сестра в Хаммерфелле, Корда, кажется?"


18 Месяца Огня, 2920

Двиннен, Хай Рок


Кассир решил, что лошадь, которую ему продали ведьмы, не так хороша, как прежняя. Поклонение духам, жертвы и сестринство очень хороши для колдовства, но вьючных животных они балуют. Впрочем, жаловаться было не на что. Теперь, когда с ним больше нет женщины и ребенка, он отлично проведет время. Впереди виднелись стены, окружавшие его родной город. Вскоре он оказался в кругу семьи и старых друзей.


"Как идет война?" закричала его кузина. Выбегая на дорогу. "Правда, что Вивек подписал мир с принцем, но Император отказался утвердить его?"


"Все было не так, верно?" спросил друг, присоединяясь к ним. "Я слышал, что данмеры убили принца, а потом выдумали историю про договор, но свидетелей никаких нет."


"Разве тут не происходит ничего интересного?" засмеялся Кассир. "Мне совершенно не хочется обсуждать войну или Вивека."


"Ты пропустил процессию леди Корды," сказал его друг. "Она приехала через залив и направилась на восток, в Столицу."


"Глупости все это. А на что похож Вивек?" жадно спросила кузина. "Говорят, он - живой бог."


"Если Шигорат подал в отставку и им нужен новый Бог Безумия, то это так и есть," сказал Кассир.


"А женщина?" спросил парень, которому редко случалось видеть женщин Данмера.


Кассир просто улыбнулся. На мгновение в его памяти возник образ Туралы, потом он побледнел. Она будет счастлива с ведьмами, за ее ребенком будут хорошо ухаживать. Но теперь они часть его прошлого, а он хочет навсегда забыть о том месте и о войне. Спешившись, он пошел к городу, болтая о последних новостях у Залива Илиак.


Том 10: Месяц Мороза
 


10 Месяца Мороза, 2920

Фригиас, Хай Рок


Существо перед ними бессмысленно мигало, взгляд его казался безжизненным, рот открывался и закрывался. Словно снова осознавая свои функции. Капля слюны показалась из-за его клыков и повисла. Турала никогда не видела ничего подобного, - существо было похоже на рептилию, но опиралось на ноги, как человек. Министера радостно зааплодировала.


"Дитя мое," прокаркала она. "Ты проделала такой большой путь за такое короткое время. О чем ты думала, призывая этого даэдрота?"


Турале понадобилось несколько мгновений, чтобы вспомнить, что она, собственно, вообще ни о чем не думала. Она была потрясена тем, что проникла из материи реальности в царство Забвения, и выдернула оттуда это отвратительное существо, призвав его в мир силой своего сознания.


"Я думала о красном цвете," сказала Турала, сосредотачиваясь. "О его простоте и ясности. А потом - я пожелала и произнесла чары. И вот что я наколдовала."


"Желание - могущественная сила для молодой ведьмы," сказала Министера. "И оно хорошо сработало. Потому что этот даэдрот - суть простая сила духов. Ты так легко можешь высвободить свое желание?"


Турала закрыла глаза и произнесла освобождающее заклинание. Чудовище побледнело, как картина на солнце, все еще смущенно моргая. Министера обняла свою ученицу, темного эльфа, и радостно засмеялась.


"Мне до сих пор не верится, ты с шабашем всего месяц и один день, а уже превзошла большинство здешних женщин. В тебе могущественная кровь, Турала, ты касаешься духов, как касалась бы любовников. В один прекрасный день ты возглавишь этот шабаш - я это вижу!"


Турала улыбнулась. Приятно, когда тебя хвалят. Герцогу Морнхолда нравилось ее красивое лицо; а ее семья, до того, как она обесчестила их, превозносила ее манеры. Кассир был просто товарищем: его комплименты ничего не значили. Но с Министерой она чувствовала себя дома.


"Ты будешь возглавлять этот шабаш еще много лет, старшая сестра," сказала Турала.


"Мне бы этого хотелось. Но духи - изумительные товарищи и большие правдолюбцы, они часто туманно отвечают на вопросы, когда и как. Их нельзя винить. Когда и как мало значат для них," Министера открыла дверь хижины, позволяя свежему осеннему ветру развеять горький и зловонный запах даэдрота. "А теперь, мне нужно отправить тебя с поручением в Вейрест. Это всего неделя пути отсюда, и неделя на обратный путь. Возьмешь с собой Дориату и Целефину. Как мы ни стараемся быть самодостаточными, есть травы, которых мы вырастить не можем, и похоже, придется нам потратить целую кучу драгоценных камней. Важно, чтобы люди в городе считали тебя одной из знахарок Скеффингтонского шабаша. Ты увидишь, что от дурной славы гораздо больше пользы, чем неприятностей."


Турала сделала то, о чем ее просили. Когда она и ее сестры садились на лошади, Министера принесла ее дочку, маленькую пятимесячную Босриэль. Чтобы она поцеловала маму на прощанье. Ведьмы полюбили маленького принцессу данмер, дочь злобного герцога, рожденную у диких Авлейдских эльфов в лесу в самом сердце Империи. Турала знала, что женщины будут защищать ее ребенка даже ценой собственной жизни. После долгих прощаний и поцелуев, три молодые ведьмы ускакали в лес, под покров красного и золотого.


12 Месяца Мороза, 2920

Двиннен, Хай Рок


К вечеру миддаса в таверне "Обиженный Дикобраз" было полно народа. Огонь в яме в центре комнаты освещал собравшихся солдат почти зловещим светом, и делал скопище тел похожим на сюжет гобелена о наказании Арктурианских Еретиков. Кассир уселся на свое обычное место и заказал кувшин эля.


"Ты виделся с бароном?" спросил Палит.


"Да, у него вроде есть работа для меня во дворце Урвейус," гордо сказал Кассир. "Но большего я тебе сказать не могу. Сам понимаешь, государственная тайна и тому подобное. Почему тут сегодня столько проклятого народа?"


"В гавань только что пришел корабль темных эльфов. Они только что вернулись с войны. Я только ждал твоего прихода, чтобы представить тебя другим ветеранам."


Кассир покраснел, но сумел набраться сил, чтобы спросить: "Что они тут делают? У нас что, перемирие?"


"Я точно не знаю," сказал Палит. "Но говорят, Император и Вивек снова начали переговоры. А эти ребята хотят вложить деньги, и считают, что у нас в Заливе достаточно тихо. Но мы все узнаем точно, если поговорим с ними."


С этими словами Палит схватил брата за руку и потащил его в другой угол бара. Это произошло так внезапно, что Кассир даже не мог сопротивляться. Путешественники - данмеры сидели у четырех столов, болтали с местными жителями и смеялись. Это были хорошо одетые молодые люди, на вид торговцы, вели они себя немного развязно, потому что уже много выпили.


"Извините," сказал Палит, вмешиваясь в беседу. "Мой двоюродный брат Кассир тоже был на войне, сражался за живого бога Вивека."


"Единственный Кассир, о котором я слышал," сказал один из данмеров с широкой, пьяной улыбкой, пожимая Кассиру руку. "Был Кассир Вайтли, по словам Вивека худший шпион в истории. Мы потеряли Альд Марак из-за того, как он провел разведку. Надеюсь, ребята, я вас ничем не обидел."


Кассир улыбался и слушал громкий рассказ о его неудаче с такими увлекательными подробностями, что собравшиеся за столом то и дело заходились от смеха. Несколько пар глаз смотрели в его сторону, но никто из местных не думал, что дурак, о котором рассказывают, стоит рядом и слушает. Больше всего боли было в глазах его кузена, молодого человека, который считал, что он вернулся в Двиннен великим героем. И уж конечно обо всем узнает барон, а идиотизм Кассира с каждым пересказом выглядит все хуже.


Всеми фибрами своей души Кассир ненавидел живого бога Вивека.


21 Месяца Мороза, 2920

Столица, Киродиил


Корда, в сияющей белизной мантии, форме жриц консерватории Хигат Морвы, прибыла в Город вскоре после того, как закончилась первая зимняя буря. Сквозь облака пробилось солнце, и на улицах появилась красивая молодая девушка-редгард с сопровождением, направлявшаяся к дворцу. Сестра ее была высокой, худенькой, угловатой и заносчивой, а Корда оказалась маленькой круглолицей девушкой с большими карими глазами. Горожане быстро сравнили сестер.


"И месяца не прошло с казни леди Риджи," пробормотала горничная, выглядывая из окошка и подмигивая своей соседке.


"И меньше месяца, как ее забрали из монастыря," согласилась другая женщина, смакуя скандал. "Эта красотка не на прогулку приехала. Ее сестру невинной никто бы не назвал, и посмотрите, чем она кончила."


24 Месяца Мороза, 2920

Двиннен, Хай Рок


Кассир стоял на пристани и смотрел, как в воду падает ранний снег. Какая жалость, думал он, что он подвержен морской болезни. Теперь он никому не нужен был во всем Тамриэле, от востока до запада. Историю Вивека о его разведческих талантах мусолили во всех тавернах. Барон Двиннена разорвал контракт с ним. Нет сомнений, что в Даггерфолле над ним тоже смеются, и в Даунстаре, Лилмате, Риммене, Гринхарте, а может, еще и в Акавире, и в Йокуда. Может быть, лучше всего прыгнуть в воду и утопиться. Впрочем эта мысль недолго занимала его: Кассира терзало не отчаяние, а ярость. Бессильный гнев, с которым он никак не мог справиться.


"Простите, сэр," сказал чей-то голос у него за спиной, заставив его подпрыгнуть. "Простите что побеспокоил вас, но не могли бы вы порекомендовать хорошую таверну, где можно провести ночь."


Это был молодой человек, нордлинг, за плечами мешок. Очевидно, он только что сошел с корабля. В первый раз за последние несколько недель кто-то смотрел на Кассира как на человека, а не как на фантастического, прославленного идиота. И он мог только отнестись к этому юноше по-дружески.


"Вы только что прибыли из Скайрима?" спросил Кассир.


"Нет, сэр, я туда направляюсь," сказал парень. "Я еду домой. Я приехал из Сентинеля, а туда из Строс М"кай, а туда из Вудхарта в Валленвуде, а туда из Артеума в Саммерсете. Меня зовут Веллег."


Кассир представился и пожал Веллегу руку. "Вы сказали, что приехали из Артеума? Вы псиджик?"


"Нет, сэр, больше нет," пожал плечами парень. "Я был изгнан."


"Вы что-нибудь знаете о том, как призывать даэдра? Видите ли, я хочу наложить проклятие на одну очень известную личность, можно даже сказать на живого бога, и у меня ничего не получается. Барон даже видеть меня не хочет, но баронесса мне симпатизирует, и даже допустила меня в Залы Призывания." Кассир сплюнул. "Я провел все ритуалы, принес жертвы, и у меня ничего не вышло."


"Это все из-за Сота Сила, моего бывшего господина," с некоторой горечью ответил Веллег. "Принцы даэдра не будут приходить на зов любителей до самого конца войны. Только псиджики могут советоваться с даэдра, да еще кочевые колдуны и ведьмы."


"Ведьмы, говорите?"


29 Месяца Мороза, 2920

Фригиас, Хай Рок


Бледные лучи солнца с трудом пробивались сквозь затянувший лес туман, а Турала, Дориата и Целефина подгоняли своих лошадей. Почва была влажной от тонкого слоя инея, они были нагружены, и идти по горам было нелегко. Турала пыталась справиться с возбуждением из-за возвращения в шабаш. В Вейресте было очень интересно, и ей понравилось, с каким страхом и уважением на нее поглядывали люди. Но в последние несколько дней она могла думать только о возвращении к своим сестрам и ребенку.


Горький ветер сдувал ей волосы на лицо, так что она не видела ничего, кроме тропы перед собой. Она не слышала приближения всадника, пока он не появился прямо перед ней. Повернувшись и увидев Кассира, она вскрикнула от радости при виде старого друга. Его лицо было бледным и усталым, но она отнесла это за счет путешествия.


"Что привело тебя назад во Фригиас?" улыбнулась она. "Тебя плохо приняли в Двиннене?"


"Сносно," сказал Кассир. "Но мне нужна помощь Скеффингтонского шабаша."


"Поехали с нами," сказала Турала. "Я отведу тебя к Министере."


Четверка продолжила свой путь, ведьмы развлекали Кассира рассказами о Вейресте. Было очевидно, что Дориате и Целефине редко предоставлялся случай покинуть ферму Старой Барбин. Они родились там и были дочерьми и внучками скеффингтонских ведьм. Жизнь обычного города в Хай Роке была для них экзотикой, как и для Туралы. Кассир говорил мало, но улыбался и кивал головой, поощряя их рассказы. К счастью, они ничего не слышали о его глупости. А если слышали, то хотя бы не сказали.


Дориата дошла до самой середины слышанной ею в таверне истории о воре, который оказался запертым на ночь в ломбарде, когда они добрались до знакомого холма. Внезапно, она замерла на полуслове. Дом уже должен был показаться, но его не было. Они пришпорили лошадей и помчались к тому месту, где раньше находился Скеффингтонский шабаш.


Огонь уже давно погас. Не осталось ничего, кроме пепла, скелетов и поломанного оружия. Кассир наконец узнал следы набега орков.


Ведьмы соскочили с лошадей, рыдая, разглядывая останки. Целефина нашла оборванный, окровавленный кусок ткани, из которой был некогда сшит плащ Министеры. Она прижимала его к покрытому золой лицу и рыдала. Турала звала Босриэль, но единственным ответом ей был ветер, играющий пеплом.


"Кто это сделал?" кричала она, слезы катились по ее лицу. "Клянусь, что призову само пламя Забвения! Что они сделали с моим ребенком?"


"Я знаю, кто это сделал," тихо сказал Кассир, слезая с лошади и подходя к ней. "Я уже видел это оружие раньше. Я опасался встречи с этим врагом в Двиннене, но не думал, что они найдут тебя здесь. Это работа убийц, нанятых герцогом Морнхолда."


Он помолчал. Солгать было легко. Прекрасная импровизация. Больше того, он сразу же понял, что она поверила его словам. Ее ненависть к герцогу из-за жестокости, которую он проявил к ней, стихла, но не исчезла. Один взгляд на ее пылающие глаза сказал ему, что она призовет даэдра и обрушит их общую месть на Морроувинд. А что самое главное, даэдра прислушаются к ней.

И они прислушались. Ибо сильнее желания только ярость. Даже ошибочная ярость.


Том 11: Месяц Заката
 


2 Месяц Заката, 2920

Тель-Арун, Морроувинд


"К тебе посетитель, Мать Ночи," сказал стражник. "Соплеменник Котринги, с верительными грамотами, удостоверяющими его как Лорда Зуука из Чернотопья, части Имперского Гарнизона Гидеона."


"Почему ты посчитал, что он представляет хоть малейший интерес для меня?" спросила Мать Ночи приторно-ядовитым голосом.


"Он принес письмо от покойной Императрицы Киродиильской Империи."


"У нас и в самом деле занятой день," улыбнулась она, восторженно хлопая в ладоши. "Пригласи его."


Зуук вошел в палату. Металлическая кожа его лица и рук отражала огонь из камина и мерцание молний за окном. Мать Ночи заметила, что могла видеть себя так, как видел ее он: спокойную, прекрасную, устрашающую. Он без слов передал ей письмо от Императрицы. Она читала его, потягивая вино.


"Герцог Морроувинда также предложил мне изрядную сумму, чтобы Императора убили в этом году," сказала она, складывая письмо. "Корабль с платой затонул, я ее не получила. Это было очень некстати, ибо к тому времени один из моих людей уже проник во дворец. Как я могу быть уверена, что это более-чем-щедрое вознаграждение от покойницы я все же получу?"


"Я принес его с собой," просто сказал Зуук. "Оно в повозке снаружи."


"Тогда внесите его, и наша сделка заключена," улыбнулась Мать Ночи. "К концу года Император будет мертв. Вы можете оставить золото с Апаладитом. Не хотите ли немного вина?"


Зуук отклонил предложение и вышел. В то же мгновенье из-за темного гобелена бесшумно выскользнул Мирамор. Мать Ночи предложила ему бокал вина, и он принял его.


"Я знаю этого Зуука," осторожно проговорил Мирамор. "Правда, я не подозревал, что он работает на старую Императрицу."


"Давай еще поговорим о тебе, если ты не против," предложила она, зная, что возражений не будет.


"Позволь мне доказать мою ценность," сказал Мирамор. "Позволь, я убью Императора. Я уже убил его сына, и ты уже могла убедиться насколько хорошо я скрываюсь. Гобелен даже не колыхнулся."


Мать Ночи улыбнулась. Все устраивалось весьма хорошо.


"Если ты умеешь обращаться с кинжалом, ты найдешь его в Бодруме," сказала она и описала ему что он должен будет сделать.


3 Месяц Заката, 2920

Морнхолд, Морроувинд


Герцог смотрел в окно. Было раннее утро, и уже четвертый день над городом нависал красный туман, поблескивавший молниями. Странный ветер гулял по городу, срывал флаги с зубцов замка, заставляя всех жителей плотнее закрывать ставни. Нечто ужасное надвигалось на его земли. Он не блистал превосходным образованием, но признаки знал. Как и его поданные.


"Когда мой посланник достигнет Троих?" прорычал он, поворачиваясь к своему кастеляну.


"Вивек далеко на севере, оговаривает соглашение с Императором," тот отвечал ему, дрожа от страха. "Альмалексия и Сота Сил в Некроме. Возможно, с ними можно будет встретиться через несколько дней."


Герцог кивнул. Он знал, что его посланники быстры, но им не уступали те, кто был из Забвения.


6 Месяц Заката, 2920

Бодрум, Морроувинд


Свет факелов в непрекращающемся снегопаде придавал этому месту нечто неземное. Солдаты из обоих лагерей собирались вокруг огромных костров: зима сблизила врагов. Хотя только некоторые из Данмеров могли говорить на Киродиильском, они нашли общий язык, ища тепла. Когда хорошенькая девушка Редгардов появилась среди них, чтобы согреться, прежде чем возвратиться в шатер переговоров, многие солдаты из разных армий одобрительно подняли глаза.


Император Риман III хотел уйти с переговоров еще до того, как они начались. В прошлом месяце он полагал, что встреча на месте его поражения армией Вивека будет добрым знаком, но это место навеяло больше горьких воспоминаний, чем он ожидал. Несмотря на возражения Потентата Версидью-Шайе о том, что камни у реки всегда были красными, он мог поклясться, что видел кровь своих солдат.


"Мы знаем все подробности соглашения," сказал он, принимая бокал горячего юэлля из рук Корды, своей возлюбленной. "Но здесь не место для его подписания. Мы должны сделать это в Имперском Дворце, со всей помпезностью и роскошью, как того требует такое историческое событие. Вы должны взять с собой и Альмалексию. И того волшебника."


"Сота Сил," прошептал Потентат.


"Когда?" спросил Вивек терпеливо.


"Ровно через месяц," сказал Император, широко улыбаясь и неуклюже вставая на ноги. "Мы устроим грандиозный праздничный бал. А теперь я должен погулять. Мои ноги совсем свело от такой погоды. Корда, дорогая, походишь со мной?"


"Конечно, ваше Имперское Величество, сказала она, поддерживая его на пути к выходу из шатра.


"Ваше Имперское Величество, хотите, я тоже пойду с вами?" спросил Версидью-Шайе.


"Или я?" спросил Король Дро"Зел из Сенчала, новый советник.


"Этого не нужно, я недолго." Ответил Риман.


Мирамор затаился в тех же тростниках, где он скрывался уже почти восемь месяцев назад. Теперь земля была твердой и покрытой снегом, а тростники обледенели. Малейшее движение вызывало хруст. Если бы не хриплые песни армий Морроувинда и Империи, собравшихся у костров, он бы не отважился подобраться так близко к Императору и его любовнице. Они стояли у излучины замерзшего ручья под утесом, окруженным сверкавшими льдом деревьями.


Осторожно, Мирамор вытащил кинжал из ножен. Он слегка преувеличил свои способности в обращении с этим оружием в разговори с Матерью Ночи. Да, он использовал кинжал, чтобы перерезать горло Принцу Джуилеку, но тот тогда не мог сопротивляться. Но все же, разве трудно будет убить этого одноглазого старика? Для такого простого задания не нужно большого мастерства.


Идеальный момент наконец настал. Женщина что-то увидела в лесу, необычную сосульку, как она сказала, и побежала за ней. Император остался, смеясь. Он повернулся спиной к убийце, чтобы посмотреть на утес, где его солдаты пели припев своей песни. Мирамор знал, что уже пора. Осторожно шагая по заледенелой земле, он подошел ближе и нанес удар. Очень близко.


Почти в то же мгновенье он почувствовал, как сильные пальцы держит его руку, а другая всадила кинжал ему в горло. Он не мог закричать. Император все так же смотрел на солдат, и не заметил как Мирамора затянули обратно в кусты и рука гораздо более умелая нанесла удар, парализовавший убийцу.


Его кровь мгновенно замерзала на обледенелой земле, и умирая, Мирамор смотрел как Император и его куртизанка возвращались в лагерь на утесе.


12 Месяц Заката, 2920

Морнхолд, Морроувинд


Только пламя полыхало теперь там, где раньше был внутренний двор Морнхолда, полыхало и вздымалось к облакам. Густой, смолистый дым клубился по улицам, поджигая все деревянные или бумажные изделия. Крылатые существа, подобные летучим мышам, выгоняли горожан из укрытий на отрытые места, где их уже ждала настоящая армия. Единственное, что не давало всему Морнхолду сгореть дотла, была кровь его людей.


Мехрун Дагон улыбался, видя развалины замка.


"Я ведь я мог и не придти," сказал он, и его голос прогремел над хаосом. "Подумать только, я мог этого не застать."


Его внимание привлек тоненький, будто волосок, лучик света, пронзивший его черно-красное небо. Он увидел его источник, две фигуры - мужчина и женщина, стоявшие на холме над городом. Человека в белых одеждах он мгновенно узнал - Сота Сил, чародей, который уговорил всех Принцев Забвения заключить это бессмысленное перемирие.


"Если вы пришли за Герцогом Морнхолда, его здесь нет," засмеялся Мехрун Дагон. "Но когда в следующий раз пойдет дождь, вы можете обнаружить его останки, по кусочкам"


"Даэдра, мы не можем убить тебя," сказала Альмалексия твердым решительным голосом. "Но ты вскоре об этом пожалеешь."


И с этим, началась битва двух живых богов и принца Забвения на руинах Морнхолда.


17 Месяц Заката, 2920

Тель-Арун, Морроувинд


"Мать Ночи," сказал стражник. "Письмо от вашего человека в Имперском Дворце."


Мать Ночи внимательно прочла записку. Испытание прошло успешно: Мирамора успешно обнаружили и убили. Император был в очень ненадежных руках. Мать Ночи немедленно написала ответ.


18 Месяц Заката, 2920

Балмора, Морроувинд


Сота Сил, с непроницаемым лицом приветствовал Вивека на большой площади перед его дворцом. Вивек скакал день и ночь, после того как узнал о битве, одолевая милю за милей, пересекая опасные земли Дагот Ура с ужасающей быстротой. На юге, в течение всей своей скачки, он видел клубящиеся красные тучи, и знал что битва все еще продолжается, день за днем. В Гнисисе он встретил посланника от Сота Сил, который призывал его в Балмору.


"Где Альмалексия?"


"Внутри," устало молвил Сота Сил. Его подбородок пересекала длинная уродливая рана. "Она серьезно ранена, но Мехрун Дагон не вернется из Забвения в течение многих лун."


Альмалексия лежала на шелковом ложе, под опекой личных лекарей Вивека. Ее лицо, даже губы, было серым как камень, и кровь просачивалась сквозь повязки. Вивек взял ее холодную руку. Губы Альмалексии беззвучно двигались. Она спала.


Она снова сражалась с Мехрун Дагоном в огненной буре. Вокруг нее рушились оставшиеся башни замка. Когти Даэдра вонзились в ее живот, наполняя ядом ее вены, пока она душила его. Когда она упала на землю рядом со своим поверженным врагом, она увидела, что горящий замок не был замком Морнхолда. Это был Имперский Дворец.


24 Месяц Заката, 2920

Имперский Город, Киродиил


Зимняя буря бушевала над городом, обрушиваясь на окна и стеклянные купола Имперского Дворца. Колеблющиеся лучи света освещали фигуры


Император выкрикивал приказания прислуге, продолжалась подготовка к банкету и балу. Это нравилось ему гораздо больше битв. Король Дро"Зел наблюдал за развлечениями, имея по этому поводу твердое мнение. Сам Император занимался деталями обеда. Жареная небрыба, кабачки, супы-пюре, гелерак в масле, кодскрамб, заливной язык. Потентат Версидью-Шайе тоже сделал несколько предложений, но вкус Акавири был весьма специфичен.


Леди Корда проводила Императора в его палаты с наступлением ночи.


Год завершается месяцем Вечерней Звезды.


Том 12: Месяц Вечерней Звезды
 


1 Месяц Вечерней Звезды, 2920

Балмора, Морроувинд


Зимнее утреннее солнце мерцало сквозь изморозь на окне, и Альмалексия открыла глаза. Древний лекарь провел по ее лбу влажной тканью, облегченно улыбаясь. Рядом с ее кроватью, в кресле спал Вивек. Лекарь поспешил к шкафу сбоку и вернулся с кувшином воды.


"Как вы себя чувствуете, богиня?" спросил лекарь.


"Как будто я очень долго спала," ответила Альмалексия.


"Так и было. Прошло пятнадцать дней," сказал лекарь и коснулся руки Вивека. "Господин, проснитесь. Она заговорила."


Вивек удивленно поднялся, и, увидев Альмалексию живой и в сознании, широко улыбнулся. Он поцеловал ее в лоб и взял за руку. Наконец-то она начала согреваться.


Внезапно окончился ее мирный отдых: "Сота Сил -"


"Он жив и невредим," ответил Вивек. "Снова занялся какой-то своей машиной. Он бы тоже остался здесь, но понял, что сам он поможет тебе больше, чем его волшебство."


В дверях появился кастелян. "Простите, что прерываю вас, господин, но я хотел сообщить вам, что ваш лучший посланник прошлой ночью уехал в Имперский Город."


"Посланник?" спросила Альмалексия. "Вивек, что случилось?"


"Я должен был подписать соглашение с Императором шестого числа, так что я предупредил его, что это событие надо отложить."


"Ты мне здесь не поможешь," проговорила Альмалексия, приподнимаясь с трудом. "Но если ты не подпишешь это соглашение, Морроувинд снова может быть втянут в войну, на еще восемьдесят лет. Если сегодня ты выедешь с эскортом и поторопишься, ты можешь опоздать в Имперский Город только на день или два."


"Ты уверена, что я тебе не понадоблюсь здесь?" спросил Вивек.


"Я уверена, что Морроувинду ты нужен больше."


6 Месяц Вечерней Звезды, 2920

Имперский Город, Киродиил


Император Риман III восседал на троне, осматривая приемную залу. Вид был захватывающий: серебряные ленты свисали со стропил, подогреваемые котлы сладких трав стояли в каждом углу, Пяндонские ласточки кружили в воздухе, распевая песни. Когда зажгут факелы и слуги будут ходить повсюду, вся зала будет казаться сказочной страной. Он уже чувствовал ароматы с кухни, запах специй и жаркого.


Потентат Версидью-Шайе и его сын Савириен-Чорак проскользнули в залу, оба в головных уборах и драгоценностях Цаэски. Их золотистые лица не улыбались, впрочем, это вообще было редко. Все же, Император с энтузиазмом приветствовал своего доверенного советника.


"Это должно произвести впечатлений на этих дикарей, Темных Эльфов," рассмеялся он. "Когда они прибудут?"


"Только что прибыл посланник от Вивека," важно сказал Потентат. "Я полагаю, вашему Имперскому Величеству лучше встретиться с ним наедине."


Император перестал смеяться и кивком отпустил своих слуг. Дверь открылась и в залу вошла Леди Корда, неся с собой пергамент. Она закрыла за собой дверь, но не смотрела Императору в глаза.


"Посланник отдал письмо моей любовнице?" недоверчиво спросил Риман, поднимаясь, чтобы взять письмо. "Весьма необычный способ доставить послание."


"Само послание тоже весьма необычно," сказала Корда, посмотрев в его здоровый глаз. Одним быстрым движением она сунула письмо прямо к лицу Императора. Его глаза расширились и кровь хлынула на чистый пергамент. Чистый, за исключением маленького черного знака, подписи Мораг Тонг. Пергамент упал на пол, открыв скрытый за ним небольшой кинжал, который женщина повернула, разрезав горло до кости. Император свалился на пол.


"Сколько времени тебе нужно?" спросил Савириен-Чорак.


"Пять минут," ответила Корда, вытирая кровь с рук. "Если вы сможете дать мне десять, я буду вдвойне благодарна."


"Хорошо," сказал Потентат в спину Корде, пока она уходила из приемной залы. "Ей бы следовало быть Акавири, она замечательно управляется с клинком."


"Я должен позаботиться о нашем алиби," промолвил Савириен-Чорак, исчезая в одном из тайных проходов, о которых знали только доверенные Императора.


"Помните, почти год назад, ваше Имперское Величество," улыбнулся Потентат, глядя вниз на умирающего. "Вы сказали мне запомнить ваши слова "У вас, Акавири, множество эффектных приемов, но стоит пройти одному нашему удару, и для вас все кончено." Я это запомнил, как видите."


Император сплюнул кровь и кое-как пробормотал "Змей."


"Я и есть змей, ваше Имперское Величество, внутри и снаружи. Но я не лгал. И в самом деле прибыл посланник от Вивека. Правда, он несколько запоздал," пожал плечами Потентат, прежде чем исчезнуть в тайном проходе. "Не беспокойтесь, я уверен, что яства не пропадут впустую."


Император Тамриэля умер в луже собственной крови в пустой зале, украшенной к большому празднику. Его нашел один из его телохранителей пятнадцатью минутами позже. Корду нигде не удалось отыскать.


8 Месяц Вечерней Звезды, 2920

Каэр Сувио, Киродиил


Лорд Главиус, рассыпающийся в извинениях из-за состоянии дороги, был первым эмиссаром, приветствовавшим Вивека и его сопровождающих. Горящие шары украшали безлистые деревья, окружавшие виллу, покачиваясь от легкого, но прохладного ветерка. До Вивека доносились запахи простой еды и высокая грустная мелодия. Это было традиционное зимнее песнопение Акавири.


Версидью-Шайе встретил Вивека у входа..


"Я рад, что вы получили известия прежде, чем проделали весь путь до Города," сказал Потентат, провожая своего гостя в большую, согретую комнату. "У нас сейчас сложный переходный период, и сейчас, лучше не заниматься нашими делами в столице."


"Наследника нет?" спросил Вивек.


"Прямого - нет, но есть дальние, соперничающие из-за трона. Пока мы с этим разбираемся, по крайней мере временно, дворяне решили, что я могу действовать как мой покойный повелитель," Версидью-Шайе сделал знак слугам придвинуть к огню два удобных кресла. "Вы хотите сейчас официально подписать соглашение, или сначала поедите?"


"Вы намереваетесь выполнить соглашение Императора?"


"Я намереваюсь во всем поступать как Император," ответил Потентат.


14 Месяц Вечерней Звезды, 2920

Тель-Арун, Морроувинд


Корда, запыленная с дороги, бросилась в объятия Матери Ночи. Мгновенье, они стояли так, Мать Ночи поглаживала волосы дочери, поцеловала ее в лоб. Потом, она достала письмо из рукава и отдала его Корде.


"Что это?" спросила она.


"Письмо от Потентата, выражающее восхищение твоим мастерством," ответила ей Мать Ночи. "Он обещал прислать награду, но я уже написала ему ответ. Покойная Императрица довольно заплатила нам за смерть ее мужа. Мефале бы не понравилась излишняя жадность. Двойной платы за одно убийство не надо, так и будет."


"Он убил Ридджу, мою сестру," тихо сказала Корда.


"И потому именно ты должна была убить его."


"Куда мне теперь идти?"


"Когда любой из наших работников становится слишком знаменитым, чтобы продолжать работу, мы посылаем таких на остров, названный Воуноура. Путешествие на корабле займет около месяца, и я уже приготовила замечательную усадьбу, где ты укроешься," Мать Ночи поцеловала щеки девушки. "Ты встретишь там много друзей, и наконец обретешь спокойствие и счастье, дитя мое."


19 Месяц Вечерней Звезды, 2920

Морнхолд, Морроувинд


Альмалексия наблюдала за восстановлением города. Дух горожан поистине воодушевлял, подумала она, проходя мимо каркасов новых домов, вырастающих среди почерневших обломков старых. Растительность тоже оказалась очень живучей. Кусты комуники и рубраш, посаженные вдоль главной улицы, не погибли полностью. Она чувствовала биение пульса. Приходи, весна, зелень пробьется сквозь угли пожарища.


Наследник Герцога, обладающий большими знаниями и крепкой храбростью Данмер, направлялся сюда с севера, чтобы занять место своего отца. Земли не только выживут: они усилятся и расширятся. Она чувствовала грядущее лучше, чем видела настоящее..


И она была уверена, что отныне и навсегда, Морнхолд будет домом для одной богини.


22 Месяц Вечерней Звезды, 2920

Имперский Город, Киродиил


"Линия рода Киродиил оборвалась," объявил Потентат толпе, собравшейся под Балконом Объявлений Имперского Дворца. "Но Империя жива. Дальние родственники нашего возлюбленного Императора были признаны недостойными трона доверенным дворянством, дававшим советы Императору на протяжении его долгого и славного правления. Было решено, что как беспристрастный и верный друг Римана III, я буду править от его имени."


Акавири помолчал, ожидая пока его слова раскатятся эхом и население поймет их. А они просто молча смотрели на него. Дождь омывал улицы города, но на краткий миг из-за облаков выглянуло солнце.


"Я хочу прояснить, что не принимаю титула Императора," продолжил он. "Я был и продолжаю быть Потентатом Версидью-Шайе, чужаком, которого милостиво приняли у вас. Моим долгом будет защищать приемную родину, и я обещаю неустанно трудиться над этим, пока кто-то более достойный не избавит меня от этого бремени. И моим первым действием, я объявляю, что в ознаменование этого исторического события, с первого числа Утренней Звезды мы вступим в первый год Второй Эры и время будет отсчитываться заново. Таким образом, мы оплачем потерю нашего Императора, и будем ждать будущего."


Только один человек зааплодировал этим словам. Король Дро"Зел из Сеншаля на самом деле верил, что это будет самое лучшее, что случалось в Тамриэле. Разумеется, он был несколько не в своем уме.


31 Месяц Вечерней Звезды, 2920

Эбенгард, Морроувинд


В дымных катакомбах под городом, где Сота Сил создавал будущее своим мистическим часовым аппаратом, случилось нечто непредвиденное. Масляный пузырь просочился из прибора и лопнул. Немедленно, внимание волшебника было привлечено к нему, и к тому, что последовало за этим незначительным происшествием. Труба на полдюйма отклонилась влево. Соскочил протектор. Катушка размоталась, и начала вращаться в противоположном направлении. Поршень, всегда двигавшийся слева направо, внезапно стал двигаться справа налево. Ничто не сломалось, просто все изменилось.


"Теперь этого не исправить," тихо проговорил чародей.


Он посмотрел сквозь трещину в потолке на ночное небо. Была полночь. Вторая эра, эпоха хаоса, началась.